Тамара Селеменева. Дикие утки


С первым весенним теплом стаи пернатых потянулись в родные края. Поселяясь у городских водоёмов, на реках и озёрах, они охотно идут на контакт с людьми и угощения принимают с удовольствием.

Почти каждое утро я наблюдала, как  пара диких уток,  расправив крылья с сине-фиолетовым блестящим ромбом, хорошо заметном при полёте, взлетала с островка пруда во дворе нашего загородного дома. Пара удалялась, красиво вытянувшись в линию, но вскоре возвращалась. Утки с шумом садились на  воду, затем, переваливаясь, медленно выбирались на  островок.

Очень красив селезень: с яркой изумрудно-зелёной головкой, белым ошейником и коричневой грудкой. Уточка — поменьше размером, скромненькая  и неприметная. Ноги у них — оранжевые, клювы — жёлтые. 

Солнечное весеннее утро. Хлопотливо суетятся, чирикают воробьи. На пробивающейся траве бриллиантовыми искорками поблёскивает роса. Земля пробуждается, рождая ростки первых  цветов, воздух благоухает весенней свежестью.

Я звала в дом мою собачку — чихуашку Асю, но, обычно послушная, она не обращала на мой зов никакого внимания. Наверное, нашла  что — то уж очень интересное под туей на островке пруда, куда  раньше  очень редко бегала через мостик. А тут…

Подойдя к ней и отодвинув раскинувшиеся до самой земли ветви туи и растущего рядом красавца — можжевельника, я застыла от неожиданности. Там оказалось сложенное из веточек, травинок и сухих листьев гнездо, дно которого устилала сухая хвоя,  края обрамлял пух. А в гнезде — семь зеленовато-оливковых утиных яиц! Так вот что вызвало такой интерес у собаки! А ведь у меня есть ещё большой дворовый пёс, две кошки и кот. Странно, что они до сих пор не обнаружили гнездо и не разорили его!

С этого момента вход на островок был перекрыт листом фанеры, и все жильцы дома старались не беспокоить наших пернатых гостей. Очень необычно и удивительно, что дикие утки устроили гнездо совсем рядом с человеческим жильём!

Всего было снесено 11 яиц, и утка села высиживать потомство. Целыми днями под туей виднелся её серый неподвижный силуэт. Улетала она только ранним утром и вечером ненадолго, видимо на кормёжку. Селезень же, наоборот, прилетал крайне редко.

И вот настал долгожданный день. О чудо! В пруду за мамой — уткой гуськом плавали одиннадцать оливково-сереньких комочков,  малюсеньких утят. Бетонные берега чаши искусственного пруда были отвесны и слишком высоки для крохотных птенцов. Утка крякала, беспокойно  звала их на островок, но выбраться на него из воды им было не под силу. Утята были так малы и беззащитны!  В пруду с проточной водой не росли  водоросли, не поселялись насекомые…  Малыши тщетно цедили воду клювиками, но чистая вода ничем их не насыщала. Беспомощные и усталые они плавали всё медленнее и медленнее, жалобно попискивая. Им бы забраться под крылья мамы, согреться. И кушать так хочется!

Из широкой доски, закреплённой на берегу острова  и опущенной другим концом в воду, соорудили сходни, по которым утята тут же взобрались на островок.

Я вспомнила, как моя мама выращивала цыплят. Сваренное вкрутую и мелко измельчённое яйцо пришлось утятам по вкусу. Сытые и сухие они мирно уснули, зарывшись в утиные перья.

На наших подопечных приходили полюбоваться соседи. Утка скользила с утятами по глади пруда, отводя их в сторону от людей. Но не улетала. Умиляло и вызывало тёплые чувства, как послушно и красиво птенцы следовали за ней.

            Сосед — охотник сказал, что это дикие утки — кряквы. Недоверчивые и пугливые, они обычно устраивают гнёзда в укромных местах, и  большая редкость, что эти птицы поселились прямо у дома. «Видимо, энергетика здесь очень хорошая,»- заметил он.  

Утята подрастали. Я попыталась подкармливать их, бросая разные зёрна в воду. Но корм быстро тонул, и они не успевали его поймать. Мне посоветовали купить для них сухой корм для рыб, который не тонет.  Нашла я его только после долгих поисков на «птичке».  «Ути-ути-ути,» — звала я, и они дружно плыли на зов, налетая стайкой, склёвывали понравившийся корм с воды. Утка вела себя как заботливая мать. Чуть отплыв в сторону, она внимательно наблюдала, подталкивала к еде зазевавшихся и ела только после всех.

Плавать в пруду мне приходилось вместе с утиным семейством. Утята совсем не боялись, с любопытством поглядывая, подплывали совсем близко и даже пытались ухватить клювами пальцы протянутой в воде руки. А вот мои домашние плавать вместе с утками отказались.

Утята хорошо росли и уже начали оперяться. Беда пришла негаданно, нежданно… Однажды утром я увидела, что на поверхности пруда лежит мёртвый утёнок, а ещё два тоже были на грани гибели: крылья раскинуты, перья взъерошены , глаза закрыты, головки опущены…Их стало жаль до слёз! С одним из больных утят я помчалась в ветлечебницу. Ответ ветеринаров был нерадостен: «Мы не лечим диких уток». В зоопарке мне тоже отказали…

«Может, хватит заниматься ерундой!»- говорили мне вокруг. «Отвези и выпусти их в дикую природу. Они ведь не домашние!»

Что ж, так они все и пропадут?…  Нашла в интернете описание болезней уток. Сравнила с симптомами заболевших. Ведь не зря же в детстве я мечтала быть врачом, и однажды мне пришлось даже самой  зашивать раны у собаки!

Предположительно, заболели они кокцидиозом, заразиться которым могли в скошенной преющей траве, которую я сама, по незнанию, настелила для них на островке! Рекомендованное лечение — сульфадимезин.

Раньше его активно использовали для лечения кишечных заболеваний у людей, а сейчас… В справочной аптек это лекарство не значилось.  Пришлось сделать множество звонков, прежде чем оно нашлось лишь в одной из московских аптек. Несмотря на занятость и недовольство близких, поехала за ним на другой конец Москвы… В общем, по мнению семьи, я нашла проблему на свою голову! Как говорится:»Не было у бабы заботы…»

Взвесив одного из утят, рассчитала необходимую дозу лекарства и корма, смешала измельчённые таблетки с приваренной пшеницей и кормила всё их семейство в течение трёх дней.. Благо, они уже подходили на зов и поедали рассыпанную на земле еду. Это был риск, но другого выхода я не видела!

Какова же была радость, когда стало понятно, что «мои пациенты»  пошли на поправку и «УРА!», все десять остались живы. Теперь они совсем осмелели, путаясь под ногами, приходили к порогу и, громко крякая, просили еду.

Осенью селезень стал прилетать чаще. Утята учились летать. Сначала с воды на островок, затем над двором. Подбадривая звуками «шаак-шаак», селезень ставил их на крыло. Было интересно наблюдать, как две молодые утки кружат над двором, затем следующие две… И так, все по очереди. «Вить-вить-вить-вить»-шумели их крылья. Потом они стали улетать к природному пруду неподалёку, к Москве реке…

Надвигались холода. И однажды поутру мы обнаружили, что пруд наш опустел…Было немного грустно и вместе с тем радостно: всё-таки выжили, окрепли и смогли улететь в тёплые края.

Конечно, дикие утки на домашнем пруду, построенном  для плавания в нём летом и ежедневного моржевания в проруби зимой, хлопотно и совсем неудобно. Плавать вместе с ними далеко  небезопасно. Пруд сильно страдал от грязи, развивающихся водорослей, тины и нечистот от утиной жизнедеятельности. И вообще, по мнению моей семьи, другой бы выкинул их всех со двора, отнёс бы на ближайший природный водоём, и пусть себе выживают! Столько неудобств и хлопот с ними!  Поэтому было решено не позволять им гнездиться у нас весною снова.

Вновь наступила весна. Утки прилетали многократно, кружили над двором. Но вода из пруда была умышленно спущена, и они улетали. Мы думали, что все «утиные» мытарства  закончились, и  лето пройдёт  спокойно. Но, не тут-то было!

Как-то обе наши собаки беспокойно засуетились у калитки. Маленькая  Ася пыталась что-то рассмотреть и совала свой нос под калитку. Овчарка Майк вставал на задние лапы и пытался её открыть. Отогнав собак и  открыв калитку, обомлела не только я, но даже  собаки застыли в изумлении: там была наша утка! Не обращая ни на кого внимания с громким «кря-кря» она деловито провела свой выводок — одиннадцать еще не оперившихся маленьких утят во двор, к уже наполненному водой пруду. Удивлению не было предела! Она вывела их где-то неподалёку и привела «ДОМОЙ!» Смешались два чувства: радости и досады. Но радость перевесила, пересилила все другие эмоции.

Утята оживлённо посвистывали, сновали между растениями в саду, плавали и резвились в пруду. Пытавшихся подойти поближе наших кошек и собак мама-утка мужественно отгоняла с криками «ка-ка-ка-ка», шипя и хлопая крыльями. И всё, кроме болезни, случившейся прошлым летом, повторилось снова… Было просто невозможно не оправдать доверия и прогнать их со двора! Ведь утки настолько доверяли человеку! Они нашли не просто удобное место. Они приняли меня за «свою», нашли здесь свой «ДОМ»!

Каждую весну, с началом прилёта птичьих стай с зимовья, я смотрю в небо теперь уже с надеждой увидеть среди них своих пернатых друзей…Утки-родители, или взрослые утята, их теперь не отличить, прилетают вновь. Они кружат парами над двором…  

ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ!!!

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике проза. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s