Александр Чиненков. Господин судебный пристав


(драма в 4 действиях)

                   ДЕЙСТВИЕ  ПЕРВОЕ

ЛИЦА:

Кузьма Прохорович Малов, судебный пристав, мужчина лет 30-ти.

Азат Мавлюдов, чиновник судебной канцелярии, 35 лет, невысокого роста.

Сибагат Халилов, купец, 60 лет.

Митрофан Бурматов, мужчина 30 лет, с бакенбардами и пышными усами.

Мадина Исмагилова, племянница Сибагата Халилова, девушка 17 лет.

Дворецкий.

        Действие происходит в губернском городе.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

 Здание Дворянского (Благородного) собрания. На сцене холл с колоннами. Справа двустворчатая дверь, за которой виден большой зал. Из-за кулис слева в сторону двери проходят офицеры в мундирах. Бряцанье сабель, шпор. Следом за офицерами идут чиновники во фраках. Затем молодые кавалеры с дамами. Искромётные взгляды, улыбки. У двери дворецкий. Он отвешивает поклоны всем входящим. За последней парой он закрывает дверь, но одну створку оставляет приоткрытой. В зале начинается церемония. По сцене к двери спешит опоздавший. Дворецкий преграждает ему путь.

Мавлюдов (останавливаясь). Пропусти, я приглашён на церемонию.

Дворецкий (с непроницаемым лицом). Не могу, не положено.

Мавлюдов. Но церемония только начинается?!

Дворецкий (смотрит на часы). Вот потому и не положено, что церемония уже начинается.

Мавлюдов. Я чиновник судебной канцелярии. Я…

Дворецкий. Всё одно не велено.

   К двери подходит ещё один опоздавший, Митрофан Бурматов. Он кивает дворецкому и пожимает руку Мавлюдову.

Бурматов (с усмешкой). А ты чего не в зале, Азат?

Мавлюдов (кивая на дворецкого). Припоздал, понимаешь ли, маленько, и вот, как видишь, меня не пускают.

Бурматов (переводит взгляд на дворецкого). Чего же это ты, милейший Игнат?

Дворецкий: Не велено пускать опоздавших.

Мавлюдов. А отсюда, от двери, за церемонией понаблюдать позволишь?

   Дворецкий пожимает плечами и отходит чуть в сторону. Бурматов и Мавлюдов заглядывают в зал. Батюшка приводит к присяге судебных приставов, стояЩих перед ним в ряд.

Бурматов. Ого, какой один в строю здоровенный! На целую голову выше остальных четверых!

Мавлюдов. Это Кузьма Малов. Каланча, а не человек. Сам видел, как он ручищами подковы разгибает.

   Из зала слышится зачитываемый текст присяги.

Бурматов (задумчиво). Сколько живу, часто слышу о судебных приставах, а вот чем они занимаются, так и не удосужился поинтересоваться.

Мавлюдов (глядя в зал). У них обязанностей непочатый край.

Бурматов. Суд охраняют?

Мавлюдов (ухмыляясь). Это только одна из многих. Они ещё разыскивают должников, их имущество, на которое накладывают арест. И ещё они занимаются поисками преступников и их доставкой в суд для дальнейшего разбирательства.

   Из зала слышатся аплодисменты.

Бурматов (недоумённо). А что им только что вручили? Чему так рады господа судебные приставы?

Мавлюдов (меняясь в лице). Им выдали свидетельства о вступлении в должность с указанием местности, назначенной для жительства. А ещё им выдали особые знаки и особые печати.

Бурматов (замечает перемену в настроении собеседника). Что это с тобой, Азат? Ты как будто самого шайтана увидел.

   Он проследил за взглядом Мавлюдова.

Бурматов (одобрительно). Красивая девушка. Как её зовут?

Мавлюдов (делает вид, что не понял собеседника). О ком это ты?              

Бурматов. О той черноволосой красавице, которая стоит рядом с Сибагатом Халиловым.

Мавлюдов (нехотя). Племянница его, Мадина.

Бурматов (с издёвкой). А что ты так пялишься на неё? Уж не влюбился ли?

Мавлюдов (как бы оправдываясь). Нет, мы с девушкой просто друзья.

Бурматов. Она так смотрит на того огромного пристава, что оторваться не может.

Мавлюдов (начиная злиться). Это тебе только кажется. Девушка первый раз на церемонии и поэтому полна восторженных эмоций.

Бурматов (с ухмылкой). Ты должен был быть с ней рядом? Так ведь, Азат?

Мавлюдов (хмурясь). Не с ней, а с её почтенным дядей.

Бурматов. У вас с ним тёплые отношения?

Мавлюдов (краснея). Мы очень дальние родственники, а у татар даже такое родство всячески приветствуется и поддерживается.

   Из зала снова слышатся аплодисменты.

Дворецкий. Церемония закончилась, господа. Сейчас начнётся бал. Вас я прошу отойти от двери.

                    ЯВЛЕНИЕ  ВТОРОЕ

Из зала слышится музыка. Дворецкий раскрывает двери. На сцену выходят офицеры, чиновники, женщины. Они прогуливаются по сцене, беседуя друг с другом. Среди других из дверей выходят Сибагат Халилов, его племянница, и только что принявший присягу судебный пристав Кузьма Малов. У всех счастливые лица. Увидев Мавлюдова, купец поманил его пальцем, а Малов и девушка отошли за колонну.

Халилов (качает укоризненно головой). Ты опоздал на церемонию, Азат? Обещал быть вовремя, а сам?

Мавлюдов (уводя глаза в сторону). Дела задержали, уважаемый Сибагат Ибрагимович.

Халилов. Надеюсь, эти дела стоили того, чтобы можно было из-за них опоздать на торжество?

Мавлюдов. Эти наши с вами дела того стоили. Обоз с товаром уже вышел из Уфы и скоро будет в нашем городе.

Халилов (снова качая головой). Тот китайский товар, который ты мне так нахваливал, давно уже должен лежать на прилавках моих магазинов и лавок. Твоё же опоздание сегодня я связывал именно со встречей обоза.

Мавлюдов. Придётся дня два-три потерпеть, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Кони только под седлом скачут быстро, а в обозе плетутся как черепахи.

Халилов (резко). Ты можешь и подождать, тебе спешить некуда. Ну а для меня, моего состояния и моей репутации каждая минута на вес золота! Ты убедил меня вложить в этот товар весь свой капитал. Мало того, я занял огромную сумму у друзей. Сейчас они начинают превращаться в моих врагов. Завтра утром они собираются подать на меня в суд! Это говорит тебе о чём-нибудь?

Мавлюдов (опуская голову). Я сожалею, что так получилось, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Не по моей вине вынужденная задержка.

Халилов (кивнув проходящему мимо господину). Я доверился тебе, Азат, а ты меня подвёл. Страдает моя репутация. Те убытки, которые понесу, я буду вынужден взыскать из твоей доли.

Мавлюдов (мрачнея). Хорошо, я согласен возместить вам убытки из своей доли. А вот относительно нашего другого уговора я хочу снова услышать гарантии, которые вы мне дали.

Халилов. Ты спрашиваешь о моей племяннице?

Мавлюдов (оживившись). Вы обещали отдать её за меня. Я сплю и вижу Мадину своей женой.

Халилов. Раз обещал, значит ты её получишь. Но к этому разговору мы вернёмся только тогда, когда товар в целости и сохранности прибудет в город.

Мавлюдов (улыбаясь). Принимается. Вот только…

Халилов. Чего замолчал, договаривай?

Мавлюдов. Мне не нравится видеть вашу племянницу рядом с этим громилой приставом. Что-то мне нашёптывает, что между ними существуют какие-то отношения.

Халилов (иронично). Она мусульманка, а он христианин, не забывай об этом. Я никогда не отдам племянницу за русского, так и знай.

Мавлюдов. А если он примет ислам?

Халилов. Это не изменит моего решения. Малов беден, а такие родственники нам не нужны. Так что не будем больше говорить об этом.

   Увидев знакомого, купец помахал ему рукой и отошёл, оставив Мавлюдова одного.

                    ЯВЛЕНИЕ  ТРЕТЬЕ

Кузьма Малов и Мадина Исмагилова беседуют на сцене слева, у окна. Они счастливы. Малов улыбается, а девушка смеётся.

Мадина. Ой, как это интересно! Ты никогда мне не рассказывал о своей жизни так подробно.

Малов. Я никогда и никому о себе так много не рассказывал. Теперь ты знаешь, что мои родители люди небогатые. Для меня эта должность как подарок небес!

Мадина (восхищённо). Господин судебный пристав! О… Я вижу, как ты счастлив, Кузьма!

Малов (застенчиво). Сегодня я счастлив вдвойне. Присягу принял, и ты со мною рядом.

Мадина (играя глазками). Дядю кто-то пригласил на церемонию. А он и меня с собой взял. Обычно он так не поступает. Говорит, что мусульманская женщина должна видеть только дом и хранить семейный очаг, а сегодня… Я даже не могу объяснить его поступок.

Малов. Не надо ничего объяснять. Ты рядом, и мы оба счастливы!

Мадина. А мне этого мало. Я хочу тебя видеть рядом всегда!

Малов (смущённо). Через неделю форму новую получу, а ещё через неделю приду тебя сватать. Я больше не могу жить без тебя, любимая моя. Только и думаю о том, чтобы тебя женою своею видеть!

Мадина (погрустнев). Знаешь, а я боюсь этого дня. Мой дядя человек очень добрый и любит меня. Но замуж за иноверца… Он не отдаст меня за тебя, Кузьма.

Малов (испуганно). Но почему ты так говоришь, любимая? Ты уже обмолвилась дяде о моём предстоящем сватовстве?

Мадина. Нет, мы не говорили с ним об этом. Он очень религиозен, всегда ходит в мечеть и соблюдает посты. К иноверцам он относится пренебрежительно и… Он не захочет выдать меня за христианина!

Малов (возбуждённо). Я всё сделаю, что он попросит… Я горы сверну ради нашего счастья. Пойду и упаду в ноги твоему дяде и…

Мадина (с дрожью в голосе). Что, и даже веру мусульманскую примешь?

Малов (ошеломлённо). Ты считаешь, что он и это может потребовать от меня?

Мадина (пожимая плечами). Мой дядя хитёр и мудр. Никогда невозможно узнать, что у него в голове.

Малов. Если твой дядя таков, как ты говоришь, тогда почему он не запрещает мне встречаться с тобой?

Мадина. Я тоже часто задумываюсь над этим, но не нахожу ответа. Может быть, потому, что мы жили когда-то по соседству? Твой отец работал приказчиком у моего отца, а мы с тобой росли вместе?

Малов (задумчиво). Тогда твой дядя был беден и едва сводил концы с концами, работая сапожником. Я даже помню его согнутую просящую фигуру, когда он приходил в ваш дом просить денег в долг.

Мадина (вздыхая). А теперь он богат и не любит вспоминать то время. Особенно сердится, если вдруг кто-то вспоминает про страшный пожар, в котором погибли мои родители.

Малов (хмурясь). Я тоже помню, как горел ваш большой дом. Пожар случился под утро. Все соседи сбежались тушить горящий дом, но спасти его было невозможно.

Мадина (с дрожью в голосе). Если бы дядя не ночевал тогда у нас, то и я сгорела бы вместе с родителями. Он спас меня!

Малов (скептически). Он и разбогател после смерти твоих родителей, а отца моего уволил.

Мадина (поджимая обиженно губки). Кузьма, не думай плохо о моём дяде и не говори о нём так. Он всегда заботился обо мне. Дядя любит меня и ни в чём мне не отказывает.

   Из большого зала вышел Сибагат Халилов. Он позвал девушку взмахом руки, и она поспешила к нему.

                  ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ

Мавлюдов и Бурматов беседуют. Мавлюдов нервничает, слушая Бурматова, а тот весел и сыплет шуточками. Нервозность собеседника забавляет его.

Мавлюдов (кусая нижнюю губу). Ты слышал всё, о чём они говорили?

Бурматов (с усмешкой). Если не всё, то почти всё.

Мавлюдов. Он признавался ей в любви?

Бурматов. Этого я не слышал, но что называл своей любимой – это точно.

Мавлюдов. А про сватовство ты не врёшь?

Бурматов (смакуя слова). Да ничуть не бывало. Он сказал, что через неделю форму получит, а ещё через неделю сватать её пойдёт. А ты чего так в лице сменился, Азат? Сам же говорил, что вы с девушкой просто друзья.

Мавлюдов (угрюмо). Так оно и есть. Просто мне её судьба не безразлична. Мадина мусульманка, и должна выйти замуж только за мусульманина.

Бурматов (с издёвкой). За такого, как ты, разумеется?

Мавлюдов. А чем я плох?

Бурматов. Ты хорош, но в сравнении с судебным приставом Маловым ты и ростом, и здоровьем проигрываешь!

Мавлюдов (с вызовом). Зато я кошельком в выигрыше и верой мусульманской. Для старика Халилова мои аргументы во много раз весомее, чем рост и дырявые карманы Кузьмы Малова!

Бурматов (заинтересованно). Именно об этом ты разговаривал сейчас с дядей Мадины?

Мавлюдов (раздражённо). Нет, мы говорили о другом. А тебя почему всё интересует? Ты и за Мадиной подслушивал, и за нами приглядывал?

Бурматов. Я рос любопытным и любознательным ребёнком и не нахожу в этом ничего плохого. А разговор девушки и её кавалера я подслушивать не хотел. Так вышло, что они ворковали друг с другом, как голубки, за соседней колонной. Они были так увлечены и беспечны, что не замечали ничего вокруг.

Мавлюдов. Кстати, а ты чего здесь ошиваешься, господин Бурматов?

Бурматов. Вопрос, конечно, запоздалый, но я на него отвечу. Шёл мимо и заглянул сюда так, из любопытства, устраивает?

Мавлюдов. Судя по тому, как ты не в меру любопытен, поверить можно. Но я склонен думать, что ты явился, чтобы перезанять у кого-нибудь энную сумму денег?

Бурматов (потупясь). Да, не скрою, я испытываю некоторые денежные трудности, но зашёл сюда не в поисках того, кто согласился бы дать мне взаймы.

Мавлюдов. Не скромничай, ты уже год как разорен. Ты проиграл всё своё немалое состояние, оставленное отцом. А сейчас тебе не на что жить, и об этом знает весь город.

Бурматов. Да, я на мели. Но разорение пошло мне на пользу. На тяготы жизни я научился не роптать, а использовать их себе во благо. Вот, например, я обнаружил в себе способности к сыску и намерен использовать свой талант не только для заработка, но и для удовлетворения души. Суетная жизнь становится для меня очень интересна.

Мавлюдов. Уж не собираешься ли ты предложить мне свои услуги?

Бурматов (пожимая плечами). А почему бы и нет? Если у тебя есть надобность в моих способностях, то вопрос встанет только о размере оплаты моих скромных услуг.

Мавлюдов (брезгливо). Нет, в твоих услугах я не нуждаюсь. Скажу больше, сударь, ты мне противен, и я не желаю с тобой говорить.

   Бурматов разводит руки, раскланивается и отходит. Мавлюдов провожает его презрительным взглядом. Когда Бурматов вошёл в зал, он сразу же пошагал к выходу со сцены.

                          Занавес.

                      ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ЛИЦА:

Мавлюдов

Халилов

Мадина

Малов

Бурматов

                      ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Две недели спустя. Дом купца Сибагата Халилова. Слева на сцене терраса, а справа большой сад. Халилов сидит в глубине террасы на мягкой стёганой подстилке, опираясь спиной на подушку. Ему нездоровится. Душа изнывает от тяжёлого предчувствия. На сцене появляется Азат Мавлюдов и всходит на террасу.

Мавлюдов (приближаясь к Халилову). Здравствуйте, уважаемый Сибагат Ибрагимович.

Халилов (открывает глаза). А-а-а, это ты, лжец? Ты пришёл сказать, что товар привезли в город, или принёс вложенные мною в него деньги?

Мавлюдов (отводя в сторону взгляд). На обоз напали грабители. Они забрали весь товар и исчезли. Но их ищут…

Халилов (горько усмехаясь). Ты провёл меня, мошенник. Ты уверил меня, старого дурака, в баснословном барыше, и я купился на твои лживые посулы. Ты убедил меня поверить тебе на слово, не составлять письменного договора, и я, потеряв разум, купился на это. Теперь я нищий, обременённый огромными долгами старик, которому не на что жить. И это ещё не всё: со дня на день я ожидаю прихода судебных приставов.

Мавлюдов (с каменным лицом). Не гневите Аллаха, уважаемый Сибагат Ибрагимович. К вам деньги как пришли, так и ушли. И вы никогда не были им хозяином.

Халилов (настораживаясь). Что ты хочешь этим сказать, мошенник?

Мавлюдов (присаживаясь на низенькую скамейку). Я много чего знаю. А то, что хочу выложить сейчас, авансом, вам очень неприятно будет слушать.

Халилов. Что-то я не понимаю тебя?

Мавлюдов. Всё вы понимаете, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Наследница всего капитала после смерти вашей сестры и её мужа — ваша племянница Мадина. И в товар вы вложили не свои, а её деньги. Вы лишь её опекун, не правда ли? Как только девушка выйдет замуж, вы сразу же лишаетесь этой кормушки. А скоро ей восемнадцать лет, так ведь?

Халилов (вытирая рукавом пот с лица). Ты хочешь сказать…

Мавлюдов (не дав ему договорить). Товара ты никогда не дождёшься, уважаемый! Никогда!

Халилов (облизывая губы). Зачем ты так поступил со мной, Азат? Я же верил тебе, как родному сыну?

Мавлюдов (с ухмылкой). Мне нужна жена, и не просто жена, а девушка с капиталом. Мадина — та самая девушка, которая мне подходит.

Халилов. Так ты просто надул меня, подлец! Ты всё это задумал заранее.

Мавлюдов (морщась). Ты никогда бы не отдал за меня девушку. Как ты ни старался это скрыть, я все понял, уважаемый Сибагат Ибрагимович, и подстраховался. Только узнав о твоём опекунстве, которое так тщательно тобою скрывалось, я сразу же сделал определённые выводы. И не только за меня ты не отдал бы Мадину, но и ни за кого другого. Тогда ты лишился бы львиной доли капитала, а это для тебя смерти подобно.

Халилов. А ты молодой, да ранний. Так меня облапошить не удавалось никому.

Мавлюдов (усмехаясь). То, что на тебя после смерти сестры и её мужа свалилась манна небесная, ещё не говорит о том, что ты стал не только богатым, но и умным. Да, дела у тебя шли удачно, но всё это должно было когда-то закончиться. Ты удачлив, уважаемый Сибагат Ибрагимович, но, увы, не так уж умён, каковым пытаешься казаться. У тебя как было, так и осталось мышление сапожника, а не коммерсанта.

Халилов (с искажённым злобой лицом). А ты не боишься, что я обвиню тебя в мошенничестве, сосунок? Тогда тебя не только со службы попрут, но и на каторгу упекут!

Мавлюдов (с блуждающей улыбкой). Хочешь со мной потягаться? Пожалуйста. Только не советую торопиться, уважаемый… Вспомни, как умерли твоя сестра и её муж? Правильно, они сгорели в собственном доме. А почему он загорелся, ты случайно не знаешь?

                        Пауза.

Мавлюдов (продолжает). А ведь ты ночевал той ночью в доме сестры и её мужа. Пожар случился по странным обстоятельствам. Дом взял и загорелся сам по себе. Хозяева сгорели, а ты вот спасся, да ещё вынес из огня племянницу свою! Как объяснить такое везение?

Халилов (облизывает губы). Ты обвиняешь меня в поджоге?

Мавлюдов (хмыкая). Я никого не обвиняю, а делаю выводы и высказываю своё предположение, уважаемый Сибагат Ибрагимович.

Халилов. Тогда для чего ты мне всё это говоришь?

Мавлюдов. Чтобы ты знал, насколько я осведомлён обо всём.

Халилов. Ты собираешься меня этим прижать и шантажировать?

Мавлюдов (изображает изумление). Шантажировать? Побойся Аллаха, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Ты же ни в чём не виноват, так ведь?

Халилов. Я спас из огня девочку и воспитал её как родную дочь. Вот доказательство моей непричастности к смерти её родителей.

Мавлюдов. Не забывай, что я работаю в суде и имею возможность ознакомиться с делами, списанными в архив. А в твоём деле потрясающе много фактов, к которым следовало бы отнестись посерьёзнее.

Халилов. Я тебя не понимаю.

Мавлюдов. Ты всё понимаешь, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Комнаты сестры и её мужа были ближе к входу в дом, чем комната девочки. Почему ты пробежал мимо их дверей к спальне Мадины и даже не попытался спасти их или разбудить на худой конец?

Халилов. Они взрослые и могли сами позаботиться о себе. Я решил спасать их дочь.

Мавлюдов. Свежо предание, да вот только верится с трудом. Родители девочки, наверное, были уже мертвы? Или ты подпёр их двери чем-то, когда поджигал дом?

   Немая сцена. Вид Халилова страшен. Он бледен, у него трясутся руки.

Халилов. Ты сошёл с ума! Как ты смеешь бросать мне в лицо такие страшные обвинения?

Мавлюдов. А я вас не обвиняю, а лишь высказываю свои предположения.

Халилов (содрогаясь). Нет, я не такой дурак, чтобы не понять твоих гнусных замыслов!

Мавлюдов. Ты спас девочку, но не спас её родителей. Почему? Следствие не обратило на это внимание, а я обратил.

Халилов (хрипло). И почему?

Мавлюдов. Ты не мог завладеть состоянием умерших без помощи Мадины. Если бы сгорела и она, то наследством её родителей завладели родственники отца Мадины. А так… Ты додумался сам, или кто-то тебя надоумил, но поступил так, как надо было поступить. Спасение девочки открыло тебе двери к огромному состоянию её родителей. Став её опекуном, ты автоматически стал распорядителем её капитала.

Халилов (возмущённо). Вон! Пошёл вон подонок!

Мавлюдов (даже не пошевелившись). Нет, это ещё не всё. Вообще-то, я пришёл просить руки твоей племянницы.

Халилов (тяжело дыша). Нет, ты никогда её не получишь, негодяй! Даже без гроша в кармане я не отдам за тебя племянницу. Я лучше убью её, так и знай!

Мавлюдов (вставая). Это мы ещё посмотрим, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Я ухожу и даю вам время подумать. Отдашь за меня Мадину, верну половину вложенных тобою в мою афёру денег. Попробуешь водить меня за нос, подохнешь с голоду под забором. А на девушке я женюсь и без твоего согласия, так и знай.

                         Он уходит.

                       ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Два часа спустя. Халилов, томимый тяжкими раздумьями, по-прежнему сидит на террасе. Приходит Малов.

Халилов (с неприязнью). Чего тебе, Кузьма?

Малов (удивлённо). Да так, поговорить зашёл.

Халилов. Не до разговоров мне сегодня, хвораю я.

Малов. А Мадина? Где ваша племянница, Сибагат Ибрагимович? Раз вам не до меня, то разрешите с ней встретиться?

Халилов (выругавшись). Чего тебе от неё надо, Кузьма? Не пара она тебе, уясни и уходи.

Малов (растерянно). Чего это на вас нашло? Что я сказал такого, что рассердило вас, Сибагат Ибрагимович?

Халилов (тяжело дыша). Не морочь девке голову, Кузьма. Вдолби лучше в свою башку, что никогда она не будет твоей. Я всё сказал, уходи по-доброму.

Малов (присаживаясь на табурет). Я как раз и собирался поговорить с вами по этому поводу.

Халилов (успокаиваясь). Разговора у нас с тобой не получится. Моя племянница выйдет только за того, кто исповедует ислам. Это моё решение, и я никогда не изменю его.

Малов (чуть подавшись вперёд). Почему вы мне отказываете, Сибагат Ибрагимович?

Халилов (устало). Зачем ты спрашиваешь о том, о чём уже знаешь?

Малов (настырно). Я хочу услышать более веские причины вашего отказа?

Халилов. Ты хочешь добиться того, что я выставлю тебя вон?

Малов. Я хочу услышать причины!

Халилов. Ты не тот человек, который сможет обеспечить привыкшей к богатству девушке достойную жизнь.

Малов. Ваше мнение обо мне неправильное. Я судебный пристав, принял присягу и…

Халилов (раздражённо). Не смеши меня, Кузьма. Ты всё ещё стоишь сейчас передо мной лишь потому, что я хорошо отношусь к твоим родителям. Пойми, твоей жалкой зарплаты едва будет хватать, чтобы содержать себя самого, но никак не жену с детишками.

Малов. Зарплата пристава невелика, согласен. Но другие ведь живут и семьи содержат?

Халилов (с усмешкой). Те, кто семьи содержит, взятки берут. Или ты тоже так жить собираешься?

Малов (сжимая кулаки). Не знаю, о ком вы говорите, но я честный человек, а не мздоимец. Для меня честь прежде всего! Я не какой-нибудь проходимец, а судебный пристав!

Халилов (рассмеявшись). Ну и уморил же ты меня, братец! Господин судебный пристав! Ты говоришь о себе как о боге! Все чиновники продажные, поверь мне. Сначала берут мало, сколько дают, а потом всё больше и больше. Чем дольше работает чиновник, тем больше и его аппетиты. А потом в худшем случае прямая дорога на каторгу, а в лучшем… В лучшем просто взашей выпрут со службы на улицу! И больше уже такого сукина сына никуда не возьмут. Такие «счастливчики» или спиваются, или доходят до последнего порога нищеты. До пенсии мало кто дорабатывает.

Малов (растерянно). Но почему вы мне это говорите, Сибагат Ибрагимович?

Халилов (вздыхая). Потому, что у тебя нет будущего. Вот первая причина моего отказа. Вторая – это разное вероисповедание. Ты ведь не согласишься ради Мадины принять ислам?

Малов (решительно). Нет, не соглашусь.

Халилов (разведя руки). Вот видишь, нам больше не о чем разговаривать сегодня. Уходи, Кузьма, и не суйся в мой дом с мыслями о женитьбе на моей племяннице.

Малов (возмущённо). Вы пообещали её кому-то другому?

Халилов (раздражённо). Уходи и не спрашивай! Уясни, наконец, что Мадина никогда не будет твоей, и смирись!

   Малов встаёт и уходит, не прощаясь и не оглядываясь. Он взбешён. Халилов угрюмо смотрит ему вслед.

                     ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

На террасу из дома выходит Мадина. Халилов преображается и встречает племянницу с натянутой улыбкой.

Мадина. Дядя, у нас были гости?

   Халилов тяжело встаёт со своего места, на котором провёл половину дня, подходит к девушке, берёт её за руку и пытливо всматривается в ее лицо.

Халилов (ласково). А ты чего с кровати встала, деточка? Ты же хворала с утра.

Мадина (вздыхая). Ещё с вечера меня мучила мигрень, дядя, а сейчас я чувствую себя уже лучше.

Халилов (расплываясь в улыбке). Вот и хорошо, вот и замечательно. А я хочу сюрприз тебе сделать.

Мадина (недоумённо). Сюрприз? Какой сюрприз, дядя?

Халилов. Хочу тебя в Елабугу погостить отправить.

Мадина. Почему вы так решили, дядя?

Халилов. Вспомни, ты часто просила отвезти тебя в Елабугу к дяде Исмаилу?

Мадина (встревоженно). Что-то случилось, дядя?

Халилов (уклончиво). Есть небольшие трудности, но они решаемы. Ты пока у Исмаила погостишь, а я пошатнувшиеся дела в порядок приведу.  

Мадина (дрогнувшим голосом). Смею предположить, что дела ваши очень плохи, раз вы меня в Елабугу отправить хотите?

Халилов. Оставшись здесь, ты мне ничем помочь не сможешь. Так что лучше не пытайся со мной спорить. Ты и сама хорошо знаешь, как я не люблю, когда мне перечат.

   Опустив голову, Мадина уходит. В это время у террасы появляется Бурматов. Он нерешительно останавливается у лестницы.  

                     ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

   Халилов достаёт из кармашка сюртука золотые часы на цепочке. Он смотрит на циферблат и переводит взгляд на Бурматова. Удовлетворённо качает головой.

Халилов. Ты точен, и это мне нравится.

Бурматов (поднимаясь на террасу). Это одна из моих положительных привычек, Сибагат Ибрагимович.

Халилов. А у тебя ещё они есть?

Бурматов (пожимая плечами). Немного, но есть. Например, я всегда довожу до конца те дела, за которые берусь.

Халилов. Хорошо, другие твои достоинства меня не интересуют.

Бурматов. Надеюсь, вы пригласили меня не для душеспасительной беседы, Сибагат Ибрагимович? Я, конечно, не против поговорить с хорошим человеком, но будет лучше, если мы сразу перейдём к делу. Увы, я не богат, как прежде, и каждый день теперь должен заботиться о хлебе насущном. А ещё я про себя говорю так – волка ноги кормят.

Халилов (указывая гостю на стул). Хорошо, перейдём к делу. Я хочу кое-что выяснить и прошу тебя мне помочь.

Бурматов (заинтересованно). Готов хоть сию минуту.

Халилов. Мне очень хочется узнать всё об одном человеке. Ты готов взяться за это?

Бурматов. Всенепременно. Говорите, кто он, и сколько вы готовы заплатить за мою работу?

Халилов (удовлетворённо). Сработаешь на совесть, не обижу.

Бурматов. Тогда половину вперёд, и назовите мне имя.

Халилов. Пять тысяч рублей наличными тебя устроят?

Бурматов. Имя?

Халилов. Азат Мавлюдов.

Бурматов. Человек, с которым у вас «тёплые» отношения?

Халилов (удивлённо). С чего ты это взял?

Бурматов. Он мне сам так сказал.

Халилов (с подозрением). У вас с ним какие-то общие дела?

Бурматов. Отнюдь… Он высказал в отношении меня несколько оскорбительных фраз, после чего едва ли между нами может быть хоть что-то общее.

Халилов (удовлетворённо). Так что, можно считать, что мы договорились?

Бурматов. Да, пять тысяч вы даёте мне прямо сейчас и пять после того, когда я выверну всё его грязное бельишко наизнанку.

Халилов. Сейчас вынесу деньги, жди здесь.

Бурматов (улыбаясь). В какой срок я должен исполнить ваше поручение?

Халилов. У тебя неделя, не больше. Позже добытые тобой сведения уже не будут иметь ни ценности, ни смысла.

Бурматов кивает головой, подтверждая своё согласие. Халилов заходит в дом. Через несколько минут он выходит и передаёт Бурматову деньги. Пересчитав купюры, тот уходит. Халилов смотрит ему вслед, потирая руки.

                         Занавес

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

ЯВЛЕНИЕ  ПЕРВОЕ

ЛИЦА:

Мадина

Малов

Халилов

Мавлюдов

Слуги

Лунная ночь. Сад у дома Халилова. По ступенькам террасы тихо спускается Мадина. Осмотревшись, она шагнула в кусты вишни и остановилась, замерев и прислушиваясь.

Голос из темноты. Мадина, любимая?

Мадина. Кузьма, любимый, это ты?

Малов (появляется перед девушкой). Да, это я.

Они заключили друг друга в объятия. Их губы слились в страстном поцелуе.

Мадина. Почему ты вызвал меня на это странное ночное свидание? Мог бы и днём прийти, дядя всегда рад тебя видеть.

Малов (прижимая её к груди). Боюсь, что отношение твоего дяди ко мне изменилось. Он больше не рад меня видеть в своём доме и тем более рядом с тобой.

Мадина (удивлённо). Почему ты так думаешь, Кузьма? Он сам тебе об этом сказал?

Малов. И не только сказал, он просто выставил меня из дома.

  Пауза.

Мадина. Ничего не понимаю. Что на него нашло?

Малов. Боюсь, что я тоже.

Мадина. Но должно же быть какое-то объяснение?!

Малов (огорчённо). Три дня назад я приходил к нему, чтобы поговорить о сватовстве. К моему приходу он был уже взвинчен и встретил меня неприязненно. Но когда я открыл ему цель своего прихода, он разозлился настолько, что велел мне убираться и больше никогда не переступать порога вашего дома.

Мадина (растерянно). Я тоже обратила внимание, что в него как шайтан вселился. Не спит, не ест и даже чай не пьёт. Целыми днями сидит на террасе и о чём-то думает.

Малов (вздыхая). Я теперь знаю причину его плохого настроения и понимаю его. Твоего дядю ожидают очень большие неприятности, и он, наверное, ищет выхода из этого крайне затруднительного положения.

Мадина (огорчённо). Да, он говорил мне что-то о трудностях, вдруг свалившихся на его голову, и настаивает, чтобы я уехала погостить к родственникам в Елабугу.

Малов. Решение своевременное. Он не хочет тебя впутывать в ту ужасную историю, в которой каким-то образом оказался сам.

Мадина. Но что это за история? Почему ты называешь её ужасной? Твои слова пугают меня…

   Пауза. Кузьма молчит и в нерешительности топчется на месте.

Мадина (встревоженно). Кузьма, не томи, расскажи, какая беда нас подстерегает?

Малов (нехотя). Прости, любимая, но я не могу.

Мадина (настойчиво). Нет, скажи мне всю правду. Я должна быть готова ко всему, чем томиться в ожидании грома среди ясного неба.

Малов (вздыхая). Боюсь, что твой дядя Сибагат больше не богатый человек. Он разорен и едва ли сможет оправиться.

Мадина. Ты уверен в том, что говоришь?

Малов (пожимая плечами). Несколько уважаемых городских купцов обратились с исками в суд на очень крупную сумму денег. Судье они предъявили долговые закладные векселя, подписанные твоим дядей.

Мадина (взволнованно). И что? Что теперь нас ожидает?

Малов. Ничего хорошего. Если Сибагат Ибрагимович не оплатит долги в установленный судьёй срок, то на всё его имущество будет обращено взыскание и наложен арест.

Мадина. И когда же наступит срок?

Малов. Уже через два дня. Боюсь, что Сибагат Ибрагимович не осилит такое бремя.

   Пауза. Слышатся всхлипывания. Малов гладит девушку по голове, прижимает её к груди, но всё это он проделывает молча.

Мадина (утирая платочком слёзы). Что ждёт дядю, когда наступит срок и он не расплатится с кредиторами?

Малов. К вам придут судебные приставы и опишут всё имущество.

Мадина (в ужасе). О Аллах всемогущий, да это же позор!

Малов (сокрушённо вздыхая). Боюсь, что это не только позор, но и нечто худшее. Его могут посадить в долговую тюрьму, а арестованное имущество продадут с молотка.

Мадина (срывающимся голосом). Нет, этого не может быть. У меня есть капитал, доставшийся мне от родителей. Я разрешу дяде воспользоваться моими деньгами, и он покроет все долги.

Малов (печально). Думаю, что у тебя уже нет твоего капитала, любимая. Сибагат Ибрагимович давно уже распорядился твоими деньгами по своему усмотрению, не ставя тебя в известность. Подумай сама, разве он стал бы занимать деньги у купцов, если бы располагал твоими?

Мадина. Пусть даже так, но дядя умный человек, он обязательно что-нибудь придумает?

Малов. Хотелось бы надеяться на это чудо, но чудес не бывает. Мадина, любимая, готовься к худшему!

Мадина. Нет, не может быть, не верю я, что нет никакого выхода! Кузьма, ты судебный пристав, подскажи хоть что-нибудь? Всегда же можно найти выход, правда же?

Малов. Поверь, если бы существовал хоть какой-то выход, то я непременно подсказал бы его вам, но… никакого выхода для Сибагата Ибрагимовича я не вижу.

Мадина (с мольбой в голосе). Но ты же теперь судебный пристав, Кузьма? Неужели ничего не можешь сделать, чтобы отвести от нас беду?

Малов (с горькой усмешкой). К сожалению, я не Господь Бог, любимая. Я всего лишь слуга закона, исполняю его и всецело подчиняюсь ему.

Мадина (насторожившись). Кузьма, мне не нравится, как ты только что сказал. Ты что-то недоговариваешь?

   Пауза. Малов в нерешительности топчется на месте. Его поведение ещё больше настораживает девушку.

Мадина. Ну? Чего ты молчишь? Ты пытаешься скрыть ещё что-то очень страшное?

Малов. Действительно, то, что я сейчас собираюсь сообщить, настолько страшное, что не поворачивается язык.

Мадина (покачнувшись). Говори.

Малов (собравшись духом). Судья вынес решение на опись и арест вашего имущества, а проводить исполнительные действия поручено мне.

   Пауза. Мадина едва не упала на землю. Кузьма успел поддержать её.

Мадина (справившись со слабостью). Нет, ты не придёшь в наш дом с таким намерением. Ты просто не посмеешь так поступить!

Малов (угрюмо). Увы, у меня нет таких прав отказаться от исполнительных действий. Я обязан выполнить решение судьи, и я его выполню.

Мадина (отпрянув от него). Но тогда всему конец, ты это понимаешь? Дядя никогда не отдаст меня за тебя?!

Малов (опуская голову). И всё же я выполню то, что обязан, а потом…

Мадина (с упрёком). А потом уже ничего не будет, Кузьма. Убирайся! Ты… ты… ты топчешь нашу любовь и наше будущее! Ты…

   Слышится скрип двери. Кто-то выходит из дома на террасу. Слова застревают у девушки в груди. Она замирает, прикрыв испуганно рот ладошкой.

                     ЯВЛЕНИЕ  ВТОРОЕ

   На террасу выходит Сибагат Халилов. На плечи наброшен халат, в руках коптит керосиновая лампа.

Халилов (громко). Кто здесь?

                       Тишина.

Халилов (зовёт слугу). Айрат, ко мне! Буди всех и спускайте собак, жи-и-во! Во двор проникли грабители!

   Мадина выбегает из кустов вишни и спешит к террасе.          

Мадина. Дядя, во дворе никого нет, это я тут гуляю!

Халилов (недоумённо). Но почему ты не спишь, а гуляешь? Тебе что, дня мало?

Мадина. Да вот, про поездку в Елабугу думаю и заснуть не могу. Тревога какая-то душу гложет.

Халилов (с подозрением). А с кем ты разговаривала в саду? Я услышал голоса и вышел.

Мадина (поспешно). Да нет, одна я была, дядя… И разговаривала сама с собой.

Халилов (угрожающе). Не лги мне, женщина! Я явственно слышал мужской голос!

Мадина (испуганно). Да что вы, дядя? Если бы был кто чужой, то собаки бы не молчали.

Халилов (уже мягче). И то верно, собаки бы лаяли и с цепей рвались.

   К террасе сбегаются заспанные слуги и ожидающе смотрят на хозяина.

Халилов. Обыщите сад и двор, олухи. Кого найдёте немедля ко мне ведите.

   Слуги поспешили в сад. Халилов перевёл взгляд на притихшую племянницу.

Халилов. Спать ступай, Мадина. О Елабуге завтра поговорим. И не смей больше гулять ночами по саду. Если повторится такое, строго накажу.

                     ЯВЛЕНИЕ  ТРЕТЬЕ

Сад Халилова. Малов крадётся к забору. Неожиданно перед ним появляется мужчина и преграждает ему путь.

Малов (оторопев). Кто ты?

Незнакомец. Твоя тень.

Малов. Мне знаком твой голос. Ты Азат Мавлюдов?

                         Пауза

Мавлюдов. Да, это я.

Малов. А чего ты здесь делаешь в такой поздний час?

Мавлюдов. Этот же вопрос я только что собирался задать тебе, но ты опередил меня.

Малов (смущённо). Что я здесь делаю, тебя не касается. Дай мне пройти, и забудем о том, что мы здесь встретились.

Мавлюдов (с усмешкой). Такие встречи не забываются, Кузьма. А здесь, в саду, в такое время я потому, что шёл за тобой.

Малов (удивлённо). Но почему ты это сделал?

Мавлюдов. Хотел убедиться, верны ли мои подозрения на твой счёт.

Малов. И что, убедился?

Мавлюдов. К моему величайшему огорчению, да. Ты встречался с Мадиной вопреки воле её дяди.

Малов (озабоченно). Ну встречался, разговаривал, и что с того?

Мавлюдов. И в этом ты не видишь ничего особенного?

Малов (скептически). Да, не вижу. Мы с Мадиной давние друзья, мне очень хотелось с ней увидеться, и я вызвал её на эту встречу.

Мавлюдов. Втайне от дяди, разумеется?

Малов. Да, если хочешь.

   От террасы слышатся громкие возгласы и лай собак. Малов отталкивает Мавлюдова  и спешит к забору. Азат хватает его за руку и удерживает на месте.

Малов. Отпусти, не то зашибу.

Мавлюдов (с издёвкой). Попробуй. Я такой крик подниму, что чертям тошно станет.

Малов (начиная нервничать). Хорошо, говори чего тебе от меня надо и прощай. Я не хочу, чтобы слуги Сибагата застали меня в его саду.

Мавлюдов. Я слышал ваш разговор с Мадиной от начала до конца.

Малов. Я уже понял это.

Мавлюдов. Так вот, хочу тебя предупредить: оставь девушку в покое.

Малов (удручённо). А вот это тебя не касается. Мои отношения с Мадиной – это только её и моё дело.

Мавлюдов (злобно). Не может быть у тебя никаких отношений с татарской девушкой, скотина, понял?! Тебе что русских баб не хватает, которых в городе пруд пруди?

Малов. Что-то непонятна мне твоя настойчивость, Азат? Уж не замыслил ли ты сосватать Мадину себе в жёны?

Мавлюдов (со злобным торжеством). Я не только это замыслил, но и добьюсь своего!

Малов. Не пытайся, надорвёшься.

Мавлюдов. А вот это мы посмотрим.

Малов. Мадина любит не тебя, а меня.

Мавлюдов (с усмешкой). Сейчас не любит, потом полюбит. Татарские девушки мужьям покорные. Свои чувства они с пелёнок приучены прятать очень далеко и больше не пользуются ими до конца жизни.

Малов (гневно). Так, ещё слово, и я придавлю тебя, как курёнка, отпусти руку, дай пройти!

Мавлюдов (пугливо). Попробуешь ударить меня, закричу. Тогда тебе не избежать позора. Судебный пристав, ночью, в чужом саду… Возможно ли такое? Да тебя прямо утром с работы вышвырнут!

Малов (закипая). Своим криком ты привлечёшь внимание слуг Сибагата, которые уже вошли в сад. Они прибегут сюда и…

Мавлюдов (не давая ему договорить). Они будут моими свидетелями, когда я…

   Он осёкся и замолчал, озираясь на террасу.

Малов. Ничего у тебя не получится, скотина. Если ты хотел донести на меня моему начальству, то как собирался объяснить своё присутствие в чужом саду?

Мавлюдов. Я скажу, что шёл за тобой по пятам.

Малов. А почему не поднял тревогу, когда увидел, как я перемахнул через забор?

Мавлюдов. Хотел проследить за тобой и выяснить причины, приведшие тебя в сад купца Халилова.

Малов легко освобождается от хватки Мавлюдова и также легко заламывает ему руку.

Мавлюдов (испуганно). Что ты делаешь?

Малов (спокойно). Жду слуг Сибагата Ибрагимовича.

Мавлюдов. Для чего?

Малов. Чтобы тебя передать им с рук на руки. Вот я и скажу им то, что собирался сказать ты, а потом доказывай Халилову, что не ишак, он всё равно не поверит.

Мавлюдов (заискивающе). Всё, уносим ноги, нам обоим несдобровать, если нас застанут здесь слуги.

Малов (отпуская его руку). Вот так-то лучше. Только запомни наперёд – лучше не становись больше у меня на пути. Могу не рассчитать и переломать тебе и руки, и ноги.

   Они поспешили к забору.

Мавлюдов (хватаясь руками за ограду). А ты всё равно останешься в проигрыше, Кузьма! Мадина никогда не будет твоей.

Малов (оглядываясь). Это мы ещё посмотрим.

Мавлюдов (злорадно). Тебя Халилов прогнал с глаз долой, этого тебе мало?

Малов. Это он погорячился. Пройдёт немного времени, и старик остынет.

Мавлюдов (хихикнув). И не надейся. Старик выполнит то, что я ему скажу, понял? А ты? Как ты думаешь, Кузьма, приветливо ли будет относиться к тебе Сибагат после того, как ты, именем закона, арестуешь его имущество?

Малов (ошарашенно). Так это ты всё подстроил, подлец? Это с твоей подачи меня назначили идти в дом Халилова с арестом его имущества?

Мавлюдов (злорадно). Теперь ты мне совсем не страшен, хоть ростом огромен, зато умом убогий. Мадина никогда не будет твоей — она возненавидит тебя!

   Малов в ярости бросается на мерзавца, но Мавлюдов ловко перепрыгивает через ограду. Кузьме ничего не осталось, как поспешить за ним следом.

                        Занавес

                   ДЕЙСТВИЕ  ЧЕТВЁРТОЕ

ЛИЦА:

Халилов

Мавлюдов

Малов

Мадина

Бурматов

Полицейские

Служанка

                    Явление первое

Дом Халилова. Большая светлая комната. На полу и стенах ковры. Заложив руки за спину, взад-вперёд ходит Сибагат Ибрагимович. Он очень зол и что-то бормочет себе под нос. Входит Мавлюдов.

Халилов (останавливаясь). Ты как осмелился явиться в мой дом, недоносок? Или ты полагаешь, что загнал меня в угол, и теперь можешь делать всё, что захочешь?

Мавлюдов (стоя у порога). Нет, я пришёл лишь кое-что уточнить, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Не беспокойтесь, мой визит не отнимет у вас много времени.

Халилов (глядя исподлобья). Убирайся прочь, ублюдок, я не желаю тебя видеть!

Мавлюдов (топчась на месте). Прошу прощения, уважаемый Сибагат Ибрагимович, но я останусь. Нам надо кое-что обсудить до прихода в ваш дом судебного пристава.

Халилов. Я же сказал – убирайся, и чтоб духа твоего в моём доме не было! Ничего с тобой обсуждать я не собираюсь. Не уйдёшь прямо сейчас по-доброму, прикажу слугам связать тебя по рукам и ногам, сорвать одежду и пороть кнутом, покуда кожа со спины не слезет!

Мавлюдов (нервничая). Мой уход лишит вас последней надежды. Вас некому будет спасти от полного разорения и позора.

Халилов (надменно). Ишь, «спаситель» выискался! Да я плевать на тебя не хотел, ничтожество. Вот думаю-думаю и в толк никак не возьму, как ты пойти против меня осмелился?

Мавлюдов (с нотками страха). Если вы не боитесь разорения и позора, то хоть о племяннице подумайте?

Халилов. Я подумал уже обо всём — и о Мадине, и о тебе тоже, сукин ты сын.

Мавлюдов (настороженно). Вы мне угрожаете, Сибагат Ибрагимович? Увы, но вы бессильны причинить мне хоть какие-то неприятности. Время ушло. Уже сегодня, через пару часов, в ваш дом явится судебный пристав для описи и ареста всего вашего имущества.

Халилов (злобно). Вижу, ты всё просчитал, сопляк, и, как тебе кажется, до мелочей. Но в одном ты крепко ошибся. Тебе не удастся увидеть меня униженным и опозоренным. Через три дня мне привезут деньги и я рассчитаюсь со всеми кредиторами, а уж потом возьмусь за тебя, сын верблюда и ослицы. Ты вернёшь сполна все мои деньги и распрощаешься с тем, что имеешь сам!

Пауза. Мавлюдов подавлен. У него трясутся руки.  Он с трудом владеет собой.

Мавлюдов. Хорошо, допустим, вы погасите свои долги. Но до того момента целых три дня! Вы избежите долговой тюрьмы, уважаемый Сибагат Ибрагимович, но публичного позора вам не избежать. Сегодня судебный пристав опишет ваше имущество, и не мне вам говорить, что вашей репутации конец! Люди отвернутся от вас, перестанут доверять купцу Халилову, а это хуже смерти, не так ли?

Халилов (угрюмо). Таким вот способом ты добиваешься руки моей племянницы, пёс шелудивый?

Мавлюдов (разводит руками). У меня не было выбора, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Отдайте прямо сейчас за меня девушку, и приставу будет нечего делать в вашем доме.

Сибагат Ибрагимович зол. Он на грани бешенства.

Халилов. И тут ты просчитался, жалкий пакостник. Ты слишком мелок и не способен для больших дел. Твой удел перекладывать бумаги в канцелярии, а не охотиться на матёрых волков. Ты дичь, а не охотник, тупица безмозглая.

Мавлюдов (с ухмылкой). Нет, это вы поспешили объявить себя матёрым волком, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Хорошо поразмыслив, я убил не двух, а трёх зайцев. Я опозорил вас и сделал нищим; я подстроил так, что пристава Малова направили описывать ваше имущество; я сделал всё, чтобы растоптать вашу репутацию и вас вместе с ней. Однако я оставил вам шанс одуматься и спастись, Сибагат Ибрагимович.

Халилов. А если я не пожелаю им воспользоваться?

Мавлюдов (жёстко). Тогда вам остаётся только пенять на себя, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Вы останетесь не только без денег, но и без всего, чем пока ещё владеете. Мадина возненавидит Кузьму за его, в принципе, законные действия. Всё закончится тем, что вы и ваша гордая племянница будете валяться у меня в ногах, умоляя, чтобы я взял её в жёны.

Халилов (с усмешкой). Эко ты загнул, сосунок?! Я буду валяться у тебя в ногах? Да ты никогда этого не дождёшься! Тебе никогда не видеть меня и Мадину ползающими на коленях у твоих грязных копыт. Долги я через три дня погашу, не сомневайся… А что касается ареста моего имущества, то и тут будет всё в порядке! Я дам Кузьме большую взятку, такую, перед которой он не сможет устоять! И эти три дня я проживу спокойно.

Мавлюдов. Как знать, как знать… Не знаю, как вы, Сибагат Ибрагимович, но я уверен, что Малов взятки не возьмёт. Он из породы тех людей, которые никогда не пойдут на сделку с совестью!

Халилов. Вздор! Кузьма чиновник без гроша за душой! А чиновники, как известно всему свету, не делают различий между службой и взяткой. Ему ничего не стоит найти причину и отложить на законных основаниях исполнительские действия на неопределённый срок!

Мавлюдов (озадаченно). Но у вас нет денег! Что же вы собираетесь предложить Кузьме?

Халилов (усмехаясь). Я предложу ему такую взятку, от которой он не откажется никогда, даже если является единственным честным чиновником на всей земле!

Мавлюдов. И какую?

Входит Митрофан Бурматов.

                    ЯВЛЕНИЕ  ВТОРОЕ

    Бурматов проходит в комнату и останавливается перед Сибагатом Ибрагимовичем. С лёгким поклоном мужчины жмут друг другу руки.

Бурматов. Прошу прощения за задержку, Сибагат Ибрагимович. Задержали дела, и я не смог прийти вовремя.

Халилов (облегчённо). Нет, ты пришёл в самый раз. Только вот жаль, что не слышал слов господина судебного чиновника, который…

Бурматов (презрительно глянув в сторону Мавлюдова). Вы имеете в виду эту жалкую личность?

Халилов. Да, он много сказал такого, о чём мне даже стыдно повторить.

Бурматов (усмехаясь). Ничего повторять не надо, уважаемый Сибагат Ибрагимович, я всё слышал, задержавшись на пороге.

Пауза. Мавлюдов ничего не понимает. Он смотрит то на Бурматова, то на Халилова. Он бледен, черты лица искажены страхом.

Бурматов. Ты чего молчишь, проходимец? Или не рад меня видеть?

Мавлюдов (хрипло). Я никогда не испытывал радости, видя тебя.

Бурматов. Взаимно. После встречи с тобой, даже мимолётной, я зачастую страдаю от несварения желудка.

Халилов (расправляя плечи). Этот обокравший меня лжец и проходимец ещё осмеливается меня же шантажировать. Обвинения настолько нелепы, что у меня возникли сомнения относительно здравия его рассудка.

Бурматов. Это всего лишь жалкая попытка запугать вас, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Известный способ мошенничества, совершаемый лицом, далёким от понятий о чести и совести.

Мавлюдов (возмущённо). Эй, господа хорошие, что за комедию вы сейчас передо мной ломаете?

Бурматов (вздыхая). Точнее будет назвать наши действия не комедией, а трагедией. Сейчас сам убедишься, что в ней мало весёлого и смешного.

Мавлюдов (нагло). Тот сговор, который, как я вижу, вы устроили, выйдет для вас же самих боком, предупреждаю.

Бурматов. А сговора никакого нет. Я просто собираюсь сейчас выводить некоторых людей на чистую воду.

Мавлюдов (подбочениваясь). Если вы имеете в виду меня, то…

Слышатся тяжёлые шаги.

                    ЯВЛЕНИЕ  ТРЕТЬЕ

В комнату входит Кузьма Малов. Переступив порог, он обводит присутствующих суровым взглядом, но ничего не говорит. В комнате зависает гнетущая тишина. Малов выглядит великолепно. На нём однобортный полукафтан чёрного с зелёным отливом сукна, застёгнутый на девять золотых пуговиц с изображением «столпа закона» (сенатского чекана), чёрные с зелёным отливом брюки, заправленные в чёрные с зеркальным блеском сапоги. На голове чёрная двупольная шляпа с кокардой, под которой на околыше золочёный знак судебного ведомства.

Малов. Господа, я пришёл в этот дом с целью описи и ареста имущества купца Сибагата Халилова по решению суда. Убедительно прошу каждого из вас не препятствовать исполнительным действиям судебного пристава, иначе арест будет произведён с применением силового воздействия.

Тишина. Халилов и Бурматов переглядываются. Они молчат. Азат Мавлюдов торжествует. С улыбкой победителя он смотрит на купца и его лицо, полное недоумения.

Бурматов (приходя в себя). Послушайте, господин судебный пристав, уверяю вас, что необходимость ареста имущества купца Халилова по некоторым причинам должна быть отложена. И ещё я хочу заявить…

Малов (с каменным лицом). Я пришёл в этот дом исполнять решение суда, и я его исполню. Любые заявления и просьбы во внимание приниматься не будут.

Бурматов. Вы выслушайте меня, господин пристав, и сами убедитесь…

Малов (не дав ему закончить). Любые доводы считаю неуместными, господа. Если даже господин Халилов успел рассчитаться с кредиторами, арест на его имущество будет наложен. Только суд, вынесший решение на арест имущества, вправе отменить его.

Халилов (озабоченно). Не засыпай господина пристава вопросами, Митрофан. Он пришёл исполнять свой служебный долг, и не будем мешать ему в этом.

Пожимая плечами, Бурматов отходит.

Халилов (обращаясь к Малову). Могу ли я чем-нибудь вам помочь, господин судебный пристав, чтобы упростить вашу задачу?

Малов. Покажите расписки от взыскателей, из которых можно сделать вывод, что долги ваши погашены в полном объёме.

Халилов (растерянно). Но у меня нет таковых.

Малов. Долги не погашены?

Халилов. Нет.

Малов. Тогда предлагаю добровольно указать на имущество, на которое будет наложен арест, называя его стоимость.

Халилов (недовольно морщась). Составляйте опись сами, господин пристав, это ваша обязанность.

Мавлюдов (выступая вперёд). Я готов предложить вам свои услуги, господин судебный пристав. Вы составляйте опись, а я буду называть предметы, которые следует в неё вносить.

Малов (дрогнувшим голосом). Справлюсь и сам, не мешайте мне.

Мавлюдов (пожимая плечами). Как вам будет угодно.

Халилов (обращается к Малову). Сынок, Кузьма, не позорь меня и мою седую головушку. Отложи арест моего имущества всего на три дня. Мне привезут деньги, и я рассчитаюсь с кредиторами.

Малов (хмуро). У вас было достаточно времени для расчётов, но вы его не использовали. Теперь я обязан арестовать ваше имущество и установить новый срок для расчётов по долгам. Если вы и за это время не погасите их, то арестованное имущество будет изъято и продано, а вырученные с продажи деньги пойдут на погашение ваших долгов.

Халилов (льстиво улыбаясь). Кузьма, ты сердишься на меня за то, что я тебя выставил недавно? Так приношу за это извинения. Ты можешь по-прежнему бывать в моём доме тогда, когда захочешь.

Малов (отворачиваясь). Премного благодарен за приглашение, господин Халилов, но обсудим его в другое время. Я сейчас…

Халилов (слегка пригибает голову). Я понимаю, сейчас вы на службе, господин судебный пристав, но я считаю уместным сделать вам маленький сюрприз!

Пауза. У всех присутствующих вытягиваются лица.

Халилов (кричит). Мадина, девочка, а ну-ка войди?!

Пауза. Бурматов и Мавлюдов в недоумении переглядываются.

Халилов (обращается к Малову). Кузьма, сынок, всего лишь три дня. Я знаю, что ты только арестуешь, но не будешь вывозить моё имущество, установив для оплаты долгов последний срок. Но… пусть арест формальность, но он уничтожит меня и моё доброе имя. Завтра газеты на первой полосе раструбят о моём бесчестии, и всё… Купцу Халилову больше никто не будет доверять. В мои магазины не будут заходить солидные покупатели и… Хорошую репутацию заработать трудно, а вот её потерять… Кузьма, прошу тебя, ну всего лишь три дня…

Малов (напрягаясь). Я не могу ничем вам помочь, уважаемый Сибагат Ибрагимович. Мой долг арестовать ваше имущество именно сейчас, и я его исполню.

Халилов (тяжело дыша). Те долгие годы, когда моя семья дружила с твоею, в расчёт тоже не берутся?

Малов (нервничая). Сибагат Ибрагимович, я пришёл в ваш дом не обсуждать, что было и что прошло. Я пришёл исполнять свой долг и прошу не мешать мне делать государственное дело.

Халилов. Господин судебный пристав, Аллах свидетель, я не чиню вам никаких препятствий. Исполняйте свой долг, раз пришли. Вот только…

В комнату тихо входит служанка.

Халилов (раздражённо). Где Мадина?

Служанка (испуганно). А нет её… Уехала давеча она куда-то и не вернулась еще.

Халилов. Разыщите её немедленно. Пусть ко мне идёт. Когда надо, семью собаками никого не сыщешь!

Бурматов (покашливая). А для чего нам присутствие Мадины? Мы много говорим такого, что не должно касаться ушей девушки.

Мавлюдов. Странно, вот лично мне есть что сказать купцу Халилову и его племяннице, а вот как раз с тобой, господин Бурматов, мне не о чем разговаривать!

Бурматов (пожимая плечами). Не хочешь говорить, можешь молчать, господин Мавлюдов. А я вот, пока господин судебный пристав осматривает имущество, хочу рассказать Сибагату Ибрагимовичу кое-что интересное о твоей гнусной личности.

Мавлюдов (с усмешкой). И что же ты можешь рассказать Сибагату Ибрагимовичу обо мне такое, чего он не знает?

Бурматов. Действительно, а что же он не знает про тебя? То, что твой отец богатый человек и живёт в Уфе, Сибагат Ибрагимович, конечно же, знает. По его просьбе он устроил тебя чиновником в канцелярию суда. Мало того, Сибагат Ибрагимович был знаком с твоим отцом еще тогда, когда тот работал у родителей Мадины, амбар ремонтировал.

Мавлюдов (недоумённо). Да? А я не знал ничего об этом.

Бурматов. Конечно, тебе не рассказывали такие подробности, а зачем? Времени прошло много, и всё быльём поросло. Когда твой отец ограбил дом родителей Мадины, убил их и поджог дом, ты был ещё маленьким добрым мальчиком. А разве будет нормальный папаша, пусть даже разбойник и убийца, рассказывать своему сынишке о кровавых деяниях своих?

Мавлюдов. Ты что, с ума сошёл?! Ты чего тут лепишь, ненормальный? Чего тебе сделал мой отец, что ты его так мерзко оговариваешь? Дело о трагической смерти родителей Мадины давным-давно уже закрыто. А ты? Ты-то с чего взял, что их убил мой отец? Это Сибагат Ибрагимович ночевал в доме сестры в ту роковую ночь, и он вынес из огня Мадину. А имя моего отца во время расследования даже не упоминалось никогда!

Бурматов. Не упоминалось потому, что не было для этого достаточных оснований.

Мавлюдов. А сейчас они, выходит, появились?

Бурматов. Да, мне удалось их раздобыть.

Мавлюдов. И где?

Бурматов. В Уфе, если тебе очень интересно. Сейчас твой отец арестован и даёт на допросах правдивые показания.

Мавлюдов (потрясённо). Как это арестован?! Это ложь. Вы загоняете меня в какую-то ловушку, господа заговорщики.

Бурматов. Твоего отца и не спрашивали об убийстве родителей Мадины. Он сам всё рассказал с перепугу.

Мавлюдов. И что же он рассказал?

Бурматов. То, что проник в дом своих работодателей глубокой ночью. Цель была одна – ограбить богатых владельцев. А когда был застигнут хозяевами в момент кражи, зверски убил их. Дом он поджёг, чтобы замести следы.

Мавлюдов (натянуто улыбнувшись). Стоп, вот я и поймал тебя на лжи, сыскарь доморощенный! Ты только что обмолвился, что у моего отца не спрашивали об убийстве родителей Мадины, тогда за что его арестовали?

Бурматов (невозмутимо). Его арестовали за другие кровавые преступления, каковых он совершил за свою жизнь немало.

Мавлюдов (торжествующе). И снова ложь! Мой отец уважаемый человек в Уфе! У него много магазинов, которые приносят ему солидный доход!

Бурматов. Он жил двойной жизнью. Первая — для всех, напоказ. Для горожан он порядочный человек и благочестивый мусульманин. А вторая жизнь его просто ужасна. Он главарь жестокой шайки разбойников и убийц. На протяжении многих лет его шайка совершала страшные преступления, оставаясь безнаказанной и неуловимой.

Мавлюдов (срывается на крик). Нет, не верю! Если отец и сделал какие-то признания, то только под давлением полицейских ищеек! Его заставили оговорить себя с применением силы!

Бурматов (разводит руки). Что мне сказали, то я вам говорю, господа.

Мавлюдов (упрямо). Нет, не верю я! Не верю! Мой отец тишайший человек. Он слова плохого не скажет, он… Я сам перечитывал не раз то злополучное дело, но никогда не встречал упоминаний про моего отца.

Бурматов. Как известно, в тихом омуте больше всего чертей            и водится. Твой отец работал у родителей Мадины нищим подёнщиком. После пожара он исчез, объявился в Уфе и превратился в богатого преуспевающего господина! Тебя наталкивает это на какие-то мысли, господин судебный конторщик?

Мавлюдов (настырно). Нет. Я тебе не верю, хоть тресни! Ты вообще-то кто есть такой, чтобы тебе в полиции Уфы так подробно рассказали о расследовании хоть какого-то даже самого простенького дела?

Бурматов. Полицейские тоже люди, как и все мы. Важно только найти к ним подход… Будем считать, что я нашёл его.

Мавлюдов. И что ты собираешься предпринять, обладая такими сведениями о моём отце? Рассказать об этом моему начальству и злорадствовать, когда меня уволят, или вымогать у меня деньги за молчание?

Бурматов. Нет, я выберу другой путь. Какой, расскажу чуть позже, если позволите.

В комнате гнетущая тишина. Все поражены услышанным, и каждый по-своему переваривает ошеломляющую новость. 

Халилов (тяжело поднимается со стула). Надеюсь, это не шутка, господин Бурматов? Или я схожу с ума, слыша то, что больше никто не слышит?

Мавлюдов. Как же никто, а я? Это я, наверное, схожу с ума, слушая весь этот бред.

Халилов (словно не слышит Азата). Что-то здесь не так. Не преследуете ли вы какую-то цель, господин Бурматов, вводя всех нас в заблуждение?

Бурматов (удивлённо). Не пойму, о чём вы, Сибагат Ибрагимович?

Халилов. Я поручил вам собрать сведения об Азате Мавлюдове, а не об его отце. И мне было странно слышать то, что я слышал только что.

Бурматов (пожимая плечами). Так уж получилось, Сибагат Ибрагимович. Я сам не ожидал, что столько дерьма накопаю, и вот результат… Всё, что я говорил, – это не бред. Отец Азата всю свою преступную жизнь изложил подробно и собственноручно на бумаге. Кстати, в своих «раскаяниях» он упомянул и тот факт, что научил сына, как лучше облапошить вас и вытянуть из вас все ваши деньги. Азату понадобилась огромная сумма, которую он проиграл в карты, и он приехал за ней к отцу. Старый скряга денег сыну не дал, зато дал отличный совет! Он предложил своему отродью испробовать свои способности на вас!

Халилов. Да, он ограбил меня до нитки. Только вот не пойму, для чего он это сделал. Сам Азат говорить не хочет, может, вы мне объясните почему? В «откровениях» отца ничего на сей счёт не написано?

Бурматов (пожимая плечами). А давайте спросим у него самого? Азат, может быть, ты объяснишь причины, побудившие тебя совершить то, что совершил?

Мавлюдов. Я не желаю вступать с вами в бесполезные дискуссии. Я…

     В комнату входит Мадина. Все умолкают.

                     ЯВЛЕНИЕ  ЧЕТВЁРТОЕ

    Увидев мужчин, девушка в нерешительности останавливается. Мадина в растерянности. Она не знает, как себя вести, и пытается понять, что происходит в доме. Её взгляд скользит по присутствующим, останавливается на Малове. Глаза Мадины расширились, а лицо побледнело. Её рот приоткрылся в немом изумлении. Она не может отвести полных восхищения глаз от судебного пристава.

Мадина (растерянно). Ты меня звал, дядя?

Халилов (утвердительно кивает). Звал, звал, девочка моя.

Мадина. Что-то случилось, дядя?

Халилов. Пока ещё нет, но может случиться. Давай вместе попросим господина судебного пристава дать нам три дня отсрочки и не описывать наше с тобою имущество.

Пауза. Присутствующие вне себя от изумления. Все смотрят на Халилова в ожидании.

Халилов (обращается к Малову). Ты любишь мою племянницу, Кузьма?

Малов в полной растерянности. Он нервничает, потирает руки и молчит.

Халилов. Знаю, что любишь. Ты же сватать Мадину собирался или передумал уже?

Малов. Собирался и собираюсь, но не сейчас. Сегодня я здесь, в вашем доме, по служебной необходимости.

Халилов. А я вот по-другому думаю, Кузьма. Могу сейчас согласиться на ваш брак, а могу и не согласиться никогда! Ложка хороша к обеду, правильно?

Малов промолчал. Он смотрит на Мадину и словно не слышит слов её дяди.

Халилов. Мы с тобой оба в тупике, Кузьма, и никто нам помочь не в силах, кроме нас с тобой. Мне нужны три дня, а тебе нужна моя племянница. Так вот, ты повременишь с арестом моего имущества эти три дня, а я сейчас, при всех, отдаю Мадину тебе в жёны! Ну что, согласен, Кузьма?

Малов (встряхнув головой). Не пойму, что это? Сибагат Ибрагимович, ты что, издеваешься надо мной?

Мавлюдов (бьёт себя ладонью по лбу и восклицает). Ну надо же! Вот вам и нате! Так вот о какой взятке ты мне талдычил, Сибагат Ибрагимович?! Да-а-а, теперь и я верю, что от такой «взятки» не откажется даже господин судебный пристав Малов! Ты всё верно подрассчитал, хрен старый!

Халилов. Так что, Кузьма, по рукам? Мне три дня, а тебе девка в жёны!

Малов молчит. Он разъярен и едва сдерживается от желания немедленно наброситься на коварного старика. Мадина стоит рядом с дядей. Девушка потрясена. Глаза её закрыты, а из-под ресниц вытекают слёзы. Сибагат Ибрагимович раздражён. Он хватает девушку за руку, причиняя ей боль.

Халилов. На колени, женщина! На колени перед господином судебным приставом! Ты любишь его, я знаю, а он? Любит ли он тебя, Мадина? Я поверю в его любовь, если он даст мне отсрочку на три дня! Если он так поступит, я отдаю тебя ему в жёны!

Под нажимом дядиной руки девушка опускается на колени. Она закрывает лицо руками и громко плачет. Кузьма стоит перед ней, как каменное изваяние. Он потрясён и не знает, что делать.

Халилов (яростно). Так чего ты молчишь, господин судебный пристав? Берёшь девку в жёны, или…

Мавлюдов (с издёвкой). Кузьма, забирай её. Такую взятку не взять невозможно, ха-ха-ха!

Бурматов (возмущённо). Да что же это такое, господа? У меня такое ощущение, будто все здесь присутствующие одновременно сошли с ума.

Халилов (хрипя). Кузьма, я жду! Или три дня и она твоя, или я сейчас задушу её собственными руками!

Малов делает шаг вперёд, приседает и отталкивает Халилова. Тот падает. Мадина тоже падает у ног Малова и лежит без движения. Она без сознания. Бурматов спешит к Халилову и помогает ему подняться. Малов берёт на руки Мадину, поднимает её с пола и прижимает к груди.

Мавлюдов (усмехается). Ну что, тебя можно поздравить, господин судебный пристав? Ты нарушил присягу и уступил просьбе старика! Или ты как-то по-другому объяснишь свои действия?

Малов даже не смотрит в его сторону, переносит Мадину на диванчик и бережно укладывает на мягкие подушки. Бурматов подвёл старика к секретеру и усадил на стул. Халилов обхватил голову руками и застыл с мученическим выражением на лице.

Бурматов (обращается к Малову). Господин судебный пристав, у вас ещё не пропало желание, после всего случившегося, заниматься описью и арестом имущества купца Халилова? То, чему я только что был свидетелем, признаюсь, просто ошеломило меня.

Малов (отходит от Мадины). Я заберу отсюда девушку, но… Сегодня я завершу то, для чего пришёл. Сибагату Ибрагимовичу нужны для чего-то три дня, но… Я бы очень хотел пойти ему навстречу, но не могу так поступить, не мо-гу!

Бурматов. А для чего он просит эти три дня, ты знаешь?

Малов (косится на Халилова). Ты сам всё слышал, вот и спрашивай у себя.

Бурматов (ухмыляется). Да, я слышал, и все мы слышали доводы Сибагата Ибрагимовича. В изворотливости и сообразительности ему нет равных! Он говорил, что через три дня расплатится по долгам со своими кредиторами, только так ли это?

Все посмотрели на Халилова. Он сидит всё в той же позе у секретера. Он никак не отреагировал на слова Бурматова, будто не слышал их.

Малов. А что, в его словах что-то не так?

Бурматов. Да всё не так в словах Сибагата Ибрагимовича, господа! Через три дня его племяннице Мадине исполнится восемнадцать лет, и он теряет над ней опеку!

Мавлюдов (присвистнул). Вот это да! А я как-то об этом и не подумал!

Бурматов (насмешливо). Не только ты, но и никто об этом не подумал! А собака именно в этом и зарыта!

Малов (поражённо). Как это?!

Бурматов. Да вот так, Кузьма, вот эдак! Получи он от тебя отсрочку на три дня, и дело было бы, как говорится, в шляпе! Всё продумал Сибагат Ибрагимович, да вот только рассчитать не смог, что ты придёшь с арестом именно сегодня. Через три дня, пожалуйста, но не сегодня!

Мавлюдов (нетерпеливо). Не говори вокруг да около, выкладывай всё как есть прямо!

Бурматов (глянув на неподвижно сидящего Халилова). Через три дня Мадине исполнится восемнадцать лет, и опека Сибагата Ибрагимовича над ней заканчивается. Придёт пристав с арестом, а имущества у него никакого нет! Всё, что есть, принадлежит его племяннице!

Малов (недоумённо). Но ведь есть решение суда. Есть кредиторы с векселями, подписанными Сибагатом Ибрагимовичем.

Бурматов. Всё это есть, а вот имущества нет! Не его оно будет, а племянницы!

Малов. Но если нет имущества, то нечем платить долги и его ждёт долговая тюрьма?

Бурматов. И эта напасть не будет угрожать Сибагату Ибрагимовичу. У него деньги есть, и немалые… Ему эти долги погасить – раз плюнуть!

Малов (обалдело). Тогда я ничего не понимаю…

Бурматов. Признаюсь, я тоже долго разбирался в хитросплетениях купца Халилова, господа. Он гениальный преступник!

Пауза. Все смотрят на Сибагата Ибрагимовича. Он сидит всё так же, не меняя позы.

Бурматов (продолжает). Начну с того, что Сибагат Ибрагимович и его сестра Эльвира – выходцы из беднейшей семьи. Будущее им не сулило ничего, кроме тяжёлого труда и борьбы за выживание. Сибагат занялся сапожным ремеслом, доставшимся ему от отца, а вот красавице сестре повезло неслыханно. В неё влюбился богатый вдовец из купеческого сословия и женился на ней. И тут Сибагат заболел чёрной завистью. Он завидовал сестре, жившей в богатстве и роскоши, а ему приходилось зарабатывать на хлеб тяжким трудом. Сибагат часто обращался за помощью к сестре и зятю, и ему никогда не отказывали ни в чём, но… Зависть всё сильнее и сильнее порабощала душу Сибагата. От природы смышлёный и сообразительный, он долго раздумывал над способами, как можно быстро и легко разбогатеть. В конце концов остановился на одном, самом, с его точки зрения, безопасном и надёжном. Сибагат решил просто убить сестру и зятя и завладеть их огромным состоянием!

Мавлюдов (не выдержав). Я так и знал, что это он убил родителей Мадины, а всё свалил на моего отца!

Бурматов. А вот тут ты не прав, Азат. Родителей Мадины убил твой отец, и это он указал в своих «признательных мемуарах». Но он так же указал, что пойти на убийство его подговорил именно Сибагат Ибрагимович. Он смог убедить бедного подёнщика ограбить своих родственников и убить их. Сибагат даже позволил ему забрать все деньги, которые нашли в доме, а их оказалось немало. Расчёт оказался верным. Дом ограбили, родственников убили, и отец Азата с награбленными деньгами уезжает в Уфу. Ну а Сибагат спасает Мадину и становится её опекуном. Он окружает несчастную девочку любовью и заботой, хотя… Конечно же, больше всего он любил огромное наследство Мадины, которым теперь распоряжался по своему усмотрению. Но Сибагат не был мотом и знал счёт деньгам. Он всячески приумножал свой капитал, не брезгуя ничем. Один из способов приумножения был честным – у него было много магазинов и лавок. А вот второй способ обогащения… Он съездил в Уфу и нашёл там папу Азата. Сибагат запугал его разоблачением и заставил собрать и возглавить шайку разбойников. Эта шайка грабила купцов, обирая их до нитки. Бывали случаи, когда при налётах на беззащитные обозы с товарами гибли люди. А ещё отец Азата любил промышлять в одиночку. Схема у него в таких случаях была одна. Он втирался к какому-нибудь залётному купцу в доверие и убеждал его без письменных договоров и гарантий, поверив на слово, отдать ему все свои капиталы якобы для закупки очень качественного товара. Когда деньги перекочёвывали в его карманы, Мавлюдов-старший просто исчезал. Ограбленные купцы оказывались не только обманутыми и разоренными, но и не могли подать на разбойника и мошенника в суд. Им нечем было уличить его в преступлении и выдвинуть против него обвинение. Наверное, теперь нетрудно догадаться, господа, что все грабежи, налёты и мошеннические афёры планировал не папаша Азата, а Сибагат Ибрагимович! Мавлюдов и его шайка только исполняли задумки купца Халилова, который всегда забирал для себя половину.

Пауза. Мавлюдов, Малов и Бурматов смотрят на Халилова. Тот сидит на стуле, не меняя позы. Он будто умер и не подаёт признаков жизни.

Бурматов (продолжает). И так продолжалось много лет, пока на шайку Мавлюдова сыщики из Уфы не нашли управу.

Малов (оглянувшись на диван, на котором лежала Мадина). Мне теперь понятно всё, кроме тех трёх дней, которые вымаливал убийца. Судя по размахам его деятельности, денег у него на сотню жизней припасено. Так для чего он устроил этот балаган с тремя днями? Когда он унижал Мадину, я чуть не убил его.

Бурматов. Опекунство – это величайшая задумка Сибагата Ибрагимовича. Она работала много лет безотказно и плодоносно. Отдать ему должное – дядя не обкрадывал племянницу. Конечно весь её наследственный капитал работал на него, но… Он по-прежнему в целости и сохранности и принадлежит Мадине. Сейчас Сибагат Ибрагимович во много раз богаче своей племянницы, но…

Мавлюдов. Да говори… Говори же?

Бурматов. Много лет Сибагат Ибрагимович прикрывался опекунством над Мадиной и чувствовал себя в полной безопасности. Но срок её совершеннолетия неумолимо приближался. И тогда он снова задумался над тем, можно ли извлечь какую-то пользу из совершеннолетия племянницы. Казалось бы, ничего страшного, ну выросла девушка, отдай ее замуж вместе с капиталом и живи счастливо на то, что осталось, но… Сибагат усмотрел в этом угрозу своему благополучию. Мадина выросла и стала красавицей, как и её покойная мать. Отсюда следует, что в девицах она долго не засидится. А выдав её замуж, он лишается своей надёжной ширмы. Принадлежавший ей легальный капитал Мадина, конечно же, заберёт вместе с лавками и магазинами! А как тогда тратить тот огромный теневой капитал? После замужества племянницы Сибагат Ибрагимович был бы вынужден жить скромно, а это его не устраивало. Ну как так, сидеть на мешках с деньгами, а жить просто?

Малов. Но он мог уехать и зажить в другом городе припеваючи?

Бурматов. Мог, да не мог. Не в его годы строить жизнь заново! Здесь почёт и уважение, большие связи, насиженное место… Это молодым можно обживаться где хочешь, но не шестидесятилетним старикам. И тогда Сибагат решил поступить так, как поступил. А задумка его очень умна и достойна уважения. Он решил оставить Мадину при себе и никогда не выдавать её замуж!

Мавлюдов. Я так и знал, что он именно это и задумал, вот и подстраховался!

Бурматов (с сожалением). Если ты так думаешь, то полный глупец, Азат! Ты просто сделал так, как задумал Сибагат Ибрагимович. Ты исполнил свою ничтожную роль в его большой игре!

Мавлюдов (удивлённо). Нет, этого не может быть?!

Бурматов. Ещё как может. Сибагат Ибрагимович съездил в Уфу и встретился с твоим бедовым папашей. Он посвятил его в свой план своего собственного ограбления с твоим участием. Твой отец, конечно же, отказывался. Ты же не простой разбойник из его шайки, которого можно заставить сделать что угодно, а родное чадо. Но Сибагат Ибрагимович легко надавил на него и дело завертелось.

Мавлюдов. Ты хочешь сказать, что Сибагат Ибрагимович придумал собственное ограбление?

Бурматов. И осуществил с твоей помощью.

Мавлюдов. Не может быть!

Бурматов. Ты проиграл в карты огромную сумму, так ведь?

Мавлюдов (смущённо). Ну, так…

Бурматов. Поехал к отцу просить денег?

Мавлюдов. Ну, поехал…

Бурматов. Денег старик тебе не дал?

Мавлюдов. Не дал…

Бурматов. Он дал тебе совет «облапошить» старика Халилова и подсказал как?

Мавлюдов. Да, я поступил так, как посоветовал отец.

Бурматов. Ты пошёл к Сибагату Ибрагимовичу и уговорил его поучаствовать в одном «надёжном» деле?

Мавлюдов. Да, я уговорил его закупить большую партию китайского товара на большую сумму.

Бурматов. Без составления письменных обязательств?

Мавлюдов. Без бумаг, на обоюдном доверии.

Бурматов. А тебя не насторожило, что старый, умудренный большим жизненным опытом купец вдруг согласился на такую сомнительную сделку?

Мавлюдов. Я как-то не думал об этом.

Бурматов. Успех, хоть и сомнительный, затмил твой разум, господин Азат. Сибагат Ибрагимович вложил в дело ровно столько денег, сколько ты просил у отца. Тебе было невдомёк, что прежде чем вручить тебе эту огромную сумму, купец Халилов получил у твоего отца документы на право собственности всего твоего имущества на эту сумму. Он обезопасился от всяческих неожиданностей и был прав. Получив от Халилова деньги, ты расплатился по долгам и вздохнул свободно. Но, как мелкий жулик и шантажист, решил добить старика, хотя и понятия не имел, что это опасный зверь в овечьей шкуре. Ты не знал, что, начиная давить на Сибагата Ибрагимовича, ты уже им раздавлен и ограблен. Поздравляю, господин Азат, ты жалкий нищий!

Мавлюдов (покосившись на Халилова). Этого не может быть?

Бурматов. Ты пытался заставить Сибагата Ибрагимович отдать за тебя его племянницу Мадину, чтобы завладеть её состоянием. А он играл с тобой и забавлялся, как кошка с мышью, прежде чем её проглотить. Халилов строил из себя несчастного, убитого горем старика, а внутри посмеивался над твоей бестолковостью.

Мавлюдов (раздражённо). Но для чего ему понадобилась вся эта комедия?

Бурматов. А ты ещё не понял?

Мавлюдов. Нет.

Бурматов. Вкладывая в предложенное тобой дело деньги, Сибагат Ибрагимович взял их не из капитала племянницы и не из своих тайных запасов. Он занял всю сумму у друзей.

Мавлюдов. Но почему?

Бурматов. Чтобы все потом знали, что он обманут партнёром, разорен и не в состоянии вернуть долги.

Малов. Не понимаю, для чего он тогда выпрашивал у меня эти три дня? Пусть даже я, переступив через свои принципы, пошёл ему навстречу, то что бы это дало купцу Халилову? Его авторитет всё равно бы пострадал и…

Бурматов (усмехаясь). А вот тут ты не прав, господин судебный пристав! Три дня для Сибагата Ибрагимовича решали всё. Как я и говорил, расчёт он строил на том, что описывать его имущество придут в день совершеннолетия Мадины. Пришёл бы ты не сегодня, а через три дня, то не увидел бы трагедии, связанной с унижением своей любимой. Сибагату Ибрагимовичу нужны были эти три дня как воздух, и он решился на такой шаг, чтобы разжалобить тебя!

Мавлюдов. Ну что ему давали эти три дня, чёрт возьми?! Ты говоришь слишком много, господин Бурматов, а по существу не сказал ещё ни слова.

Бурматов (пожимая плечами). Хорошо, буду краток. Сегодняшний приход судебного пристава Малова для ареста имущества был для Сибагата Ибрагимовича неудобен. Рушились его планы. Расчёт был сделан на то, что явись пристав в день рождения Мадины, то он не смог бы наложить арест на имущество купца Халилова в виду его полного отсутствия. Хозяйка всему Мадина! В итоге пристав бы ушёл ни с чем, а Сибагат Ибрагимович в выигрыше. Во-первых, он не потерял бы авторитет в купеческом кругу. Он бы, конечно, расплатился с кредиторами в этот же день и прослыл бы «человеком чести», который, будучи разоренным, изыскал-таки возможность расплатиться по долгам. В итоге иски были бы купцами отозваны, а авторитет Халилова вознёсся бы до небес. Во-вторых, была бы снята вторая головная боль – Мадина. Девушка становилась бесприданницей и не желаемой для сватовства. Большинство богатых семей, кто метил взять девушку себе в невестки, отказались бы от задуманного. А за бедняков Сибагат Ибрагимович убедил бы девушку не выходить замуж, слегка воздействовав на её гордость и самолюбие. Таких, как Азат, Халилов в расчёт не брал. Он уже не представлял никакой угрозы его благополучию. А ещё так, на всякий случай, Сибагат Ибрагимович обзавёлся, за взятки разумеется, для своей «любимой» племянницы весьма специфическим документом с диагнозом её якобы психической болезни. Если бы кто-то, из «хорошей» семьи разумеется, вдруг всё-таки решился бы взять Мадину в свои невестки и без её капитала, а из-за её чудесной красоты, то Сибагат Ибрагимович показал бы им заветный документик. И всё, Мадина была бы обречена до старости оставаться невостребованной старой девой.

Малов (злобно). Я женился бы на ней, несмотря ни на что! Я люблю Мадину всем сердцем и…

Бурматов (с усмешкой). А ты, Кузьма, третья головная боль Сибагата Ибрагимовича. Он хорошо знал о твоей любви к девушке и сделал всё, чтобы она тебя возненавидела. К примеру, сегодняшнее её унижение перед тобой! Ты, наверное, подумал, что согласись ты на отсрочку, то Халилов действительно отдал бы за тебя Мадину? Это был всего лишь фарс. Пойди ты у него на поводу, он пообещал бы отдать Мадину за тебя. А когда дело было бы сделано, хитроумный Сибагат Ибрагимович нашёл бы тысячу причин, чтобы взять назад данное тебе слово. Он убедил бы Мадину в твоей неискренности и всё на том. Когда он поставил девушку перед тобой на колени и умышленно унизил, Сибагат надеялся, что ты, находясь при исполнении, не сможешь как-то прийти ей на выручку. А потом он смаковал бы этот факт перед племянницей, называя тебя бездушным и бессердечным. И он кое-чего добился, хотя бы того, что несчастная девушка упала в обморок.

Малов. Нет, это не обморок. Мадина, если сильно нервничает, всегда засыпает. Это у неё с детства, после пожара и смерти родителей.

Бурматов (удивлённо). Так с ней сейчас всё в порядке?

Малов. Да, она спит, и я отошёл, чтобы её не тревожить.

Мужчины увлечены разговором. Они уже не обращают внимания на притихшего на стуле Халилова. Он встаёт и тихо приближается.

Халилов. Как ты всё интересно пересказываешь, господин Бурматов, прямо заслушаешься.

Бурматов (оборачивается). Для вас старался, Сибагат Ибрагимович. Я догадывался, что вы меня слушаете, вот и старался говорить погромче и подробнее.

Халилов. Судя по тому, как ты старался, выплаченная мною сумма за твои труды просто смехотворная подачка. Ты не на десять тысяч, а на все сто наработал!

Бурматов. Я очень старался угодить вам, Сибагат Ибрагимович, но получилось так, что пришлось перестараться и раздобыть сведений намного больше, чем вы просили.

Мавлюдов (вступает в разговор). Всё, что сказал Бурматов, правда, Сибагат Ибрагимович?

Халилов (резко). Не твоё собачье дело, щенок! В твоих интересах сейчас сидеть тихо и не тявкать.

Пауза. Мавлюдов что-то хочет сказать, но не решается. Слишком веско подействовало на него одёргивание Сибагата Ибрагимовича. Малов подходит к дивану. Мадина проснулась. Она встала и сидит молча. Слегка покачиваясь, как в гипнотическом трансе, смотрит в одну точку.

Халилов (обводит всех присутствующих тяжёлым взглядом). Так что же теперь мне со всеми вами делать, господа? Из моего дома выпускать вас нельзя, вы слишком много знаете… Но и содержать вас всех для меня обременительно. Ну кто будет кормить за просто так чужие рты, не приносящие пользы?

Бурматов (ухмыляется). А вы убейте нас, Сибагат Ибрагимович? Вам теперь всё равно не избежать смертной казни за дела прошлые, да и настоящие тоже.

Халилов (хмурясь). А что, мысль прекрасная и своевременная. Теперь мне всё равно деваться некуда… Старика Мавлюдова сцапали, видимо, теперь и мне остаётся гулять недолго. Все мои планы разгаданы и… Жаль, но меня в этом городе больше ничего не держит.

Бурматов. Но почему же, а племянница? Вы же не бросите её одну-одинёшеньку в этом городе?

Халилов. Ну почему же одну? Я вместе со всем её состоянием подарю девку вон Кузьме Малову! Он оказался по-настоящему порядочным и честным человеком. Я всю жизнь терпеть его не мог и всю его семейку, но сегодня господин судебный пристав произвёл на меня неизгладимое впечатление.

Бурматов. Вот так вот возьмёшь и подаришь, ничего не потребуя взамен?

Халилов (задумчиво). Взамен? Нет, не потребую. Теперь уже больше с девки взять нечего, да и она больше в моей опеке не нуждается. А вот Кузьма… Пусть забирает её себе, мне не жалко.

Мавлюдов тихо пятится к выходу. Сибагат Ибрагимович замечает его отход. Он хмурит брови и грозит ему пальцем.

Халилов (укоризненно). Я ещё не отпускал тебя, щенок, так как пока ещё не решил, что с вами делать.

Бурматов. Теперь уж позвольте не вам, а мне решать, как и что в этом доме делать. Вообще-то, я пришёл сюда не языком молоть попусту, а арестовать вас, Сибагат Ибрагимович!

Пауза. Немая сцена. Присутствующие смотрят на Бурматова, слова которого повергли всех в шок.

Халилов. Боюсь, что это сделать ты не сможешь, Митрофанушка! Ты не имеешь таких серьёзных полномочий.

Бурматов (загадочно). Как сказать, Сибагат Ибрагимович. Я пришёл за вами уже с ордером на арест и без вас не покину стен дома.

Халилов. Со мной ли, без меня ли, но мой дом ты уже никогда не покинешь живым, Митрофанушка.

Бурматов. Вы мне угрожаете?

Халилов. Нет. Ставлю в известность, так что не взыщи!

Бурматов (достаёт из кармана свисток). Вижу, что наши пререкания ни к чему не приведут. Пора ставить точку в этом грязном деле, Сибагат Ибрагимович!

Бурматов свистит. В дом вбегают двое полицейских. Они встают у порога и смотрят на Бурматова, ожидая приказа. Пауза. Уже все смотрят на Бурматова. Его слишком уж решительные действия вызывают у присутствующих изумление. Никто ничего не понимает.

Мавлюдов. Чёрт возьми, да кто ты такой, господин Бурматов? То, что ты игрок, пустивший по ветру отцовское состояние, мне известно. Но ты ведёшь себя сейчас так, как будто облачён какой-то властью.

Бурматов. Вопрос запоздалый, но я на него отвечу. Я действительно промотал наследство отца за карточным столом и, оказавшись на краю бездны, понял, что мне осталось или пулю в лоб себе пустить, или в корне менять образ жизни.

Мавлюдов. Видя тебя живым, значит ты выбрал последнее?

Бурматов. Да, я решил сохранить свою жизнь и изменить её в лучшую сторону. После долгих поисков, сомнений и ожиданий я нашёл-таки самый подходящий для меня способ для заработка.

Мавлюдов. И какой же?

Бурматов. Я поступил на службу в полицию и теперь занимаюсь расследованиями тяжких преступлений.

У всех вытягиваются лица. Сибагат Ибрагимович тоже замер и смотрит на Бурматова. Тот достаёт из кармана сюртука жетон сотрудника тайной полиции и демонстрирует присутствующим.

Халилов. В отличие от Кузьмы Малова ты мздоимец, господин сыщик? Ты взял у меня деньги, не так ли?

Бурматов (достаёт из кармана бумажный пакет и бросает его на пол). К счастью, и я честен, как господин Малов, Сибагат Ибрагимович. А деньги я у вас взял, чтобы преждевременно не вызывать к себе подозрения.

Халилов. Так что, я арестован, господин сыщик?

Бурматов. Без сомнений, Сибагат Ибрагимович. У следствия к вам очень много вопросов, поверьте.

Халилов. Никогда не думал, что на старости лет попаду на каторгу… Правду говорят – от тюрьмы и от сумы не зарекайся…

Бурматов. Каторга для вас – что манна небесная, Сибагат Ибрагимович. А я склонен считать, что за все злодеяния вас и отца Азата приговорят к смертной казни!

Халилов. Меня повесят? А впрочем, какая разница. Лучше умереть сразу, чем гнить заживо на каторге, из которой я уже никогда не выберусь.

Бурматов. Ну что, пойдём?

Халилов. Да, пора… Вот только попрощаюсь с племянницей и её избранником. Вы позволите, господин сыщик?

Бурматов. Пожалуйста, если они не будут против…

Халилов (обращается к Малову и Мадине). Ну, подойдите ко мне, дети?

Они нехотя приближаются. Малов держит девушку под руку и смотрит на Сибагата Ибрагимовича настороженно. Мадина смотрит на дядю враждебно.

Халилов. Что ж, прощайте, чада неразумные. Прощения просить не буду, знаю, что не простите вы меня. (Он смотрит на Кузьму.) Тебя я всё-таки по-прежнему ненавижу, господин судебный пристав, но уважаю твою порядочность. Ты не мздоимец, а такие качества редки для чиновников. Сегодня ты держался с достоинством и честью. Я тебя поздравляю. А ещё я дарю тебе свою племянницу. Дрянная девка, избалованная, вся в своих покойных родителей…

Мадина(с ненавистью). Которых ты убил, грязное чудовище…

Халилов. Да, убил и не жалею об этом. Я бы и тебя не вынес из огня, если бы не нуждался в деньгах твоих родителей. Аллах мудр и всемогущ, но почему-то он кому-то даёт всё, а другим приходится влачить жалкое существование. Вот они и продают шайтану душу!

Мадина (морщится). Я не хочу с тобой разговаривать, убийца… Аллах тебе судья.

Халилов. Оно понятно, суда Всевышнего мне не избежать, если вообще он существует. Ну а тебе, Кузьма, я желаю мучиться всю жизнь, оплакивая Мадину. Твоя жизнь превратится в ад, обещаю. Ты любил Мадину и стремился сделать её своей женой, но она таковой тебе не станет.

Малов (сердито). Не хорони Мадину преждевременно, старик. Она жива и здорова. Теперь у тебя уже нет власти над ней, и ты не в силах забрать её с собою в ад, куда скоро направишься. А мы с Мадиной сыграем свадьбу и заживём счастливо!

Халилов (оскалившись). Помечтай, не вредно. А мне жаль тебя, господин судебный пристав. Ты несчастный человек и пока ещё сам об этом не знаешь. Вот сейчас…

Неуловимым движением старик выхватывает из-за пояса револьвер. Он стреляет в девушку. Мадина падает на пол у ног Малова. Кузьма падает на колени. Его лицо искажено ужасом. Он ощупывает тело Мадины.

Халилов (приставляет ствол к виску). А теперь и мне пора вслед за племянницей, господа! Думали, я оставлю её вам? Жаль, я мог пожить ещё долго, но… Вижу, что срок мой уже подошёл, прощайте!

Он нажимает на курок. Револьвер не выстрелил. Халилов снова пытается нажать на курок, но рядом Бурматов. Он заламывает убийце руку, выхватывает револьвер и отбрасывает его в сторону. Подбегают полицейские. Они берут старика под руки и отводят в сторону.

Бурматов (кричит). Азат, Мавлюдов! Чего стоишь столбом? Живо беги за доктором. Он рядом проживает, прямо через дорогу!

Мавлюдов выбегает из комнаты.

Бурматов. Господи, как же я лопухнулся? Но кто бы мог подумать, что у этого мракобеса за поясом наган?

Халилов извивается в руках полицейских. Он хохочет.

Халилов (кричит). Кузьма, слышишь меня, ублюдок? Как тебе мой подарок? По душе пришёлся, скажи? Я всегда изнемогал от желания придушить эту сучку, а знаешь почему? Да потому, что она вылитая мать! Я смотрел на неё, а видел сестру! И это отравляло мне жизнь, Кузьма! Но я не мог убить эту сучку, она была нужна мне! А теперь она в твоём полном распоряжении, господин судебный пристав! Делай с ней, что хочешь, сукин ты сын, Кузьма!

Малов его не слышит. Он смотрит на умирающую девушку. Кузьма полон отчаяния. Он видит, что его любимая умирает и изнемогает от бессилия. Он не может ей хоть чем-то помочь. Мадина открывает глаза. Она улыбается.

Мадина. Кузьма, любимый, как ты сегодня красив! Тебе очень идёт твоя форма.

Малов. Молчи, любимая, береги силы. Сейчас Азат приведёт доктора, и он тебя спасёт.

Мадина. Нет, меня уже никто не спасёт, Кузьма… Я ухожу, а ты оставайся. Живи долго и береги себя, любимый мой…

Малов. Нет, не уходи, Мадина, любимая! Останься жить ради меня! Умоляю тебя, Мадина, останься!

Мадина. Я бы осталась… Я всю жизнь мечтала быть возле тебя и быть тебе верной женой, господин судебный пристав. Но Аллах призывает меня, и я не в силах ему противиться.

Малов. А ты не поддавайся смерти, девочка моя! Ты крепись, и смерть отступит. Она забирает только слабых и трусливых, а ты храбрая и сильная, любимая моя!

Мадина. Нет, воле Всевышнего мне не противостоять. Он… он… Ну, мне пора… Поцелуй меня, любимый. Я хочу унести твой поцелуй с собой. Я… я…

Малов склоняется над девушкой. Она больше ничего не говорит, а лишь тяжело дышит. Её губы что-то шепчут, а глаза широко открыты. Из них текут слёзы. Кузьма целует её лицо, глаза, губы. Он готов отдать жизнь за любимую, но… Мадина умирает. Она закрывает глаза и как будто засыпает, а на устах появляется счастливая улыбка.

Халилов (кричит). Как хоронить её собираешься, Кузьма? По мусульманскому или христианскому обряду? Послушай совет напоследок, Кузьма, закопай её где-нибудь на обочине дороги! Большего она не заслуживает, Кузьма!

Малов медленно поднимается с колен и так же медленно поворачивает голову в сторону истерично вопящего убийцы. Прочтя во взгляде Кузьмы свой смертный приговор, Халилов громко хохочет.

Бурматов (становится у Малова на пути и старается его остановить). Кузьма, не делай этого. Вспомни, кто ты есть, не уподобляйся этому убийце!

Малов с перекошенным яростью лицом легко отталкивает Бурматова. Тот падает на пол.

Халилов (кричит). Ну, Кузьма, подойди ближе и убей меня! Отомсти мне за смерть своей любимой!

Бурматов (вскакивает с пола и кричит). Кузьма, опомнись, не уподобляйся ему! Он хочет, чтобы ты убил его и отправился на каторгу! Так он мстит тебе! А сам он хочет избежать суда и позора, убив себя твоими руками. Застрелиться у него не получилось, револьвер дал осечку! Это Бог не дал ему застрелиться, так как ведёт этого страшного грешника к суду и виселице! Его ждёт справедливое возмездие!

Малов приближается к Халилову. Он смотрит в бегающие глаза убийцы. Тот трусит. Его лицо вытягивается. Он закрывает глаза в ожидании смертельного удара.

Малов. Будь ты проклят, безжалостный убийца. Ты забрал жизни родителей Мадины, а сейчас отнял её у меня. Гореть тебе в аду, зверь кровожадный, а я… Я не буду пачкать об тебя руки. Ты всего лишь жалкий негодяй и мерзавец, а я ГОСПОДИН СУДЕБНЫЙ ПРИСТАВ!

Малов разворачивается и отходит к Мадине. Он становится перед мёртвой девушкой на колени, склоняется над ней и обнимает её неподвижное тело. Халилов молчит. Он будто загипнотизирован взглядом Малова. Бурматов машет рукой и приказывает полицейским немедленно уводить Халилова. Сам он идёт за ними следом и оглядывается на Кузьму. В дверях появляется Мавлюдов. Он привёл доктора. Бурматов расставляет руки и выдавливает своим телом всех из комнаты. Малов остаётся один со своей любимой. Он берёт тело Мадины на руки, поворачивается к залу и подходит к краю сцены. Его глаза смотрят вверх.

Малов (надрывно кричит). Господи, за что ты наказал меня так жестоко?! За что лишил меня счастья, забрав жизнь любимой? Разве я заслужил такую страшную кару, Господи! Ты высоко в небесах, а я здесь, на грешной земле, несчастная букашка! Смилуйся, Господи, забери жизнь мою никчёмную, не разлучай меня с любимой! Господи, Владыка Небесный, умоляю тебя, услышь меня…

Он умолкает, закрывает глаза и опускает лицо на грудь Мадины. Его тело сотрясают рыдания.                         

ЗАНАВЕС

иллюстрация: John Everett Millais. The Black Brunswicker

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике Uncategorized. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s