Геродот. История (часть 12)

Книга Первая. Клио

перевод: Ирина Анастасиади

149. Информация, которую я поведаю вам далее, касается Ионийских городов. А именно одиннадцати древних эолийских городов (η Αιολίς). Между ними: Кими (η Κύμη), называемая также Фриконидой, Лариса (η Λάρισα), Нео Тихос (το Νέο Τείχος), Тимнос (η Τήμνος), Килла (η Κίλλα), Нотио (το Νότιο), Эгироэсса (η Αιγιρόεσσα), Питани (η Πιτάνη), Эгэс (η Αιγές), Мирина (η Μύρινα), Гринион (το Γρύνειον). Причём один из них – Смирни (η Σμύρνη) – отняли у эолийцев ионяне. Ведь первоначально на материке было двенадцать эолийских городов (Δωδεκάπολη). огда-то Эолийцы заняли область плодороднее ионийской, однако, не обладающую столь благодатным климатом.

150. А Смирни эолийцы потеряли следующим образом. Однажды жители Смирни дали убежище беглецам из Колофон[1], побеждённым при восстании и изгнанным с родины. Случилось так, что эти самые колофонские изгнанники коварно воспользовались случаем, когда горожане справляли за городскими стенами праздник в честь Диониса, те закрыли ворота и овладели городом. Остальные эолийцы поспешили на помощь городу. К сожалению, эолийцы отдали свой город и заключили с колофонскими изгнанниками соглашение, по которому те обязывались отдать им их домашнее имущество. В результате, одиннадцать ионийских городов поделили между собой бывших жителей Смирни, даровав им гражданские права.

151. Эолийские города на материке, кроме поселений на Иде составляют особую группу. Из островных городов пять находятся на Лесбосе (греч. Λέσβος также называемый Митилини (Μυτιλήνη)[2] (причём шестой город на Лесбосе – Арисви (греч. Ἀρίσβη) – покорили мефимнейцы, хотя жители его были их кровными родственниками). Также существует один эолийский город на Тенедосе (греч.Τένεδος), а другой – на так называемых «Ста островах» (τα Εκατόνησοι). Лесбосцам и тенедосцам, так же как и островным ионянам, нечего было пока опасаться персов. Остальные же эолийские города решили сообща во всём следовать ионянам.

152. По прибытии в Спарту (η Σπάρτη) ионийских и эолийских послов их представителем спешно был выбран посол по имени Пиферм из Фокии (греч. Φώκια). Тогда Пиферм надел на себя пурпурное одеяние, чтобы собралось как можно больше спартанцев, услышавших об этом избрании. Выступил он перед лакедемонянами с длинной речью, прося помощи. Лакедемоняне не стали даже слушать его, решив просто отказать ионянам в помощи. Посланные возвратились домой. Меж тем лакедемоняне, несмотря на отказ, всё же послали ионянам 50‑весельный корабль, как я думаю, чтобы наблюдать за ходом борьбы Кира[3] с ионянами[4]. По прибытии лакедемонского корабля в Фокею спартанцы отправили в Сардис самого уважаемого человека из своей среды по имени Лакрин объявить Киру от имени лакедемонян, что они не позволят ему разорить ни одного эллинского города.

153. После этих слов глашатая, Кир спросил эллинов из своей свиты, что это за люди лакедемоняне и сколь они многочисленны, что осмеливаются произносить подобные речи. Получив ответ, Кир сказал спартанскому глашатаю: «Я не страшусь народа, у которого есть определённое место посреди города, куда собираются жители, чтобы обманывать друг друга и давать ложные клятвы. Если я останусь жив, то им придётся толковать не о делах ионян, а о своих собственных». Эти презрительные слова Кир бросил в лицо всем эллинам за то, что у них есть площади, где они выступают с речами (ведь у самих персов нет подобного). Затем Кир отдал город Сардис в управление персу Табалу, а золото Креза и прочих лидийцев поручил хранить лидийцу Пактию. Сам же он вместе с Крезом возвратился в Акбатаны, не обращая пока никакого внимания на ионян. Ведь помехой Кир считал Вавилон, бактрийский народ, саков и египтян. Против этих народностей Кир и намеревался сам выступить в поход, а против ионян послать другого полководца.

154. После отъезда Кира из Сардиса Пактий поднял восстание против назначенного Киром Табала, а значит, и против Кира и двинулся к морю, захватив с собой всё золото из вверенных ему Сардиса. Причём ему удалось навербовать наёмников и убедить жителей приморских городов присоединиться к его походу. Потом Пактий направился в Сардис и осадил Табала, запершегося в акрополе.

155. Получив весть об этих событиях в пути, Кир сказал Крезу: «Чем кончится всё это? Лидийцы, видимо, не перестанут доставлять хлопот и беспокойства себе и другим. Думаю, не лучше ли продать их в рабство? Я поступил, кажется, столь же глупо, как тот человек, который убил пленного отца, оставив жизнь его детям. И вот веду в плен тебя, который был лидийцам больше, чем отец, а столицу оставил самим лидийцам, и после этого ещё удивляюсь, что они восстали против меня!». Так Кир высказал, скопившееся у себя на душе. Меж тем Крез[5] испугался, что царь Персии разрушит его Сардис[6] (η Σάρδεις), отвечал ему так: «Ты совершенно прав царь! Но всё‑таки не следует тебе гневаться по всякому поводу и разрушать древний город, неповиный ни в прежних, ни в теперешних событиях. Ведь за прошлое вина лежит на мне, потому я готов поплатиться за это головой. Виновник же теперешнего восстания – Пактий, которому ты отдал Сардис. Его и карай! А к самим лидийцам будь снисходительным. Для того, чтобы они вновь не подняли мятежа и тебе не нужно было их опасаться, сделай так: пошли вестника и запрети им иметь боевое оружие и прикажи носить под плащами хитоны и высокие сапоги на ногах. И ещё — повели им обучать своих детей игре на кифаре и лире и заниматься торговлей мелочью. И ты увидишь, царь, как скоро они из мужей обратятся в женщин, так что тебе никогда уже не надо будет страшиться восстания».

156. Давая такой совет Киру, Крез полагал, что подобная участь лидийцам предпочтительнее, чем быть проданными в рабство. Он был убежден, что без веской причины нельзя заставить Кира изменить своё намерение. И опасался, как бы лидийцы, избежав на этот раз грозной опасности, вновь не восстали против персов, обрекая себя на гибель. Однако, Кир обрадовался словам Креза, умерил свой гнев и уверил того, что последует его совету. Затем царь велел призвать мидянина Мазареса и приказал передать лидийцам совет Креза. Кроме того, Кир повелел обратить в рабство всех, кто вместе с лидийцами пошёл на Сардис, а самого Пактия схватить и привести к нему живым.

157. Отдав эти приказания прямо с дороги, Кир двинулся далее в персидские пределы. Меж тем при вести о приближении высланного против него персидского войска Пактий в страхе бежал в Киму. Таким образом, направившийся во главе части персидского войска в Сардис, мидянин Мазарес не нашёл там уже сообщников Пактия. Прежде всего он заставил лидийцев подчиниться повелениям Кира, в силу чего лидийцам пришлось изменить весь уклад своей жизни. Затем Мазарес отправил вестника в Кими с требованием выдать ему Пактия. Кимейцы, однако, решили обратиться за советом к Аполлону в святилище в Бранхидах. Там издревле были прорицатели, которых вопрошали все ионяне и эолийцы. Местность эта лежит в Милетской области выше гавани Панормоса.

158. Итак, кимейцы отправили послов к Бранхидам вопросить Феба, как им поступить с Пактием, дабы умилостивить богов. Послы вопросили бога и получили ответ: выдать Пактия персам. Услышав такое изречение оракула, кимейцы постановили выдать Пактия. Однако когда народ уже был готов это сделать, Аристодик, сын Гераклида, один из уважаемых граждан, сумел удержать их от этого. Он усомнился в правильности изречения оракула, полагая, что послы лгут. В конце концов, кимейцы отправили других послов к оракулу вопросить о том, что делать с Пактием. Среди них был также и Аристодик.

159. Когда они прибыли в Бранхиды, то Аристодик от имени всех обратился к богу с таким вопросом: «Владыка! Явился к нам, умоляя о защите лидиец Пактий, дабы избежать лютой смерти от персов. Меж тем персы требуют у кимейцев его выдачи. Хотя мы, кимейцы, и страшимся персидской мощи, не смеем выдать просящего защиты, пока ты ясно не укажешь, что нам делать». Так вопрошал Аристодик. Но бог изрёк тот самый ответ, повелевая выдать Пактия персам. Тогда Аристодик, обдумав заранее свои действия, поступил так: он стал обходить вокруг святилища и разорять гнёзда воробьев и других птиц, которые нашли себе приют при храме. В это время из святилища послышался голос, взывавший к Аристодику: «О нечестивейший из смертных! Как дерзаешь ты подобное? Зачем изгоняешь ищущих защиты из моего храма?». Аристодик не смутился, но возразил богу так: «Владыка! Сам ты помогаешь прибегающим к твоей защите, а кимейцам приказываешь выдать молящего о защите!». Но Аполлон опять возразил ему: «Я повелеваю, чтобы вы скорее погибли из‑за вашего нечестия и впредь не приходили вопрошать оракула о выдаче молящих о защите».

160. После такого ответа оракула кимейцы не захотели сами выдать Пактия из страха погибнуть или, оставив у себя, подвергнуться осаде. Поэтому они отослали его в Митилены. А митиленцы получив от вестника Мазареса приказ выдать Пактия, выразили готовность сделать это за некоторую мзду (точно не знаю какую, так как сделка не состоялась, потому что кимейцы, проведав намерение митиленцев, отправили корабль на Митилены и отправили оттуда Пактия на Хиос). А там уже хиосцы силой вытащили Пактия из святилища Афины Полиухос (Защитницы) и выдали персам. Выдали же его хиосцы в обмен на Атарней (местность, где расположен этот Атарней, находится в Мисии, напротив Лесбоса). Получив в свои руки Пактия, персы содержали его в темнице, чтобы потом отправить к Киру. Однако ещё долго после этого ни один хиосец не посылал богам в жертву ячменя и не выпекал жертвенных лепёшек из урожая в Атарнее. Вообще ничего из того, что рождала эта земля, не употреблялось для жертвоприношений.

161. Так хиосцы выдали Пактия. Мазарес же после этого выступил в поход против всех городов, которые участвовали в осаде Табала. Сначала он подчинил приенцев, потом прошёл всю долину Меандра, отдав её на разграбление своему войску, так же как и город Магнесию. Вслед за тем Мазарес занемог и скончался.

162. После кончины Мазареса преемником его в должности военачальника стал Гарпагос (Ἅρπαγος), как и тот, мидянин родом. Это был тот самый Гарпагос, которому мидийский царь Астиаг устроил нечестивое пиршество и который помог Киру вступить на престол. Этот‑то человек, назначенный Киром в военачальники, прибыл в Ионию и стал захватывать города, окружая их валами. А именно — запирал жителей в стенах города, возводил у стен насыпи и затем брал город приступом. Первым ионийским городом, подвергшимся его нападению, была Фокея.

163. Жители Фокеи первыми среди эллинов пустились в далёкие морские путешествия. Между всего прочего они открыли Адриатическое море, Тирсению[7], Иберию[8] и Тартесс[9]. Они плавали не на «круглых» торговых кораблях, а на 50‑весельных судах. В Тартессе они заключили дружеский пакт с царём той страны по имени Арганфоний. Тот царствовал в Тартессе 80 лет, а прожил 120. Этот человек так был расположен к фокейцам, что сначала даже предложил им покинуть Ионию и поселиться в его стране, где им будет угодно. Но фокейцы не согласились на это. А когда царь услышал об усилении могущества лидийского царя, дал лидийцам денег на возведение стен в их городе. Причём дал денег не скупясь, так как окружность стен Фокеи составляло немало стадий, а всю стену строили из огромных тщательно прилаженных камней.

164. Таким образом фокейцы воздвигли стены для своего города. А когда Гарпагос привёл войско и начал осаду города, то велел сказать фокейцам, что удовольствуется, тем, что горожане разрушат лишь один бастион на стене и «посвятят» в знак покорности Киру только один дом. Но фокейцы, ненавидевшие рабство, просили его предоставить им один день на совещание. Затем они обещали дать ответ. А на время совещания предлагали Гарпагосу отвести своё войско подальше от города. Меж тем Гарпагос велел ответить им, что прекрасно понимает их замысел, но, тем не менее, даёт им время на размышление. И вот, когда Гарпагос отвёл войско от города, фокейцы спустили на воду свои 50‑весельные корабли, погрузили на них своих жён и детей и все пожитки, а также изображения богов и прочие священные дары из храмов, кроме мраморных и медных статуй и картин. Погрузив затем и всё остальное имущество, воины и сами взошли на борт и отплыли по направлению на Хиос. Фокею же, оставленную жителями, заняли персы.

165. Хиосцы меж тем не захотели продать фокейцам так называемые Энусские острова, опасаясь, что эти острова станут торговым центром, а их собственный остров из‑за этого лишится выгоды от торговли. Поэтому фокейцы были вынуждены отправиться на Кирн[10]. Ведь именно на Кирне за двадцать лет до этих событий они по велению божества основали город по имени Алалии[11] (Арганфоний тогда уже скончался). Отправляясь на Кирн, фокейцы сначала возвратились в Фокею и перебили там персидскую стражу, оставленную Гарпагосом в городе. После этого они прокляли страшными проклятиями темх, кто отстанет от похода. Затем погрузили в море кусок железа и поклялись, что не вернутся в Фокею прежде, чем это железо не всплывёт. Во время приготовлений к отплытию на Кирн больше половины граждан охватила мучительная тоска по родному городу и насиженным местам. И вот, нарушив данную клятву, они отплыли назад в Фокею. Те же, кто остался верен клятве, покинули Энуссы и отплыли.

166. По прибытии на Кирн фокейцы пять лет жили там вместе с местным населением и воздвигли святилища своим богам. Но говорят, что стали они впоследствии разорять окрестности и грабить жителей. Тогда тирсены и карфагеняне, заключив союз, пошли на них войной на 60 кораблях. Фокейцы также посадили своих людей на корабли числом 60 и поплыли навстречу врагам в так называемое Сардонское море. В морской битве фокейцы одержали нечто подобное Кадмейской победы: 40 их кораблей погибло, а остальные 20 потеряли боеспособность, потерявши носы. После этого фокейцы возвратились в Алалию. Посадили жён и детей на корабль и, погрузив своё имущество, поместившееся на него, покинули Кирн и отплыли в Регий[12].

167. Что до людей с погибших кораблей, большую часть их захватили в плен карфагеняне и тирсены и, высадившись на сушу, побили камнями. С тех пор у агиллейцев все живые существа – будь то овцы, рабочий скот или люди, проходившие мимо места, где лежали трупы побитых камнями фокейцев,– становились увечными, калеками или паралитиками. Из-за этого агиллейцы отправили послов в Дельфы, желая искупить своё преступление. Тогда Пифия повелела им делать то, что агиллейцы совершают и ныне: принося богатые жертвы фокейцам, как героям, и устраивают в их честь гимнастические состязания и конские ристалища. Вот какая участь постигла побеждённых фокейцев. Тех же, нашедших убежище в Регии, они выдвинулись и захватили в земле Энотрии[13] город, ныне носящий имя Гиела. А заселили они этот город потому, что какой‑то человек из Посейдонии объяснил им, что Пифия в своем изречении подразумевала героя Кирна, а не заселение острова Кирна.

168. Такова была судьба фокейцев в Ионии. Почти так же, как фокейцы, поступили и жители Теоса[14]. После того как Гарпагос, возведя насыпь, захватил стены их города, все теосцы отплыли во Фракию на своих кораблях. Там они поселились в городе Абдерах[15]. Город этот основал ранее Тимесий из Клазомен; но основав город, он не сумел воспользоваться плодами своих трудов, потому что был изгнан фокейцами. Зато ими воспользовались теосцы, поселившись в Абдерах и воздают Тимеси. Почести, как герою.

169. Эти два ионийских города были единственными, жители которых предпочли покинуть свою родину, чем терпеть рабство. Остальные ионяне, кроме милетян, так же как и те, что покинули родину, вступили в борьбу с Гарпагосом и доблестно сражались каждый за свой родной город. Однако они потерпели поражение и были покорены. Все они остались на родиной земле и стали платить наложенную на них дань. Милетяне же, как я сказал выше, заключили союз с Киром и сохранили мир. Так Иония вторично потеряла свободу. После покорения Гарпагосом материковых ионян островные ионяне, устрашившись подобной же участи, добровольно подчинились Киру.

170. Несмотря на понесённое поражение, ионяне все же собрались на Панионион[16]. Там, как я слышал, Биант из Приены подал им весьма полезный совет. Последуй ионяне этому совету, они стали бы, пожалуй, самыми счастливыми и богатыми среди эллинов. Биант предложил им всем вместе отплыть на Сардон и там основать один общий для всех ионян город. Так они избежали бы порабощения, достигли бы процветания, живя на самом большом из всех островов на свете, и даже подчинили бы себе другие племена. Оставаясь же в Ионии, они, по его словам, потеряют надежду получить когда-нибудь свободу. Этот совет дал ионянам Биант из Приены уже после  победы персов нал ними. Но ещё раньше, когда Иония была свободной, Фалес из Милета (по происхождению финикиянин) подал им полезный совет. Он предложил ионянам построить один общий дом для совещаний, в именно на Теосе, так как Теос лежит в середине Ионии. Отдельные города сохраняли бы самостоятельность, но только как местные общины. Такие советы подали эти два человека ионянам.

171. Покорив Ионию, Гарпагос пошёл войной на карийцев, кавниев и ликийцев, взяв с собой ионян и эолийцев. Карийцы пришли на материк с островов.йцы пришли на материк с островов. В глубокой древности они были подвластны Миносу, назывались лелегами и жили на островах. Впрочем, лелеги, по преданию, насколько можно проникнуть вглубь веков, не платили Миносу никакой дани. Они обязаны были только поставлять по требованию гребцов для его кораблей. Так как Минос покорил много земель и вёл победоносные войны, то и народ карийцев вместе с Миносом в те времена был самым могущественным народом на свете. Карийцы изобрели три вещи, которые впоследствии переняли у них эллины. Они научили эллинов прикреплять к своим шлемам султаны, изображать на щитах эмблемы и первыми стали приделывать ручки на щитах (до тех пор все народы носили щиты без ручек и пользовались ими с помощью кожаных перевязей, надевая их на шею и на левое плечо). Затем, много времени спустя, карийцев изгнали с их островов дорийцы и ионяне, и таким образом те переселились на материк. Так рассказывают о карийцах критяне. Сами же карийцы, впрочем, не согласны с ними: они считают себя исконными жителями материка, утверждая, что всегда носили то же имя, что и теперь. В доказательство они показывают в Миласах древнее святилище Зевса Карийского, принадлежащее мисийцам и лидийцам, так как это родственные карийцам племена. Ведь, по их преданию, Лид и Мис были братьями Кара. Им‑ лидийцам и мисийцам, и принадлежало святилище, а не племенам другого происхождения, даже если те и говорили на одном языке с карийцами.

172. Что до кавниев, то они, мне думается,– исконные жители материка; сами же они тем не менее считают себя пришельцами с Крита. Похож ли их язык на карийский или, наоборот, карийский схож с кавнийским, я не могу это точно решить. По обычаям они сильно отличаются не только от карийцев, но и от всех прочих народов. Так, для кавниев самое высокое удовольствие – это собираться на многолюдные пирушки — сверстники и друзья, мужчины, женщины и дети. Они воздвигли у себя храм чужеземным богам, а затем раскаялись и решили почитать только здешних богов. В доказательство все кавнии, способные носить оружие, вооружились: ударяя копьями по воздуху, они шли до калиндийских пределов и восклицали при этом, что изгоняют чужеземных богов.

173. Таковы были обычаи кавниев. Ликийцы же первоначально пришли из Крита (весь Крит в древности целиком занимали варвары). А когда на Крите сыновья Европы — Сарпедон и Минос поссорились из-за того, кто захватит верховную власть, то в борьбе верх одержал Минос и изгнал Сарпедона с приверженцами. Изгнанники прибыли в землю Милиаду в Азии. Страна, где ныне обитают ликийцы, в древности называлась Милиадой, а жители её именовались солимами. И пока царём изгнанников был Сарпедон, они сохраняли имя своего рода, принесённое с Крита. И звали себя термилы. Собственно и поныне соседи так называют ликийцев. Когда же к Сарпедону в страну термилов из Афин прибыл Лик, сын Пандиона, изгнанный своим братом Эгеем, то термилы с течением времени стали называться ликийцами по его имени. Обычаи их частью критские, частью карийские. Есть, впрочем, у них один особенный обычай, какого не найдёшь больше нигде: они называют себя по матери, а не по отцу. Если кто-нибудь спросит ликийца о его происхождении, тот назовёт имя своей матери и перечислит её предков по материнской линии. И если женщина-гражданка сойдётся с рабом, то дети её признаются свободнорожденными. Напротив, если гражданин – будь он даже самый влиятельный среди них – возьмёт в жены чужестранку или наложницу, то дети их не могут иметь прав на гражданство.

174. Итак, карийцы покорились Гарпагосу, не покрыв себя славой: ни сами карийцы, ни эллины, живущие в их стране, да и не совершили никаких подвигов. Среди других эллинов живут там и книдяне – поселенцы из Лакедемона[17]. Область книдян простирается до моря и носит название Триопий. Книдия начинается от части Херсонеса у города Бибасса и вся окружена морем, кроме незначительной местности. Так, на севере она граничит с заливом Керамик, на юге – с морем у острова Симы и Родоса. Когда Гарпагос завоевывал Ионию, книдяне стали прокапывать упомянутую выше узкую полосу земли (шириной почти 5 стадий), чтобы превратить свою землю в остров. Ведь вся область книдян лежит по эту сторону полуострова. Как раз там, где конец книдской земли, и находится перешеек, который они начали прокапывать. И вот, когда множество книдян взялось за работу, оказалось, что рабочие стали получать ранения на теле, и особенно [повреждения] глаз [от осколков камней], когда приходилось пробивать скалу. [Ранения эти] указывали на более прямое, явно сверхъестественное воздействие божества. Тогда книдяне отправили послов в Дельфы вопросить бога о том, что препятствует им [в работе]. Пифия же, по их словам, изрекла такой ответ стихами в трехстопном размере:

Не ройте Истму! Стен не воздвигайте!

Зевс создал остров тут, коль так он захотел.

Получив такое прорицание, книдяне прекратили работы,

и, когда Гарпагос с войском подошёл, они сдались ему без боя.

175. По ту сторону Галикарнассоса[18] в глубине страны жили педасийцы. Всякий раз, когда им самим или их соседям угрожало какое-нибудь несчастье, у жрицы богини Афины вырастала длинная борода. И так произошло уже трижды. Эти педасийцы были единственными карийцами, которые некоторое время оказывали сопротивление Гарпагосу, доставив тому немало хлопот. Именно они укрепили место на горе под названием Лида.

176. Со временем, однако, педасийцы всё же были покорены. Ликийцы же, когда Гарпагос вступил с войском в долину Ксанфа, вышли ему навстречу, доблестно сражаясь небольшим войском против войска огромного. Потерпев поражение, они были оттеснены в Ксанф (Ξάνθος) [19]. Тогда ликийцы собрали на акрополе жен, детей, имущество и рабов и подожгли акрополь, отдав его в жертву пламени. После этого ксанфцы страшными заклятиями обрекли себя на смерть: они бросились на врага и все до единого пали в бою. Ведь среди нынешних жителей Ксанфа, которые выдают себя за ликийцев, большинство – пришельцы, за исключением 80 семей. Эти 80 семей в то время случайно находились в чужом краю и потому избежали этой страшной участи. Именно так Гарпагос овладел Ксанфом. Подобным же образом он захватил и город Кавн, так как большинство кавнцев последовало примеру ликийцев.

177. В то время как Гарпагос разорял приморскую область Передней Азии, Кир покорял народ за народом внутри страны, не минуя ни одного. О большей части этих походов я умолчу и расскажу только о тех, которые доставили ему больше всего хлопот и особенно достойны упоминания.

178. После завоевания азиатской части материка Кир пошёл в наступление на ассирийцев. В Ассирии существует множество больших городов, но самым знаменитым и наиболее могущественным городом, где у ассирийцев после разрушения Ниневии[20] находился царский дворец, был Вавилон. Построен Вавилон так. Лежит он на обширной равнине, образуя четырёхугольник, каждая сторона которого 120 стадий длины. Окружность всех четырёх сторон города составляет 480 стадий. Вавилон был не только очень крупным городом, но и самым красивым из всех городов, которые я знаю. Прежде всего, он окружён глубоким, широким и полным водой рвом, надо рвом возвышается стена шириной в 50 царских локтей, а высотой в 200. Царский же локоть на 3 пальца больше обыкновенного.

179. Здесь я должен рассказать, куда употребили землю, вынутую из рва, и как была возведена стена. Как только выкопали ров, взятую оттуда землю употребили для выделки кирпича. Изготовив достаточное количество сырых кирпичей, их обожгли в печах. Вместо цемента строители вопользовались горячим дёгтем, а через каждые тридцать рядов кирпича между камнями закладывали камышовые плетёнки. Сначала, подобным образом, укрепили края рва, а затем и саму стену. Наверху стены по краям, возвели по две одноэтажные башни. Башни стояли друг против друга. Пространство между этими башнями оставалось достаточным для проезда четверки лошадей. Кругом на стене находилось 100 ворот целиком из меди (в том числе и косяки и притолоки). Существует также другой город в восьми днях пути от Вавилона по имени Ис. Там протекает небольшая река также под названием Ис. Впадает она в реку Евфрат. При этом река Ис выносит своим течением комочки дёгтя. Отсюда и был доставлен дёготь для постройки вавилонской стены.

180. Таким‑то образом были возведены стены Вавилона. Город же состоит из двух частей. Через него протекает река по имени Евфрат, берущая начало в Армении. Эта большая, глубокая и быстрая река впадает в Красное море. По обеим сторонам реки стена, изгибаясь, доходит до самой реки, а отсюда по обоим берегам идет стена из обожженных кирпичей. Город же сам состоит сплошь из трех– и четырехэтажных домов и пересечен прямыми улицами, идущими частью вдоль, а частью поперек реки. На каждой поперечной улице в стене вдоль реки было столько же маленьких ворот, сколько и самих улиц. Ворота эти были также медные и вели к самой реке.

181. Эта стена является своеобразным панцирем города. А вторая стена находится внутри первой, правда, немного ниже. Правда, она внешней стены. В середине каждой части города воздвигнуто здание. В одной части воздвигнут царский дворец, окружённый огромной и крепкой стеной. В другой – святилище Зевса Бела с медными вратами, сохранившимися до наших дней. Храмовой священный участок – четырехугольный, каждая сторона его составляет 2 стадии в длину. В середине этого храмового священного участка воздвигнута громадная башня, длиной и шириной в 1 стадию. На этой башне стоит вторая, а на ней – ещё башня. В общем восемь башен – одна на другой. Наружная лестница идёт вверх вокруг всех этих башен. На середине лестницы находятся скамьи, должно быть, для отдыха. На последней башне располагается большой храм. В этом храме стоит большое, роскошно убранное ложе и рядом с ним золотой стол. Никакого изображения божества там, однако, нет. Да и ни один человек не проводит здесь ночь, за исключением одной женщины, которую, по словам халдеев, жрецов этого бога, бог выбирает себе из всех местных женщин.

182. Жрецы утверждают (я, впрочем, этому не верю), что сам бог иногда посещает храм и проводит ночь на этом ложе. То же самое, по рассказам египтян, будто бы происходит и в египетских Фивах. И там, в храме Зевса Фиванского также спит некая женщина. Обе эти женщины, как говорят, не вступают в общение со смертными мужчинами. Точно так же, впрочем, и прорицательница – жрица бога в Патарах Ликийских живёт при храме, когда является бог и изрекает оракул (что бывает не всегда, а лишь временами). Но при посещении бога, по ночам жрицу запирают с ним в храме.

183. Есть в священном храмовом участке в Вавилоне внизу ещё одно святилище, где находится огромная золотая статуя сидящего Зевса. Рядом же стоят большой золотой стол, скамейка для ног и трон – также золотые. По словам халдеев, на изготовление их пошло 800 талантов золота. Перед храмом воздвигнут золотой алтарь. Есть там ещё один огромный алтарь, на нём приносят в жертву крупных животных. На золотом же алтаре можно приносить в жертву только сосунков. На большом алтаре халдеи ежегодно сжигают 1000 талантов ладана на празднике в честь этого бога. В то время, о котором идёт речь, на священном участке стояла золотая статуя бога, целиком из золота, в 12 локтей высоты. Мне самому не довелось её видеть, но я передаю лишь то, что рассказывали халдеи. Эту статую страстно желал получить Дарий, сын Гистаспа, однако не дерзнул захватить её. Однако Ксеркс, сын его, всё-таки похитил статую, повелев умертвить жреца, который не позволял прикасаться к статуе, а тем более, уносить её. Храм, о котором идёт речь, был роскошно украшен, как и священный участок, полный посвятительных даров от частных лиц.

184. Множество других царей правило в Вавилоне, о которых я расскажу в моей книге по истории Ассирии. Цари эти, в свою очередь, укрепляли стены своего города и украшали святилища. Среди этих царей было даже две женщины. В более старые времена была такая царица Семирамида, царствующая за пять поколений до другой. И велела она построить в долине достопримечательную плотину. Ведь прежде река затопляла всю долину при разливах.


[1] Колофон (греч Κολοφών) — Ионический союзный город в Лидии. Колофон был самым сильным из Ионических городов и славился своей кавалерией, а в особенности роскошной жизнью обитателей, пока Гидес Ливийский не завоевал город в VII веке до н.э. Значение Колофон пошло на спад и он был совершенно затмлён соседями: Эфесом и главное быстро растущим портом, стратегическим центром Ионии — Милетом.

[2] Лесбос (греч. Λέσβος) или Митили́ни (Μυτιλήνη) — греческий остров в северо-восточной части Эгейского моря. Остров Лесбос это легендарные земли, омываемые водами Эгейского моря. Соседствует он с группой Северных Эгейских островов. Входит в плеяду самых крупных островов Греции. Земли Лесбоса иногда называют «островом Сапфо», ведь великая поэтесса родилась именно там. И с её именем сопряжено немало тайн, загадок, легенд и мифов, которые интригуют нас и по сей день.

[3] Кир II Великий (Куруш) — царь Персии из династии Ахеменидов, правивший в 559—530 годах до н.э. Основатель Ахеменидской державы. Сын Камбиса I и, возможно, царевны Манданы, дочери царя Мидии Астиага.

[4] В середине VI столетия до Р. Х. на азиатском Востоке образовалась Персидская монархия, наследница более раннего иранского государства – Мидии – и вскоре стала весьма обширной. Основатель Персидской державы, Кир Старший, стал завоевывать всех своих соседей. Покорил Лидийское царство в 546 г. до Р. Х., занимавшее почти всю Малую Азию и владело почти всеми греческими колониями этого полуострова Хотя Кир неплохо относился к эллинам, он заставил их платить большую дань. Захватив часть островов Эгеиды и Фракию и разгромив Лидию, Кир двинулся к побережью. Сопротивление ионийских городов, действовавших разобщенно, было быстро подавлено. Спарта, к которой они обратились за помощью, не решилась оказать им военную поддержку. В результате греческие города малоазийского побережья один за другим были вынуждены покориться персам и признать верховную власть персидского царя. Вскоре персы захватили и Самос, распространили свою власть на некоторые другие близлежащие острова и утвердились на берегах Геллеспонта. А Поликрат, правитель острова, был казнен персами и распят на кресте. Жизненно важная для греков морская торговля с причерноморскими странами оказалась, таким образом, под постоянным контролем персов. К тому же персидские цари проводили политику поощрения торговой деятельности финикийцев — злейших торговых соперников греков.

[5] В 552 г. До н.э персы под предводительством царя Кира II восстали против владычества Мидии, захваченной персами в 550 г. до н.э. а к 54 году они захватили  все территории, ранее входившие в Мидийское царство (Парфию и Гирканию). Возвышение Персии встревожило царя Лидии Креза, и он решил ослабить могущественного соседа. Он отправил послов ко всем известным оракулам в Греции (Дельфы, Абы, Додони, Амфиарай, Трофоний и Бранхиды), а кроме того, в Египте е оракулу Аммона. Затем Крез послал дары в Дельфы, надеясь умилостивить Аполлона. Отправил послов в Дельфы и Амфиарай с вопросом, стоит ли ему идти войной на персов. Оба оракула дали ответ, что если он пойдёт на персов, то сокрушит великое царство. Также оракулы посоветовали ему заключить союз с самым могущественным греческим полисом. Крез обрадовался и подумал, что если начнёт войну с Киром, то сокрушит его державу и заключил союз с Египтом, Вавилоном и со Спартой. Затем лидийский царь напал на Каррпдокию, раньше входившую в состав Мидии, а теперь — Персии.

[6] Сардис (др.греч. η Σάρδεις) один из великих городов древнего мира, наиболее известный как столица Лидии. Расположен в Малой Азии на золотоносной реке Пактол, у подножия горы Гмол, откуда открывается вся долина реки Герм. Руины Сардиса можно видеть в 75км восточнее современного турецкого города Измира, неподалеку от города Салихлы.

[7] Тирсенами их называли греки. Или тирренами. Поэтому море, разделяющее Корсику (Кирн) и Тоскану (Тирсению), доныне зовется Тирренским. Но римляне звали их этрусками, а страну их — Этрурией. Трудно сказать, как это народ называл себя сам — язык его до сих пор не расшифрован. Этруски, пожалуй, самый загадочный народ Европы. Их письменность, их язык, их обычаи не похожи на письменность, язык и обычаи соседей. Никто не знает, откуда этот народ пришел, но все уверены, что это народ пришельцев. Геродот, впрочем, рассказывает версию. Он называет тирсенов потомками лидийцев, покинувших Малую Азию в поисках лучших земель. Лидийцы будто бы первыми начали чеканить золотую и серебряную монету и изобрели столь популярные в Элладе игры.

[8] Иберийский полуостров, на котором в настоящее время расположены Испания и Иберия произошёл от названия народа иберов, населявших восточное побережье полуострова. История письмености полуострова начинается с прибытием колонистов финикийцув, греков, карфагенян.

[9] Тартессос (греч. Tartessós) — древнее государство на юге Испании, активно колонизированное финикийцами. Основан тартессийцами (по одной версии, это были этруски из Малой Азии, по другой — местные племена турдетаны и турдулы). Власть в Тартессе принадлежала царям. Наиболее известен из которых Аргантоний, по свидетельству Геродота правивший с 630 по 559 года до н.э. Именно он воевал на стороне греков против Карфагена. В союзе с греками Тартесс вёл войну с финикийцами — в основном с Гадесом, но неудачно. После поражения греков вбитве за Алалию, Тартесс был уничтожен карфагенянами около 539 г. до н.э. Причиной войн было желание финикийцев захватить юг Испании и торговая конкуренция, так как Тартесс контролировал торговлю с Северной Европой.

[10] Кирн, Корс, Корсика — четвёртый по величине остров в Средиземном море Сегодня – один из регионов во Франции. Тем не менее Корсика имеет особый статус —Территориальная общность Корсика (фр.Collectivité Territoriale de Corse). В VI тысячетилетии до н.э. местных охотников-собирателей начала теснить культура импрессо, потомки которой на несколько тысячелетий закрепились на острове. Культурные традиции Корсики испытывали значительное влияние соседней Сардинии. В середине II тыс. до н.э. под влиянием сардинской культуры Боннаро на острове возникает культура торре, памятниками которой являются башни-торре, напоминающие сардинские нураги. Вскоре после этого Корсику оккупировали спрдинцы, а позднее этруски.

В VI веке до н.э. на Кирн высадились фокейцы, где они основали город Аллалию, за который разыгралось целое морское сражение с этрусско-карфагенским флотом. Овладевшие Корсикой в V веке до н.э. карфагеняне были вынуждены уступить остров в 238 году до н. э. римлянам. Хотя корсиканцы и возмутились против гнета римских наместников, но после семилетней (236—230) кровавой борьбы их восстание было полностью подавлено. Корсика расцвела. В большой упадок пришла Корсика в V веке от многократных вторжений вандалов, владычество которых (с 470 года) истощило страну. Освободил остров (533) от вандалов Велизарий, и с тех пор остров попеременно принадлежал то Византии, то готам, пока им не овладели франки (754) и сарацины (850), о чём свидетельствуют башни на морском берегу. В начале XI века Корсикой завладели пицанцы и разделили её на множество небольших феодальных владений.

[11] Алерия а по-гречески Алалии (фр. Aléria; греч. Ἀλαλίη) — французский город-коммуна расположенный на восточном побережье Корсики, между Бастией и Порто-Веккьо – древняя столица Корсики. Основан древними греками в 564 году до н.э., как Алалии явился первым городом на острове, затем сюда переселились беженцы из захваченного персами города Фокея. После битвы за Алалии перешёл под контроль этрусков и карфагенян. В ходе Пунических войн (в 259 году до н.э.) захвачен римскими войсками под предводительством консула Луция Корнелия Сципиона. Мало что осталось от греческого поселения, хотя не прекращающиеся раскопки преподносят сюрпризы и сегодня, например последние из них, показали, что на этом месте поселения появились по крайней мере 8000 лет. Это место никогда не было идеальным для проживания людей. Город построен на возвышенности на краю болот, которые ежегодно приносили эпидемии малярии и лихорадки уносящие сотни жизней. После Второй Мировой войны большая часть болот была осушена и теперь этих проблем практически нет. Алерия считается лучшим местом на Корсики для выращивания винограда, цитрусовых и фруктов.

[12] Регия или Реджо-ди-Калабрия (итал. Reggio di Calabria, в античности др-греч. Ῥήγιον,) — город в Италии  а регионе Калабрия. Самыми древними поселенцами Калабрии считаются осевшие здесь племена осков и самнитов. С VIII века до. н.э. Калабрия была колонизована греками. Её города, такие Сибарис, Кротон и Локры Эпизефирские, были одними из самых крупных городов Великой Греции. Греки и дали области название, от слов «калон-врион», которыми греки обозначали плодородные земли.

[13] Энотрия (греч. Οἰνωτρία)— буквально «страна, богатая виноградниками») — историческая область на примыкающем к Сицилии юго-западе Италии, известной позднее под именем Великой Греции. По преданию была населена потомками Энотра. Во время греческой колонизации на территории Энотрии был построен город Элея. Энотрия — это древнее название Италии, поскольку Итал — это царь энотров.

[14] Теос (др.-греч. Τέος)— древний город Ионии на западном берегу Малой Азии. Важный торговый порт и один из самых процветающих городов в регионе до эллинистического периода. Располагался к юго-западу от Смирны (современного Измира). В настоящее время руины его находятся в окрестностях Сыгаджик (тур. Sığacık).

[15] Абдеры, Абде́ра(греч.  Ἄβδηρα) — древний город во Фракии, на мысе Булустра (Μπουλούστρα)к востоку от устья реки Нестос, впадающей в Эгейское море. Жители древнего города назывались абдеритами. Сейчас в Греции находится малый город Авдира в 6 километрах к северу от руин Абдеры.

[16] Панионион (греч. Πᾰνιώνιον — «всеионийский» от παν- — «все» + Ιωνία — «Иония») — всеионийское святилище со священной рощей и храмом на северной стороне мыса Микале (ныне хребет Самсун) на западном берегу Малой Азии, недалеко от города Приена, между Эфесом и Милетом, напротив острова Самос. Святилище посвящено геликонскому Посейдону (Геликонию) там собирались представители 12-ти городов Ионийского союза Ионийского на панегири, то есть на праздник Паниониа (Πᾰνιώνια).  Праздник был установлен Нилеем, основателем Милета, около 1050 года до н. э. Здесь после жертвоприношений следовали состязания. Кроме великих Панионион упоминаются и малые, например, в Смирне.

К союзу ионийских городов, участвовавших в Паниониях, принадлежали: Милет, Миунт, Приена, Эфес, Колофон, Лесбос, Теос,Клазомены, Фокея, Эрифры, Самос и Хиос, а позднее и город Смирна, о чем свидетельствуют монеты Смирны 88—84 года до н. э.

[17] Спарта (греч. Σπάρτη) или Лакедемон (греч. Λακεδαίμων) — древнегреческий полис в Лаконике (др.-греч. Λακωνική γῆ) на сегодняшнем Пелопоннесе, превратившийся после завоевания в VIII-VI вв. до н. э. южной части Пелопоннеса в крупное государство. По преданию, государственный строй в Спарте был установлен Ликургом (IX-VIII вв.). Спартиаты владели равными участками государственной земли с прикрепленными к ним илотами, сами занимались главным образом военным делом. Ремесло и торговля находились в руках периэков. Спарта — классический образец полиса с олигархическим государственным строем; государственные дела решала герусия, затем коллегия эфоров. Соперничество между Афинами и Спартой привело к Пелопоннесской войне 431-404 годов; победив в ней, Спарта утвердила свою гегемонию над Грецией. После поражения в войне с Фивами в 371 году при Левктрах и в 362 году при Мантинее Спарта превратилась во второстепенное государство. В 146 году Спарта подчинена Римом, в 27 году до н. э. вошла в римскую провинцию Ахайя. Современная Спарта — город в Греции, на юге полуострова Пелопоннес, административный центр нома Лакония в долине р. Эвротас, основаная в 1834. Близ нее — руины древнего г. Спарта (остатки акрополя с храмом Афины, VI в. до н. э., святилищ, VII-V вв. до н. э., театра, I-II вв. н. э.

[18] Галикарнасос (греч. Ἁλικαρνασσός) — древний город в Карии на средиземноморском побережье Малой Азии. Основан греческими поселенцами примерно в VIII в. До н.э., а в середине IV в. До н.э. стал на короткое время столицей Карии.

[19] Ксанф (ликийск: Arñna, др.-греч. Ξάνθος) — крупнейший город античной Ликии.

[20] Ниневия или Нин(ассир.ܢܸܢܘܵܐ, греч. Νινευη) — с VIII — VII века до н.э. столица Ассирийского государства. Находилась на территории современного Ирака (город Аль-Мосул), на левом берегу реки Тигр на холмах Куюнджик. Древние греки считали основателем Ниневии Нинурту или Нина.

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике Uncategorized. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

1 отзыв на “Геродот. История (часть 12)

  1. Это потрясающая история и у меня нет слов благодарности Ирине Константиновне Анастасиади за эту публикацию. Преклоняюсь перед её талантом и энтузиазмом в просвещении многих тысяч людей в такой великой истории! Это сверхценная работа!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s