Татьяна Турбина. Приключения эллинов


Эгей в Тризене

1.
В великой скорби пребывал Эгей,
С бездетностью не справлюсь я своей,
пока не получу поддержки свыше.
Страницы рода лишь наследник пишет!
Мне жаль что, внук великого Кекропа
стал недостойным продолженья рода?
2.
Поеду в Дельфы жертвы принесу,
У Аполлона милость испрошу,
Узнаю, как судьбы плетутся нити,
Оракулу быть может то открыто?
Направился он в Дельфы, поразмыслив,
Но не даёт Оракул четких истин.
3.
Оракул дал Эгею предсказание:
Исполнят боги смертного желание,
Конца у бурдюка, не развяжи
Афинские пределы посети,
почти своим присутствием народ —
Пополнится Пелопа славный род.
4.
Никто не мог постигнуть эту мысль,
и донести богов послания — смысл.
Стопы в Тризен направил царь Эгей,
чтоб предсказание толковал Питфей.
Гостеприимно принимали там Эгея –
Питфей известными желаньями, владея.
5.
Наставил дочь свою покорной быть,
рабынею Эгею послужить,
Приказы исполнять, без промедления,
чтоб испытать любовное томление.
Женой должна Эгею Этра стать.
Понравился Питфею мудрый зять.
6.
Хотел гордиться он своей семьёй,
желаннее всего был внук – герой!
Была красива тризеянка Этра,
желанье обладать в Эгее крепло,
та, приходила к нему вечер каждый.
7.
Струился с гор поток горячее влажный,
и нега страстью полнила тела,
ласкала слух прибрежная волна,
в священной роще пели соловьи,
недолго продолжались дни любви.
Промчала быстро страстная неделя,
и он натешился девицею в постели.
8.
Раскрыл Питфей оракул долгожданный:
исполнят боги скоро предсказание.
Предел земель Афинских мой Тризен,
где развязать бурдюк ты захотел!
Ты тешился любовью юной девы,
я дочь к тебе свою прислал умело.
9.
И станешь ты Эгей отцом героя,
моё желанье славы успокоив!
Обиделся Эгей, испытывая муку: —
обманом ты родить желаешь внука.
За руку Этру взял, привёл к скале
с тобой уже пора расстаться мне!
10.
Здесь оставляю меч я и сандалии,
надёжно их укроет этот камень.
Коль Этра у тебя родится сын,
то вскоре, станет он царём  Афин.
Пускай растит героя хитрый дед,
скрыл от меня Оракула секрет!
11.
Пора уже в Афины мне вернуться.
Сын вырастет, и там его дождусь я.
Один момент меня насторожил,
Я о ребёнке столько лет молил,
был в половом вопросе не силён,
в разгул Эротом не был увлечён.
12.
А тут смотри, такие право страсти,
я буйствовал в Эрота полной власти.
Однако были славными те ночи!
Случится, что оракул напророчил.
Девица ты, что мужа не видала,
увидев старца ты, меня желала,
как будто пред ней тобою – Посейдон!
А может то — действительно был он?
13.
Что ж, в случае таком не откажусь
отцом героя быть. Им – возгоржусь!
Случившимся в Тризене обнадёжен —
не скажут, что напрасно жизнь я прожил!
Пока мне лучше здесь тебя оставить,
Паланта племя будет козни ставить.
14.
Мне жаль того, что я уже не молод,
и чувственный не беспокоит голод.
Не то, что мои братья палантиды.
Они имеют на Афины виды.
И сына не дадут мне вырастить,
а прежде времени заставят — хоронить!
15.
Здорова ты. Тебе, пора рожать,
Питфей сумеет внука воспитать.
Ты сделай всё, чтоб вырос из пелёнок
и стал мужчиной — будущий ребенок!
Не помешает в деле осторожность,
использую мельчайшую возможность.

Прошлого тени

16.
По Ойкумене в Афины ехал, обратно Эгей,
Много знавал он героев, да и обычных людей.
Царство его процветало, благодарил он судьбу:
преодолел, не однажды горе, опасность, беду.
Знал лишь одно огорченье: годы так быстро летят,
руки уже ослабели, дней не воротишь назад.

17.
Там, перед пламенным взором нимфы плясали – легки.
Неповторимым узором прошлого тени легли:
Был он недавно в Коринфе, встретил Медею в беде,
знал, сколь губительны страсти, и посочувствовал ей.
Он обещал ей поддержку: — если обид не снести,
может когда-то в Афины стопы направить свои.

18.

В небе Коринфа раскаты грома средь белого дня
это к богине Гекате в гневе взывает она.
Гневом она заменила ревность обиду и злость,
что поперёк горла встанет, словно застрявшая кость.
Вот по ступеням дворцовым вышла на крышу она
Гордо глядит на Ясона, негодованьем полна.

19.
Рядом с Ясоном бушует гневом коринфян толпа.
Требует жертвы, — Колдунья злая убила царя!
Главки обуглено тело… Нужно Медею изгнать!
Зла не потерпим в Коринфе! Нужно её задержать.

Что вы столпились здесь люди, вам ли меня осуждать?

Горечь наполнила сердце, душу сжигает мне яд!

20.

Поцеловала мальчишек рядом стоять приказав,

Дети глядят на Ясона. Ужас смотрящих объял:
Два беззащитных ребёнка рядом с Медеей стоят,
Руки Ясон простирает, просит детей не терзать!
Только не нужен  Медее слов милосердья поток.
Страшным звучит оправданьем действий её монолог.

Нет оправданья измене

21.
— В другой земле тревожь своих богов!
Мне говорил Креонт великодушно, —
Останется в стране моей Ясон,
тебе же надлежит, чтобы послушно
изгнание с моих земель принять –
пора пришла мой город покидать!?
22.
Его слова в мозгу звучат тревожно.
О боги, сильные ужели то возможно?
Куда бежать не брошу я детей!
Пускай же пострадает муж сильней.
Он потеряет всё, одновременно,
проклятье расставания — станет скверным.
23.
Нарушил клятву он, а я убью детей,
лишь для того, чтоб мучился страшней!
Подарки получил и он, и Главка,
заслуженно, мне никого не жалко:
Креонт погиб, он к дочке устремился –
от  гнева колдовства воспламенился.
24.
Закономерно помнить всем отцам,
пристраивать девиц стремящимся —
Если герой, отягощённый браком.
Желанье счастья не находят в мраке,
А если в браке том и дети есть,
разбить семью — сомнительная честь!
25.
Я много раз убийствами грешила,
но для себя я блага не просила!
Хотела я, чтоб был мой муж — велик,
чтоб род мой изливался, как родник!
Чем усмирить боль ярости Медеи,
не уж то о прошедшем сожалением?
26.
Нет, ни за что! Я в прошлом не живу.
С Гекатою иду в опережение,
себе дарю пришедшее мгновенье –
о том, что было, вовсе, не грущу!
Лишь Сцилла и Харибда оправдают
ужасный гнев, который нарастает.
27.
Кто от своих зверей бежать готов?
Мной справедливо проливалась кровь.
Ясон слезами вымолил изгнание.
В подарок для меня? Нет в наказанье!
О горе мне, но горе и Ясону
здесь, навсегда, оставила я сон мой:
Мечту о царстве, счастье  и семье.
Геката! Я верна одной тебе!
28.
Руку с мечом поднимает к грозному небу она,
Молния в небе сверкает. Разорвалась тишина.
Это картиною мести, страхом поражена,
вмиг от героя Ясона откачнулась толпа.
Меч опустила Медея, в тело ребенка вонзив.
Следом второго убила – слёзы не обронив.

29.
Тучами небо закрыто, гаснет солнечный свет.
Меркнет сознанье Ясона в крике отчаянья – Нет!
Гаснет желание жизни. Смысла не вижу я в ней!
Больше Ясону не видеть милой улыбки детей.
В небе гремит колесница, тройка драконов летит,
Нет оправданья изменам! – с неба доносится крик!

Жестокий урок. Минос

30.
Фиал вином наполняй, чтоб светлой была дорога.
Глаз жадностью не прельщай, достойно почти Бога.
Смятенье не свяжет ум, твою не удержит руку,
не станет кислым вино, и сладкою будет разлука.
Увидим через века, как жертву вершил Минос,
Ведь стала жертва его – Афинам источником слёз.

31.
Бык белый  из моря пришел, предназначался богам.
Не всё ли равно, что дать? Вот, видимый облакам,
дым белый жертва струит и благоухает храм.
Соблазна печать крепка – даянье чуждо рукам
Бык черный сожжен с утра. Бык белый гуляет в стаде.
Благоволенье богов за жертву не станет наградой!
32.

Европы прекрасной сын подарок отцу просил,
Ни в чем, не нуждаясь — Зевс, над Ойкуменой царил.
Сам Посейдон был рад, чтоб Минос отцу угодил,
Подарком с морских глубин быка великана родил.
Но волей слаб человек не предугадает итогов,
что мысли мостят в мозгу грехопадений дорогу.
33.
Жестокий урок я однажды постиг:
Явился из моря глубин белый бык,
Крутою дугой изогнулись рога,
и мускулов мощных — крутая гора.
Он статный, окрас его девственно бел,
глазами сверкает – отважен, и смел!
34.
Восторгом сияют тирана глаза:
красу эту я не отдам небесам!
Ужели оценит красу эту Зевс,
амброзия — жизни богов интерес!
Пусть дар Посейдона пребудет со мной,
улучшит породу коров и удой.
35.
Оставлю себе я красавца быка,
на Крите гуляют свободно стада!
Сказал и отрезал: — Олимп не суров,
не станет он гневаться из-за коров!
Я лучшего в стаде быка изберу,
и в дар Громовержцу его принесу.
36.
Вот, бык темно шкурый протяжно ревёт,
и землю копытами сильными бьёт.
Тот бык полноценная жертва моя,
прими же Олимп этот дар от меня!
Сжигается жертва, пирует народ,
но сердце покоя царю не даёт.
37.
Хоть жертвой явился холодный расчёт,
богатство моё мне приносит почёт!
Разгневался жертвователь Посейдон: —
Сын Зевса сегодня нарушил Закон,
Бесспорно, его наказать не могу,
но страсть напущу на Миноса жену.

38.
Напрасно прельстился красавцем быком,
дары не благие приносят облом!

Сказал и исполнил — блажит Пасифая

от чувств неизведанных раньше сгорая, —

Сама не пойму, что случилось со мною

влечёт меня дух прогуляться на поле!

Искушение Пасифа

39.
Поутру пошла Пасифая на поле,
там бык белоснежный гуляет на воле:
Он царь всем быкам, иль почудилось мне,
рога как корона на бычьей главе.
О, чтобы смогла я его испытать,
желала б я даже коровою стать.
40.
Внизу живота разлилась теплота,
от властного зова её естества!
Навязчивой мыслью попала во власть,
умом овладев, небывалая страсть.
Столь часто мужская и женская плоть,
зов страсти желает принять за любовь,
и жаждет её испытать, ночью стонет,
за жертву расплатится жертвенной кровью.
41.
Решимость наполнила грудь, план составлю,
земного творца я помочь мне заставлю!
Дедал, я тебя умоляю помочь,
день белый не мил мне, не сплю я всю ночь.
Мне женская страсть сотрясает основы,
пусть бык этот примет меня за корову!
42.
На просьбу её отвечает Дедал: —
Я многое в творческой жизни видал.
Так много умеет понять человек,
но страсти порой не избудет сей век!
Я думаю, чтобы изведать немало,
ты тварей соитие понаблюдала бы!
43.
Последствия действия знают лишь боги,
зачем тебе сдался тот бык круторогий?
Потупила очи, вздохнув тяжело,
ему Пасифая ответила зло:
Дедал, я имела возможность смотреть то,
но ревность меня обуяла до смерти!
44.
Терпеть не могла, как объял он корову,
ласкал языком её шею. Он, мог бы
ко мне прикоснуться, чтоб страсть, утолив,
во мне заиграл новой жизни мотив.
Она разыгралась в крови, я сгораю,
пойми же меня, я тебя умоляю.
45.
Когда убеждения дар не помог,
уходит Дедал, чтоб исполнить урок.
Молился богам, чтоб помог ему сон,
в нём выход ему подсказал Посейдон: —
Из дерева выдолби чудо корову.
Чтоб зверь испытал её — шкуры наполни

46.
чудесным влечением – афродизиаков

и станет ему час соития сладок.
Исполнив царицы чудесный заказ,
от Миноса гнева беги в тот же час.
Вздыхая, к работе Дедал приступил,
чтоб с Крита бежать недостаточно сил.

47.
Вкруг острова воды бездонного моря,
заказ необычный приносит мне горе.
Трудился над этой скульптурой неделю,
и вышло прекрасным коровье тело.
Подсказкой воспользовался Посейдона,
чтоб звало влечение быка к той корове.

48.
Исполнил Дедал Пасифаи заказ,
явился под своды дворца, в тот же час.
Ждала Пасифая его с нетерпением,
от страсти сжимало предчувствие тело.
Работа была для меня нелегка,
игрушка годна для тебя и быка!

49.
Учёл и звериного чувства основу,
создал  я из дерева чудо корову.
Её я упрятал в коровьи шкуры,
и, зная уловки звериной натуры,
использовал щедро афродизиаки,
чтоб зверем читались природные знаки.

50.
Смотри, в её чреве, есть тайная дверь!
Воспользуйся ею и страсти доверь,
всё то, что по плану случиться могло
и счастье тебе испытать помогло.
— Спасибо мой друг я тебе благодарна.
Я всё понимаю — природа коварна,

51.
Но страсть утолить я хочу, позарез –
пусть даже она наказание небес!
На поле корову сведи поутру.
Воспользуюсь ею! Стыда не пойму!
Зачем же терпеть? Укрепилось желанье,
я страсть утолю и блаженство познаю!

52.
На поле Дедал прикатил изваяние,
и в тело его погрузил Пасифаю,
Поутру быка пригоняет илот.
Восстала быка плодородная плоть.
Прочел тот влечения тайного знаки,
усилили похоть ту афродизиаки!

53.
Она содрогалась, всей плотью млела,
рукою брала долгожданное семя,
и им орошала и грудь, и чело,
 и прочие части, что ждали его.
А после всего упросила Миноса,
чтоб жертва Олимпу решила вопросы.

54.
Минос тогда просьбой её пренебрег,
по критским полям продолжает бык бег.
Но только с тех пор, как корову покрыл,
неистовства дух тот, быка покорил.
Взбесился от страсти до ужаса бык,
от гнева его пострадал остров Крит.

55.
Поля уничтожил, народ убивал,
и напрочь, разрушил на Крите причал!

Но волей богов бык направился в море

И в синей дали исчезает он вскоре

Вздохнув с облегченьем, забыли его,

Такое создание терпеть нелегко!

Сомнения жертва горька

56
Сомнения жертва горька, к ней чуждо благоволенье,
богов раздражит она, увидим мы их решенье.
Жестокость, алчность и гнев, изменят судьбу твою.
Покинет удачная жизнь привычную колею.
Сомнения губят нас. Отступит душа – жена,
для Бога она должна молитвою быть щедра.
57.

Важней Творцу Миров спасение для души.
По жизни смелей иди, сотворчеством с ней служи.
Удержишь богатый дар — в затвор попадет жена.
Плод помысла нечистоты — родившийся Минотавр.
Увидишь плод духа порок, стыдиться придётся им.
Он жертвы будет просить, уже не поладить с ним.
58.
Твоё порожденье греха, вдруг станет сильнее всех,
расти будет в нём с тех пор и ярость, и злость, и гнев.
Неправедной жертвы сын, утонет в твоей крови.
Не может принять порок божественных сил любви.
Скорее удачи сын, решайся сразиться с ним,
Сознания своего — освободи лабиринт.

59.
В дорогу возьми с собой надежды живую нить,
чтоб царским идти путём и Истину сохранить!
Приходит, рожденья наследника, срок,

исполнен богов небреженья урок.
Младенец явился на свет удалой,
божественно сложен, но с бычьей главой!

60.
Увидев младенца, Минос зарыдал: —
Зачем Посейдона присвоил я дар!
О, горе сегодня постигло меня,
отметили боги, что немощен я!
Себе я присвоил быка Посейдона.
Утратить легко благосклонности сонма.

61.
Я хитростью малой Олимп оскорбил,
Ужасным, уродом, родился мой сын!
Чтоб люди не ведали много про нас,
сокрою я плод от придирчивых глаз.
Позвал он Дедала – Прими мой заказ.
Построй мне хоромы, что сокроют от глаз,

62.
Людей любопытных богатства мои,
прославив владычества лучшие дни.
Берись за работу талантливый друг,
прерви созерцания неба досуг!
Простившись с Дедалом, он к морю пошел,
явился пред ним грозный Бог Посейдон.

63.
— Ну что же Минос твой обман отомщён,
быка ты присвоил, нарушив Закон.
Я брата потешить дарами хотел,
но жадность твоя, это смертных удел:
ущербный племянник, не быть тебе богом,
а сын у тебя ничего – круторогий.

Символы и Знаки

64.
Время приходит. В срок внук у Питфея родился.
Зная Оракул, Питфей, попусту не суетился.
Для воспитанья, к мальцу, сразу Коннида приставил,
и Посейдона с тех пор щедрою жертвою славил.
Мать ему перед сном миф превращала в сказку
вольнолюбивый дух эллина — песней красила.
65.
В древней Элладе, всегда знали о подвигах песни.
Для подражанья пример был в Ойкумене. Известно —
каждый юнец тех времён быть Гераклом хотел,
подвиги совершать множество славных дел!
Скоро время бежит, возраст младенчества канул,
на воспитанье к Хирону внука Питфей отправил.
66.
На Пелионе достиг совершеннолетья воин.
И выживания азы, вместе с борьбой освоил.
В храм Аполлона Тесей едет к нужному сроку
Чтоб посвященье пройти, стать абанту подобным.
Пряди волос своих он посвятил Аполлону,
и поспешил домой к подвигам в жизни готовый.
67.
На просторах земли дети растут и смеются.
На небе знаки судьбы их не страшат. Перевьются
нити, запутав клубки, что-то распустят богини.
Мойры связали узлы – все исполнители ныне.
Грустно на знаки глядит в храме мудрый оракул.
Видны, отчасти ему судеб заветные знаки.
68.
То, как поступишь ты трудно предугадать.
Сложно герою на слух предсказанье понять.
Не изменить ход времён. Кто то послушно итожит
списки геройских имён, в память народную вложит?
А Олимпийцы, вполне, этой довольны игрой.
В царство забытых теней шествует новый герой!
69.
Загадки жизни постигаем,

по лабиринтам снов блуждаем,
в них выход трудно нам найти,

ведь сокровенные пути,
скрывают символы и знаки,

что в Дельфах увидал Оракул.

70.
Он смог герою донести,

что будут вехи на пути,
просты, обычны, не приметны.

Хранят предания ответы.
Увидишь их вне суеты,

если сумеешь, то прочти.
71.
Я над Олимпом поднимаюсь,

ищу, страдаю, сомневаюсь.
Уже не правит миром Крон,

повержен он и оскоплён.
В Тартар низвергнуты Титаны,

звенят над судьбами тимпаны,

72.
и Гея, мучаясь рождением,

земное держит притяжение
для скопища наивных душ –

кто в философии не дюж.
А высоко, над миром Логос,

ему теперь подвластен Кронос.

73.
Он лабиринтам цену знает,

благословенья изливает,
и духа даруя свободу,

в Безвременье ведёт народы.
Мы, искупая прегрешенья,

идём вперёд путём сомнений.

Дедал, тупики

74.
Что порождает злую зависть,

в чём ревность, что лишает сил
и убивает в сердце жалость,

чтоб лишь себя превозносил,
как лучшее Творца творение?

Где получу я вразумление?

75.
Талант мой — гордость афинян,

меня соблазнами связал.
Уздою не сдержать гордыню,

себе я страшен и доныне!
Мой ученик — племянник Тал,

всё лучшее в себя вобрал.
76.
Он превзошел меня. Творения

всех приводили в изумление!
Его я сбросил со скалы,

чтоб преступления скрыть следы,
могилу выкопать спешил.

Деяния подлого – не скрыл.

77.
Ареопаг изрёк вердикт, –

Убийца должен быть убит!
Тот приговор меня страшил,

и убежал я из Афин,
На островном клочке земли —

приют обрёл, очаг семьи.
78.
Меня приняли благосклонно,

рабыню выделили в жёны,
что родила Икара мне,

доволен жизнью я вполне!
Мятежный успокоив дух,

я, скрасил творчеством досуг.

79.
Царь Крита Минос — именит,

теперь он жизнь мою хранит.
Мой мозг натружено гудел,

я духом в творчестве летел.
Своё привычное сознание

в нём выводил на осознание:
80.
Поступки, мелочность обид —
всё человечеству вредит!
Что мне диктует моя самость,
рождая в сердце боль и зависть?
Я лучший — многое создал,
И лабрис символом уж стал.
81.
В себе он тайну заключает,
и мира два объединяет —
стоит у смерти на пороге,
жреца объединяя с богом.
Свою задачу вижу ясно,
в том, что тружусь я не напрасно.
82.
Дедал познал пути свои,
кипенье грозное в крови.
Дворец, для Миноса-сынка,
чертила гения рука.
Строители трудились славно,
обитель строя Минотавру.
83..
Когда работу завершал,
моток верёвки в руки взял —
у входа привязал конец,
пошёл исследовать дворец.
Не каждый выход в нём найдёт,
Хотя — он там же, где и вход.
84.
Твердил Дедалу гордый дух: —
Не опускай в печали рук.
Уйми унылой песни звук.
Преодолей опасный круг,
ведь в вашей жизни, не редки,
таинственные тупики —
85.
для человечьих заблуждений.
Тебе помог крылатый гений.
Когда войдёшь в него мой друг,
то может испытать испуг —
из залов выхода в нём нет!
Хранит сознание секрет.
86.
Творение Минос осмотрел, —
Ты в творчестве поднаторел! —
Трудом Дедала восторгался,
Дедал в затворе ужасался,
Отшельником живу на Крите,
Хотя, могу стать знаменитым.
87.
Побег готовить я решусь,
От власти Миноса спасусь!
Я в Ойкумене не известен,
Тоскливо без свободы песне!
Обдумать нужно всё возможно,
Коль приготовить осторожно!

Медея в Афинах

88.
Вышло по жизни Медее жрицей Гекате служить.
Страшным орудием гнева суд в Ойкумене вершить:
быть воплощением рока, мести урок преподать,
смертным отмеривать сроки, магию применять:
Двух сыновей погубив, мужу Ясону отмстила.
Ревность не переборов Главку в Коринфе убила.

89.
Злые деянья свершив, в небе Афин показалась.
Гневом Ясону грозя, на колеснице примчалась.
Знал о Медее Эгей, ей он сочувствовал очень.
Ведал, Ясона жене, счастье судьба не пророчит.
Часто  сочувствия нить вяжет людские судьбы.
Жрице приют обещал. Крепкой защитой будет.

90.
Та появилась из тьмы в сумерках нежных рассвета,
в белых одеждах. Эгей жрицу опальную встретил.

Мудро в глаза посмотрел, сердцем Эгей — не хитрец,
гостеприимно просил жрицу войти во дворец.
Дни прилагаются к дням, время летит колесницей,
Очаровала царя, стала Медея царицей. 91.
Сына ему родила, думая: — Вещие знаки,
в Дельфах о Меде явил, в давние годы оракул.
Мед во дворце подрастал, тешилось сердце Эгея,
Старость мне скрасит сынок, хоть жестока Медея.
Этот покину я мир, вступит ребёнок в наследство.
Станет царём Афин, быстро кончается детство!
92.
В небе тревожные знаки — вороны — вещие птицы.
Что-то случиться должно. Нужно вооружиться.
Знать о причудах судьбы каждая жрица желает,
ночью под бледной луной травы она собирает.
Варит отвар колдовской. Зеркало стынет

Гекаты:
Вижу, явилось из тьмы нашего рода проклятье.

93.
Вот он, идёт из Тризен, скоро достигнет Афин —
Хочет в Афинах царить первый Эгея сын.
Меры приму. Навсегда Меда исчезнет соперник.
В жертву приносит козла, потрох, вороньи перья —
сажей взлетают в ночи. – Помощь пришли мне Геката,
Мне не по нраву герой, Мед мой не виноватый.
94.
В том, что прельстился он чарами юной Этры!
Крутят столбами дым в небе, отчаянно ветры.
Ранним утром она — сеет в Эгее тревогу: —
Сон ночью видела я, зло у Афин на пороге!
Явится, вскоре герой, замысел грозный лелеет.
Смертью грозит нам Танат. Царством Тесей овладеет.

Тесей, тайна рождения и путь в Афины

95.
Питфей доволен жизнью был, вполне,
шестнадцать лет ушли в небытие.
Чего не сделаешь — стремясь в бессмертье,
а вырастить героя? Мне поверьте,
Не мог преодолеть Питфей соблазна.
Жизнь смертного скучна, однообразна.
96.
Но толи дело дедом быть героя,
победой жизни сердце успокоить.
Не обманулся он в своих желаньях,
оракула исполнив предсказанье.
Растил достойно молодца героя,
прошел тот школу доблести Хирона.
97.
Промчали годы для Тесея незаметно,
поведала ему рожденья тайну Этра.
Питфей корабль в Афины снарядил,
чтоб внук к Эгею беззаботно плыл.
Но не согласен внук с решеньем деда,
напрасно говорила ему Этра, —
98.
Что подвиги его ждут впереди,
опасно по земле к отцу идти.
Разбойный по земле гуляет люд:
жестокий Перифет, Синид, Прокруст-
и кромионская свинья,
дорога и опасна и трудна!
99.
Путь одолеть и своего добиться,
чтобы могли героем все гордиться!
Напрасны были эти уговоры –
Тесей готов сдвигать в походе горы.
Он встретил в Эпидавре Перифета,
разбойничал там грозный сын Гефеста.
100.
Сразился он с разбойником громилой,
и овладел добычею – дубиной!
С жестоким повстречался он Синидом,
Была бесславною разбойника кончина:
в свои же сети тот попал у Истма,
над соснами кровавой птицей взвился!
101.
До Кромиона шёл немало дней,
там встретил шайку из лихих людей,
они служили все ужасной Фее,
окрестности опустошали смело,
дома разрушили и грабили людей.
Свободу жителям принёс Тесей.
102.
Не рой другому яму! – говорят.
Внимательным был у Тесея взгляд,
он, прозорливо, действия злодеев
предотвращал отчаянно и смело.
Достиг уж вскоре Элевсина он,
Навстречу ему вышел Керкион.
103.
Он путников в объятья заключал,
сжимал  руками, кости сокрушал.
Его Тесей в объятьях крепких сжал,
И Керкион сознанье потерял.
Поднял его над головой Тесей,
на землю бросил – был убит злодей!
104.
Шел день и ночь достиг уже Мегары
и перед ним громадой встали скалы,
по кромке вилась длинная тропа,
была она извилиста, узка.
Бесстрашно дальше шел по ней Тесей.
Дорогу перекрыл пред ним злодей,
105.
Что путникам прохода не давал,
Всех ноги мыть ему он предлагал,
и сбрасывал со скал в расщелину,
где море билось грозно о скалу —
разбившихся съедала черепаха.
Тесей и перед ним не ведал страха,
106.
Когда Скирон поставил рядом таз,
Тесей столкнул Скирона вниз. Тот час
явилась черепаха — съев злодея,
и море расступилось перед нею.
Стена из рёбер выросли из моря,
тропу загородила кость Скирона.
107.
Вложив в удар мощь юного атлета,
тропу освободил Тесей дубиной Перифета.
— Скорей отца увидеть и Афины! —
Путь расчищал Тесей неукротимый.
Разбойники так страшно погибали
от способов, что сами предлагали.
108.
С дубинкой Перифета шел отважно,
через поля и горы, через чащи
и встретил он Прокруста на пути.
Разбойник в дом его просил войти.
Установил нём ложе, для людей
он измерял всех он меркою своей.
109.
Одних людей растягивал Прокруст,
да так, что кости издавали хруст
и в муках погибали те кто мал.
Другим он тело топором равнял,
Чтобы они в его вмещались мерку,
А сам Дамаст Прокруст был недомерком!
110.
Тесей проделал то с Прокрустом тоже –
вначале растянул его на ложе,
а после гайку лихо подкрутил
и лишнее, по меркам — обрубил.
Тесей, запомнив подвиги Геракла,
геройски бился и не ведал страха.
111.
В селенье к фиталидам зашел в гости
имел к богам Тесей благую просьбу,
обрядом сложным юношу очистить
чтобы убийства не держало мысли.
Там Олимпийцам жертвы принесли,
Эриний грозных устранить в пути.

Тесей усмиряет быка

112.
Дворец покинув, устремился путь,
печальным вздохом отзывалась грудь:
— Непризнан я, да как отец посмел,
он приласкать меня не захотел?
Вдруг дождь пошёл, гроза объяло небо,
искать придётся место для ночлега.
113.
Вот Нюкта красит темнотой округу
и труден путь, когда нет рядом друга.
Тесей увидел домик у дороги,
устало тело, отдых просят ноги.
Он на ночлег к старушке напросился,
за кружкой чая с ней разговорился.
114.
Излил слова обиды наш герой: —
Пришёл, но не узнал меня отец мой.
Гекала мудрая, Тесею говорила, —
Не подсказало сердце ему, милый!
Тебя отец ни разу не видал,
и как бы он тебя герой признал?
115.
Оставил меч тебе он и сандалии,
но ты на вид не выставлял их!
Спокойно спи, я жертвы принесу,
о милости Зевеса попрошу,
в моём загоне молодой баран,
и в жертву я богам его  отдам!
116.
Уснул Тесей, старушка не дремала,
а ночью в жертву принесла барана,
молилась: чтобы покорился бык,
чтобы Эгей узнал, кто перед ним.
Благословила в путь героя утром,
наставила его и словом мудрым.
117.
Поймал Тесей быка и усмирил,
с добычею в обратный путь спешил.
Зашел он в домик, но мертва Гекала,
с победою героя не дождалась.
Её земле предал отважный воин:
Гекала доброй памяти достойна!
118.
Привел в Афины смирного быка,
с восторгом его встретила толпа.
Эгей навстречу вышел, — Жертвой будет
богам животное, что страх внушало людям.
Он в Марафоне буйствовал, на Крите,
Афинян боги щедрый дар примите!
119.
Сожжём ту часть, что олимпийцам в честь,
а часть от жертвы вместе можем есть!
Все возлегли. Медея с мужем рядом,
фиал царю вручает с сильным ядом.
Эгей фиал с вином герою подаёт.
Тесей из ножен меч свой достаёт.
120.
Увидев меч, вскричал Эгей – Не пей!
Дождался встречи с сыном я, Тесей!
Из рук Тесея выбил чашу с ядом.
Медею одарил он гневным взглядом,
В объятья сына заключил Эгей,
С задачей славно справился Питфей!
121.
Я вижу то, что ты неисправима,
ты первенца сейчас чуть не убила,
я не поверю в то, что всё случайно!
Колдунья, неба выведала тайну?
Ты с глаз моих царица удались,
сегодня ты отнять хотела жизнь
122.
того, кого я ждал так много лет.
Богами мне дарованный атлет —
достойнейший потомок Эрихтея!
Уйми коварство подлая Медея.
Укрылась черным облаком она,
в обыкновенной силе колдовства.
123.
Призвав Гекаты в помощь, колесницу,
Медея поспешила удалиться
К отцу Аэту в дальнюю Колхиду,
и в небесах Афин скрылась из вида.
С тех пор уже не ведали о ней,
в Афинах править продолжал Эгей.

Вражда Крита и Афин

124.

Назначен был день состязаний в Афинах

На празднике сына Миноса убили

Решил Минос, войско направить в Афины,

где сын Андрогей поддержал палантидов.

Там заговор родственный видел Эгей:

Тесей от коварства избавил сетей.

125.

Он всех палантидов в бою погубил,

в засаде пропал с ними Миноса сын.

Сражался критянин бесстрашный достойно,

но в схватке неравной погиб храбрый воин.

Триеры из Крита к Афинам приплыли

надолго Афины войска осадили.

126.

Царь Минос взывает к богам об отмщенье,

не смог одолеть он афинские стены.

За стенами города длится война,

а в Аттике засуха, голод, чума.

Чтоб мир на просторы свои возвратить

Афиняне дань обязались платить,

127.

Тяжелою данью врагов обложив,

огромное войско уходит на Крит.

Прекрасных девиц отобрав семерых

и юношей славных семейств городских

решили как дань один раз в девять лет

дарить Минотавру на сытный обед.

128.

Нам всем заблуждение сказка дарит:

страшилкой пугают — наивный дрожит.

Хотя мы из жизни естественно знаем,

что сбой генетический род настигает

(быть может) за предков былые грехи,

доподлинно нам неизвестны следы.

129.

Хочу рассказать вам, что было тогда,

когда грозный Минос увидел сынка:

— Вот это создание — я потрясён,

Но, я же, сын Зевса! — и выход найдён —
Я слух распущу, пусть расширился он.

Сын вырос и будет наш враг устрашен!

130.

Так древние фрески поведали нам,

что игры с быками приятны богам,

пугать Минотавром могли хитрецы

что культ основали в Элладе — жрецы…

Но в Аттике исподволь сеялся страх,

что грозный на Крите живёт Минотавр.

131.

Съедает он всех, кто придёт в лабиринт,

и жертвы ему одобряет Олимп.

Тесей одолел всех врагов палантидов,

но время пришло отсылать данью Криту

Достойных афинян прекрасных детей,

Что только входили в расцвет юных дней.

132.

Увидев как их провожают с слезами

Тесей не желал то терпеть наказаньем,

Сказал он Эгею, — Пора прекратить

кровавою жертвою зверя кормить!

Я вместе с друзьями поеду на Крит,

чтоб страшную дань навсегда отменить.

133.

Упрашивал сына Эгей не спешить, —

У Миноса сын был в Афинах убит,

мощнее у Миноса войско и флот. —

Страшусь я Тесей, что прервётся мой род.

Тесей успокоил тревогу отца, —

для дани подобной не видно конца.

Минотавр и Ариадна

134.

Построен Дедалом на Крите дворец,
в покоях его поселился юнец.
В затворе он вырос общенья лишённый,
не видел от матери он благосклонность.
По залам, и длинным бродил коридорам,
и злость бушевала в крови непокорной.
135.
Лишь ночью он мог выходить на балконы.
Борей приносил запах горько солёный,
И яростью юная полнилась кровь,
он, с детства изгой, не познавший любовь.
Роднились и мысли его — с лабиринтом.
Он в небо кричал, — Пусть мгновение стынет,
136.
Тьма неба, и звёзды, и облака,
в моём одиночестве жизнь не мила!
Кипение мощное чую в крови,
о горе, оторванный я от земли!
Покорный отцу и богов грозной воле,
а я пожелал бы гулять в чистом поле.
137.
Пасти своё стадо пятнистых коров.
Растить их во славу бессмертных богов!
Для счастья людей благосклонность, стяжая,
скоты бессловесные, жизни теряют.
Я, жертва обмана и страсти, познал,
что лгать бесполезно могучим богам!
138.
Бесславную участь свою принимаю,
была легкомысленна ты, Пасифая,
наказан Минос был за жадность свою,
но чашу его наказанья я пью,

И ты сыну белого света не кажешь,
Боишься, что люд слово гордое скажет!
139.
И он заревел, тишину разрывая, —
Зачем зачала ты меня Пасифая?
Когда побледнела и скрылась
за ближнюю гору луна,
на кносский дворец опустилась
с рассветных небес тишина,

140.
и пленник могучий, с балкона
в дворцовое чрево сошел,
пусть будет судьба благосклонна
к нему, успокоился он.
По гулким идёт коридорам,
а следом белёсая тень,

141.
вошла в лабиринт и за нею,
бесшумно закрылась дверь.
Зачем ты пришла Ариадна,
напрасно тревожишь с утра.
Устал я, мне отдых желанный,
ведь я настрадался сполна.

142.
На ложе из камня улёгся, главу на подушку клоня.
— Я видел, как Эос рисует, начало погожего дня.
Поставив кувшин красной глины, сочувствия кинула взгляд:
Молчи, — Ариадна сказала, сегодня всё боги решат!
Узнала я Неба желанье и вижу его всё ясней –
избавит тебя от страданья герой из Тризены, Тесей!

143.
Животного жертвенна воля, хлебнул ты из чаши сполна.
Прими же, как дар Диониса, кувшин молодого вина.
Вот спелые фрукты, оливы, отведав, пойдёшь на покой.
Бог Гипнос дарует отдых, приблизился час роковой.
Я знаю Диониса жрица, что ты мне родная сестра!
Душой я безмерно страдаю, и жизнь мне уже не мила.

144.
Прозрачную гроздь винограда ему протянула она.
Рукой треплет бычью шею и гладит крутые рога.
Бык белый с душою животной, что тешил, и мать, и царя,
уже не живет в Марафоне, он жертвой явился к богам.
Брат старший убит в Афинах, он в битве героем пал.
Обижен ты несправедливо, но час откровения настал.
145.

Дионис сегодня поведал, спасения план твоего,
и ты не тревожься напрасно, мы вскоре увидим его!

Уж Гелиос мчится по небу, а мне нет покоя и сна,
к отцу я отправлюсь сейчас же, и поговорю про тебя.

Оставив уснувшего брата, к отцу Ариадна идёт,

Надеется, что пониманье своим ожиданьям найдёт.

Ариадна встречает Тесея

146.
Но глянул на дочь он  сердито, — Зачем ты так рано пришла?

Бесстрашно глядит Ариадна, отца не боится она, —
Отец, я тебя умоляю, ведь не кровожаден твой сын.
Зачем посылать на закланье нам, лучшую поросль Афин?
— Не стоит жалеть Ариадна, ведь смерть для героев почёт.
Их кровь ублажает Гекату и Криту приносит доход.

147.
Прыжкам и ужимкам научит их гордое племя жрецов,
узнают удары копыта, и мощную силу рогов.
Для Крита одно только важно – великая сила Афин
у Критского склонится трона, чтоб был я непобедим!
Я сын Громовержца Зевеса, избранник великих богов!
Иди лучше в храм Диониса, он к смертным почти не суров!

148.
Взошла на скалу Ариадна, тревога её — не каприз.
— Я знаю божественной воли источник — Святой Дионис.
Так славно, когда изливает кувшин молодое вино.
Кровавые нам приношения, пора упразднить нам давно!
Созрели янтарные грозди и птицы умчали на юг.
Я знаю, средь новоприбывших надёжный находится друг.

149.
Клубок спрятав, в складках хитона спешит к афинянам она,
Чтоб жажду они — утолили, вино в кувшине принесла.
Руки торопливым движеньем, поправила пряди волос.
В глазах чужеземцев читался об участи горькой вопрос.
Отважно царевне навстречу шаг сделал Тесей молодой:
— Я знаю, что смертной печатью клеймён — афинянин любой!

150.
Рёв слышал ужасного зверя, он жертву кровавую ждёт,
Но я сын Эгея и Этры обязан спасти свой народ.
Мной бык побеждён марафонский, убиты Скирон, и Синид!
Мечтаю, что я за победой приплыл из Афин на Крит!
Окинула взглядом фигуру – юнец, несказанно хорош!
На виданных ею, доселе, Тесей был совсем не похож:

151.
Лицом, как Дионис прекрасен, чело высоко, ясен взгляд,
И голос чарует прекрасный, и столь непривычен наряд.
Туника с каймой золотою не пыльна, от дальних дорог.
Мне жаль, что готовят вас к битве. Довольно печальный итог.
Сперва, вас обучат, как нужно с быком на арене играть.
Должны стать ловчее мартышек, и острых рогов избежать.

152.
Выносливей стать и сильнее:  освоить прыжки в высоту.
Вставать раньше ясного солнца придётся вам поутру.
Кто в играх с быком уцелеет, недолго ещё будет жить.
Для магии в храме Гекаты он жертвою станет служить,
а впрочем, ещё неизвестно, как сложится ваша судьба.
Отец говорил, что Тесею идти к Минотавру с утра.План спасения Минотавра

153.

Мой брат Минотавр также жертва,

но в играх жестоких богов
Ему повезёт непременно,

не будешь Тесей с ним суров.
Проявишь к нему соучастье,

исполнив удачи каприз.

154.
Доставишь нас с братом на Наксос,

где нас заберёт Дионис!
Чтоб выйти из Лабиринта,

держи из бечёвки клубок,
Сегодня у нас милосердья,

отваги, и славы – урок!
155.
От метода ошибок – проб,
со временем, понятен прок.
Доколе ты, мой друг наивен,
к познанью мира конструктивен,
Тогда идёшь в нём напрямик,
не устрашит тебя тупик.
156.
Познаю жизни сложной суть,
и далее продолжу путь.
Сверкает цель над головой
мне путеводною звездой!
Выбрасывает жребий, финт,
препятствий новых лабиринт.
157.
В потёмках, рыкающий зверь,
спугнёт мечтательную тень.
Порой, забыв про осторожность,
я извлекаю меч из ножен.
Будь взвешен и уравновешен:
живущий здесь и сир, и грешен.
158.
Вот бечева, живая нить,
что будет по земле водить,
И станет нитью путеводной,
для сердца, как маяк свободы.
Сумеет радужная нить,
мой путь по жизни осветить.
159.
Невеста — дева Ариадна,
тебе друг, не принадлежит.
Она поможет путь осилить,
не дав в походе обессилить,
Надеждою вооружит,
пройти поможет лабиринт.
160.
Приму награду. С Дионисом
она на небо улетит.
Она его жена, невеста,
ей на земле уж мало места,
Хоть путь по жизни осветит,
с богами дальше путь вершит.
161.
Полезно Тесей тебе это — узнать,
даны нам мистерии — мир постигать.
Рождаются формы. Умами владея,
не замышляет природа злодеев.
Извечно в природе благое движенье,
к развитию или к уничтожению.
162.
Постичь направление в перспективе,
не сможет герой, и простой, и наивный.
По каверзам жизни ты должен шагать,
и что предназначено нам — исполнять.
Закрыты, опасны виденья пороги,
о них могут знать только высшие боги.
163.
Но знать, это вовсе не значить — влиять,
дано даже смертным судьбу исправлять.
Я знаю, что нет испытаний, сверх сил,
с рожденья нам жребий предопределил,
Какие по жизни пройдём испытания,
спасёмся мы все, проявив состраданье.
164.
Сдадим на отлично желанный урок,
истек Минотавру — мучения срок.
Деяние — служит зловещим итогом
коварства и зла ему чужды дороги!
В мистериях дивно идём к просветлению,
увидим Диониса мы, без сомненья!
165.
Когда в лабиринт попадёшь ты Тесей,
отбрось все сомненья, ведь брат мой не зверь,
Но стены дворца отражают все чувства,
построен дворец чрезвычайно искусно.
Когда по нему кто-то бродит с опаской,
поход превращается — в страшную сказку!
166.
Враждебность от стен отражает враждебность,
а гнев пробуждает звериную гневность,
Опасливость — лишь увеличит опасность.
В уме ты Тесей сохраняй только ясность,
Тогда лишь нейтральность от стен отразится –
и только хорошее может случиться!

Тесей в Лабиринте

167.

Плелись неведомо узоры,
Тесей блуждал по коридорам,
в пути встречались тупики,
не отпускал он бечевы.
Завет прекрасной девы знал,
стен криками не оглашал.
167.
Бродил во тьме он много дней,
забыв, что здесь живёт злодей.
Он знал, что не желают крови
быки, телята и коровы —
И рев быка, порой ночною –
слал ощущение покоя:
168.
Зачем животное дразнить,
когда я с ним могу дружить!
Он в залы заходил большие –
там были статуи златые,
И музыкальные игрушки,
свирели для младой пастушки.
169.
Порой его смущали взгляд
изображения менад.
Картины украшали  стены.
Всё глубже вниз вели ступени.
Вот зал последний в глубине,
здесь пленник прячется во тьме.
170.
— Привет мой друг, пришел я с миром,
врагом тебе не быть Афинам,
По поручению сестры
я выведу тебя из тьмы!
Насторожился Минотавр,
но не налился кровью взгляд.
171.
Я не грожу тебе оружием –
фиал, залогом нашей дружбы,
И знаю я, что ты не зверь,
словам моим прошу, поверь.
Кто ты? — во тьме раздался рык.
Горою перед ним возник,

172.
И протянул навстречу руку,
несчастный, усмиряя звуки.
— Я видел множество феерий.
Твоя сестрица для мистерий
Тебя сказала привести,
вас вместе вдаль ведут пути!

173.
К Дионису вольёшься в свиту,
жить будешь весело, открыто.
Познавший тайны человек,
короткий  проживает век.
Я слышал, в свите Диониса
дриады, нимфы, фавны. Вижу,

174.
ты человек, но мордой — зверь,
всё будет хорошо, поверь!
Свершился миг рукопожатья,
и вот они сидят, как братья.
— Пора отсюда уходить,
нас выведет на волю нить.

175.
— Тесей, сейчас спешить нельзя,
показывать, что мы — друзья…
У входа стража наготове,
и те, кто жаждут твоей крови!
Для них начнём — потешный бой,
для нас с тобою — пир горой.

176.
С тобой мы дружно посидим,
и бдительность их усыпим!
Друзья решили пошуметь,
Как будто бой идёт насмерть.
Что-что, а мы шуметь умеем,
а тихо пить — лишь тратить время.

177.
Фиалы в воздух поднимали,
и криком стены оглашали.
Ударом не разрушить камень,
гремит железо также славно!
Друзья потешились три дня,
жаль, что там не было меня.
Они Дионису во славу,
такую сделали забаву.

Побег с Крита

178.

По берегу моря бродили менады,
Готовя Тесею побега награду:
Кружили, танцуя вокруг унирем.
Минойский корабль, был покруче — триер!
Безумствуя, в бубны они ударяли,
Дырявили днища кривыми ножами.
179.
Весь город таился от буйства менад,
Пока совершали они променад.
А в Кносском дверце бой искусный кипел,
От ярости зверь то стонал, то ревел,
И крики Тесея наверх долетали —
От крепких ударов, стены стонали.
180.
Три дня содрогались дворцовые стены.
Вином заливали у Кноса ступени,
В безумном азарте кружились вакханки,
И прятались те, кто на зрелища падки.
Из дальних кустов наблюдали они,
Как длинные тени на берег легли.
181.
Но вскоре звук боя затих в лабиринте —
Уже не доносятся ярости крики.
Доложат царю, ждать им день или два,
Чтоб смог навестить Минотавра с утра.
Пока он горяч после смертного боя,
Никто не отважится побеспокоить.
182.
Тесей с Минотавром направились к входу —
Под ночи покровом не видно народа.
У входа ждала под сосной Ариадна
С невольников юных афинян отрядом,
И группой прекрасных вакханок-девиц,
Подружек Диониса — преданных жриц.
183.
Увидев героев, она прошептала: —
Победу над смертью мы одержали!
Скорее бежим на корабль афинян,
Исполним Диониса чудного план,
И тихо отчалили, берег покинув,
На Наксос путей их вело изобилье.
184.
Тесей выбрал путь, что в открытое море,
Уже беглецов не пугает неволя:
Сиял серебром над водой Млечный путь.
Корабль вёл по звёздам небесный пастух.
Вакханки увидели парус белевший,
Из ткани его к торжеству шьют одежды.
185.
Их звонкие песни над морем лились, —
На Наксосе ждёт нас с тобой Дионис!
Корабль шел, бесшумно, под парусом черным,
И море пред ним расстилалось покорно.
Вот Эос над морем воздела персты —
Даруя рассветного счастья часы.
186.
А Крит погрузился в прошедшую ночь,
Когда от несчастий все двинулись прочь.
Спустились на берег вакханки-менады
Навстречу из рощ выбегали дриады,
Чудесные звуки с Небес полились
В священные рощи вёл путь юных жриц.
187.
Обнял Минотавра Тесей на прощанье,
— Дионис  твоё исполняет желанье!
— Тесей ты открыл на свободу мне двери,
И в тайны Мистерий могу я поверить,
Чудесное в духе с Богами слиянье
Дано человечеству для созиданья!
188.
Тесей, утирая ладонью слезу,
Сказал, — Жаль, остаться я здесь не могу.
Встревожен судьбою Афин мой отец,
Пора принести ему радости весть:
Избавлено царство от грозного рока,
Не будем платить мы Миносу оброка!
189.
Прощай, выбор сделан тобою мой  друг,
Пускай Дионис исцеляет недуг.
Недуг одиночества, в жизни познавший —
К нему обращает и взор свой горящий.
Вакханки младые искрятся весельем,
И ты испытаешь восторг неподдельный!
190.
На том и расстались. Под парусом черным,
Продолжил Тесей путь в открытое море.
На вёсла сильнее гребцы налегали,
Чтоб слуги Миноса корабль не догнали.

Стражник к Миносу спешит

191.

На крыльях ветров мчится Эос на Крит,
Лазурными красками небо светлит,
Рукою божественной красит рассвет —
Беспечное утро ступило на брег.
Лишь чаек кричащих веселая стая,
В рассветных лучах над волнами играет.
192.
Испуганный стражник к Миносу бежит,
— Тесей с Ариадной покинули Крит!
Покинули берег менады, тем жрицам,
Помог Минотавр на корабль погрузиться!
Хотели за ними мы мчаться в погоню —
Испорчены все униремы. Хоть в море
193.
Мы вышли тотчас же, ночною порою,
Но их захлестнуло высокой волною.
В пробитые днища струилась водица,
И на берег нам довелось возвратиться.
— Как это случилось? — гневится Минос,
— Зовите Дедала, задам я вопрос…
194.
Раскрыл чужеземцам все, наши секреты,
Сбежать Ариадне помог он, при этом!
Приходит смиренно к тирану Дедал,
— Нет, я афинянам не помогал,
Лишь дал Ариадне клубок бечевы,
Чтоб с братом  общаться, порою могли.
195.
Жалела несчастного брата она…
— Тесею она убежать помогла?
Об этом беседы мы с ней не вели,
Я с сыном своим проводил эти дни!
— В погоню спешу, не избегнуть судьбы,
С Икаром теперь в лабиринте сиди!
196.
Подумай, как славу вернуть мне ,
Не то, удостоитесь смерти!
Команду дал слугам, —
посидят пускай в норах.
Проверьте, чтоб крепкими
были затворы!

Крылья, гибель Икара

197.

Постиг Делал цену успеха,
в ограничение — не до смеха.
— Я должен выход отыскать,
чтобы от Миноса бежать!
Лишь дух подвижный словно ртуть,
поможет нам на мир взглянуть.
198.
Он изучал полёты птиц.
От власти Миноса спастись,
я только с крыльями смогу –
в неволе жить я не могу,
и тяжела затвора кара,
для сына моего – Икара.
199.
Ночами мастер рассуждал, —
Полёты птиц я наблюдал:
Движения легки и плавны.
Пух, и перо найдутся – славно!
Окончен творческий простой,
я покорю простор морской!
200.
Подолгу мял он воск в руках,
мечтал витая в облаках,
чертил таинственный узор,
с небес Афины мудрый взор.
Создались крылья — пары две,
чтоб путь открылся в вышине.
201.
Льняные нити, пух, щепа,
и горы лёгкого пера,
придал творенью чудный лоск,
скрепив перо — застывший воск
Он поглощён работой был.
Икар, простор небес открыл.
202.
Совместная легка работа,
готовы крылья для полёта.
Дедал Икару говорил, —
Надеждой Зевс нас одарил!
Готовит щедрая Клото,
событий новых полотно!
203.
Моя исполнится надежда,
но ты, мой сын, не будь невеждой.
Скрепляют крылья воск и нити,
опасный путь должны вершить мы.
Ты вниз к волнам не опускайся,
и Гелиоса устрашайся:
204.
Воск может солнце растопить,
сгорает под лучами нить,
Я вижу грозные приметы,
всё ненадёжно в мире этом.
Над морем низко не лети,
держись срединного пути.
205.
Румяной Эос перст ведёт на небо золотой восход,
Эол гуляет над морями, играя синими волнами.
Надели крылья беглецы, об этом ведают отцы,
как беззаботны на рассвете, начала жизни наши дети!
Поток, воздушный господин, влечёт к сиянию вершин,
Два бога вознеслись над Критом, орлы их восхвалили криком.
206.
Потешился Икар крылами, в потоках солнечных играя,
Взлетал он в солнечные дали, и гребни волн косил крылами.
Забыл отцово наставление Икар, полётом упоенный:
Очередной раз к солнцу взмыл – луч яркий нити опалил,
И растопился воск, и перья, из крыльев в море улетели,
И разметались по волнам. В пучину моря пал Икар.
207.
Принял Гермес Икара душу, пред ним закрылся день грядущий.
Кружился над волной Дедал, слезами воды орошал.
Искристые океаниды, в пучине моря тело скрыли.
— Собрать могу перо и пух, я сына не смогу вернуть!
Эриниям давно известны особенности кровной мести, —
племянника я уничтожил, и сын мой слишком мало пожил!
208.
Всех щедрая укроет Гея, желаньями земных, владея,
Меня в своём сокроет лоне, у жизни на закатном склоне.
Я жил, страдал и суетился, но понапрасну возносился.
С собою крохи не возьмёшь, в Аид совсем один придёшь,
полями бледных асфоделий, ни чем, в прошедшем не владея.
Я понял жизни скорбной суть – к Сицилии направлю путь!

Фредерик Лейтон. Дедал и Икар

Наследник Эгея

209.

Эгей себе места не находил,
Он целыми днями по скалам бродил,
Высматривал парус в морской синеве,
Увидев, вскричал, — Горе страшное мне,
Надежды напрасны, погиб мой Тесей,
Не будет Афинам известий горше!
210.
Эгей оттолкнул от себя верных слуг,
— Мне горе моё пережить не досуг!
Он в море сорвался с высокой скалы.
Закончились жизни тревожные дни.
Причалило судно, под парусам черным,
Улыбками лица сияют спасённых.
211.
Но радостных криков утихла волна,
ведь всех огорчила, лишь гибель царя.
Эгейским же море с тех пор величают,
Как знак, неуёмной, отцовской печали.
Наследник Эгея отважный Тесей,
Стал мудростью править и Аттикой всей.
212.
В ней мелкие царства объединил
И дух демократии там насадил,
Характером строгим доверье снискал
Совет там народ каждый год выбирал.
Себе привилегий не брал тривиальных
Решал все вопросы коллегиально.
213.
Не правил Афинами он самолично,
Но с флотом, войсками справлялся отлично.
Стал жертвенным праздник Панафинеи,
Он силу Афин и растил, и лелеял.
Сословия в городе он учредил
И единовластие своё упразднил.

214.
На Истме Тесей обозначил границу
И в Пелопонесе знак — для Ионийцев.
Истмийские игры для всех учредил.
Их в честь Посейдона народ проводил!
Решив государственный к делу подход,
Герой устремился в Эвксинский поход.

215.
С Гераклом в боях амазонок смирял,
А после боёв Антиопу украл.
Любовь та была словно песня и звонка
Женой верной стала ему амазонка.
Реку Солоентом в местах тех назвал,
Пифополь он в дальних краях основал.

216.
Поставил царём управителем Герма.
Афинскую власть расширяя безмерно.
Он гнев амазонок призвал на Афины,
И жены степей устремились в Афины
Босфор Кимерийский по льду перешли,
Геройски сражались в Афинах они.

217.
В боях вместе с мужем сражалась царица,
Недолго тот брак с Антиопою длился.
От острой стрелы героиня погибла,
Оставив Тесею рождённого сына.

Кризис возраста

218.

Он, в возраст вступил, что смущает порой
всех смертных, коварной природы игрой.
Когда исполняется вам пятьдесят,
но мощью сверкает — отвагою взгляд.
Пытаемся строить как в юности жизнь,
а там искушенья — герой удержись.
219.
Отправился снова Тесей наш на Крит,
он помнил, как взгляд к Ариадне прилип,
(Мечтал он, что будет та жрица — невестой).
Женой Диониса та стала, известно.
На Крите жила Ариадны сестрица,
А в силе вдовец еще может жениться.
220.
На Федре женился Тесей, всё так просто
Что страсть, Пасифаи, её дети носят!
Как в юности тешился с Федрой герой.
От жизни семейной отвлёк – Перифой,
Решил он героя Афин испытать
И стадо быков открыто украсть.
221.
Нагнал похитителя в поле Тесей,
Пускай же за кражу ответит злодей,
Но встретились взгляды и очаровались
Дружить порешили и побратались.
На свадьбу его Перифой пригласил,
Но битвой с кентаврами кончился пир.
222.
Напились кентавры вина на пиру
С лапифами там же затеяв войну
Изгнали друзья их стада с Пелиона
Союз закрепили там клятвой герои.
Подрос Ипполит, и в Афины явился,
Он юности силой отвагой светился.
223.
И Федра любовь испытав к Ипполиту
В погибель его увлекала открыто,
Его оболгала письмо написав…
На честь её пасынок не посягал.
Тесей ей поверил, что сын был не честен,
Проклятьем его заклеймил. Всем известно:
224.
Служанка её рассказать торопилась,
— Раз страсть безответна, она — удавилась,
Тесей Посейдона во гневе просил,
Чтоб тот Ипполита жизни лишил.
Убило проклятье отца, Ипполита —
Бык дикий из моря явился, сердитый.
225.
Напал на коней, что везли колесницу,
С неё довелось Ипполиту свалиться.
Он сына оплакал и с другом решил
Что только богини им в жены нужны.
Узнали – дочь Зевса могучего в Спарте,
Судьбу разыграли как будто бы в карты!
226.
Отправились в Спарту за дочерью Леды.
Похитили юную деву Елену.
По жребию дева досталась Тесею,
Но не довелось ему царствовать с нею.
Невесту стремясь Пирифою добыть,
Они посетили ужасный Аид.
227.
Попали в Аиде они в переделку,
Когда усадили друзей на трон Леты.
Геракл за Тесеем спустился в Аид,
Из плена его он – освободил.
Но не отпустил Пирифоя Аид.
Из-за Персефоны был слишком сердит!
228.
В Афинах Елену они не застали,
Спартанцы её вместе с Этрой забрали.
Всё царство Тесей передал Менесфею —
В Афинах потомок царит Эрихтея.
А сам удалился от дел к Ликомеду,
Где больше уже не изведал победы.

Ликомед – осуждение

229.

На Скирос направил он стопы свои.
Имел там свои он участки земли.
Они с Ликомедом взошли на скалу,
чтоб лучше увидеть владенья тому…
Сказал Ликомед, — Все наивны, мой брат!
Тебя ждёт у грани могучий Танат.
230.
Знай подвигов в мире исчезнут следы,
встань к краю скалы и назад посмотри.
Ты в прошлое пристальнее вглядись —
ушли приключения — кончена жизнь.
Тебе в приключениях чаще везло,
но счастье геройство тебе не дало.
231.
Сограждан в Афинах иссякло терпенье,
остался для них ты, как был, чужеземным!
Ты жизнью страны своей даже не жил,
хотя и законы для них положил.
И мудро устроил правление в них,
но ропот давно среди черни возник.
232.
Тебе не желают в Афинах служить
и каждый готов в них тебя осудить!
Прошло тридцать лет. Свои лучшие годы
потратил на битвы ты, и на походы.
Царям непоседливость очень вредит,
хоть ты и отважен, силён, знаменит.
233.
Но время твоё безвозвратно ушло,
в Афины привёл ты великое зло:
Елена прекрасна, Тесей, не секрет,
но, ей нет ещё и двенадцати лет!
Решил потревожить отважную Спарту?
Дочь Леды и Зевса не стала подарком.
234.
Разгневал деянием ты Артемиду,
из храма богини Елену похитив,
Потом с Перифоем помчался в Аид.
Давно уже разум в тебе Тесей спит.
Елену в бою Диоскуры забрали,
а Этра в плену и в великой печали.
235.
В плечо он Тесея толкнул ненароком,
и этим закончились жизни уроки…
Вздохнула, легко перерезавши нить,
в глубоком раздумье мойра глядит.

Что Атропос очень жалеешь его?- 
Клото осмотрела судьбы полотно:

Прославив эллинов дух

236.

Клото осмотрела судьбы полотно:
Афины не раз ещё вспомнят его.
Так много деяний вместило оно
Исполнено предназначенье героя,
уж время пришло буйный дух успокоить.
Вот Лахесис жребий стремится достать,
не стоит нам больше подобного ткать.
237.
Рассмотрим характер Тесея героя,
что, как Посейдон возмущался порою.
Он уподоблялся могучему богу,
отчаянно сея в округе тревогу.
Житейское море не просто водица,
не каждым поступком нам стоит гордиться.
238.
Очистил по суше проход до Афин,
где быт беспросветный разбой насадил:
Эриний пособники службу вершили,
чтоб люди, всегда осмотрительны были.
Разбойники все те имели понятия,
примерив на тело судейское платье:
239.
Людей выше сосен Синид поднимал,
к вершинам привязывая — разрывал,
Считая, что так усмиряет гордыню,
а люди возвысить себя поспешили.
Не дело им мыть у властителей ног,
погибель — уступчивость людям несёт.
240.
Скирон предлагал оказать уважение —
покладистость служит предлогом к паденью.
Житейское море бушует бессонно,
препятствием станут в нём — кости Скирона.
Не стоит доверья свинья в Кромионе,
что как порожденье Ехидны с Тифоном.

241.
Решит всех в болото страстей погрузить —
Страстям в нашей жизни не стоит служить.
Смотрите над полем Персидской войны,
как грозный орёл дух Тесея парит,
И Эллины это не раз увидали.
В архонство Федона — Кимона призвали.

242.
Найти непременно могилу героя,
веленье оракул изрёк Аполлона.
Могилу ту долго найти не могли,
пока не спустился орёл до земли.
Он землю когтями стал рьяно копать,
чтоб людям желанье богов исполнять. 243.
Отрыли в могиле огромное тело
с копьем и мечом. Привезли на триере
Останки героя с почётом в Афины,
покоится славный Тесей там доныне
Рапсоды поют, услаждая нам слух,
и славят воинственных эллинов дух.

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике поэзия с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s