Андрей Расторгуев. Время надежды


(автобиография для антологии «Наше время»)

Один из моих жизненных учителей, ныне одиноко лежащий под тяжёлым государственным памятником, как-то сказал: «Ты ведь так хорошо начинал! Чего тебя унесло в философию?»
Если учесть, что философский факультет Уральского университета в пору моей учёбы на журфаке считался средоточием интеллекта, этот вопрос при желании можно принять за похвалу. Однако недоумение было искренним: зачем, ради чего прерывать так хорошо начавшееся движение по властным коридорам и лестницам? А под философией, кроме общей склонности к любомудрию, явно имелась в виду литература…

«Начинал» – это на Севере, с августа 1986 года, на очередном историческом переломе. Самое же начало жизни тоже пришлось на смену эпох: родился в Магнитогорске 14 ноября 1964 года – ровно месяц спустя после отставки Хрущёва. Так что все мои детство и отрочество лицом государства для меня оставался Леонид Ильич Брежнев. И читателем его «Малой земли», «Возрождения» и «Целины» я был вполне прилежным. Даже вслух читали на уроках истории – в том числе потому и дыры в её познании, которые потом латал настолько усердно, что даже стал кандидатом исторических наук. 

Впрочем, диссертация об отношениях власти и СМИ в Свердловской области, анализировать которые мне помогал личный взгляд с обеих сторон, касалась всё-таки истории новейшей – 1985-1991 годов. Благодаря исследованию наконец-то понял и глубину катастрофы, произошедшей в горбачёвскую перестройку. Но вот она – разница между личным опытом и наукой: сам помню этот период как пору не только тяжёлых открытий, но и светлых ожиданий. Радость от профессионального умения, знакомства с новыми пространствами и людьми, женитьба, рождение детей и надежды на разумное обновление как-то уравновешивали оторопь от разрушения прежних устоев. И в стихах того времени – то же самое сочетание.

Именно на том переломе, как сейчас понимаю, и открылось окно возможностей, через которое в 1992 году из стремительно желтеющей журналистики я перешёл в ещё не почерневший тогда государственный пиар. В романтический период становления связей с общественностью казалось: главное – понять, что происходит, и внятно объяснить людям, договориться с ними, а уж они поймут и будут действовать по-людски. И многое действительно удавалось. 
Но тогда опять же казалось: способность самостоятельно мыслить и убедительно излагать будет востребована всегда. Хотелось двигаться, развиваться, получать новый опыт. И, решив, что дослужить государству ещё успею, ушёл пиарить другие сферы. И опять вроде получалось, пока на рубеже миллениума вдруг не ощутил, что Север уже не тот, и что народ с него – особенно молодой, не чувствуя перспективы, потихонечку поехал. Тогда и я засобирался…

Урал – родина как минимум для пяти-шести поколений разных ветвей моего родового древа. Отцовская линия Расторгуевых вышла из казачьего поселка Сухтелинский (ныне Верхнеуральский район Челябинской области). Линия мамы через ее отца, Виктора Степановича Климова, который приехал на Магнитку в 1930 году после окончания горного техникума, идет из другого железного уральского города – Нижнего Тагила, где я, правда, впервые побывал только в апреле 2005 года. А ветка Богдановичей, привитая через мамину маму Надежду Владимировну, что родилась и окончила гимназию в Екатеринбурге, уходит корнями в Минскую губернию, по пути срастаясь с родословием вятичей Лопатиных и киевских немцев Кеберов, потомки которых ныне стали украинцами Иваненко.

Так что и владевшему кыштымскими заводами купцу Льву Расторгуеву, чья усадьба на Вознесенской горке и поныне остается одним из красивейших архитектурных ансамблей Екатеринбурга, и известному певцу Николаю Расторгуеву я отнюдь не сродни. Крестьяне, казаки, управляющие, геологи, два поколения врачей… – в общем, есть, где найти генетическое объяснение интеллигентской предрасположенности к рефлексии. Хотя и тягу к земле есть на что опереть.

И всё же Гераклитову правоту насчёт невозможности дважды войти в одну и ту же реку перемена вполне подтвердила – прирастать к Уралу пришлось практически заново. И что мест, где мышление и профессионализм являются достаточными условиями для благоденствия, со временем становится всё меньше – во всяком случае, в нынешние годы, убедился на собственной шкуре тоже…

Так что, зарабатывая на жизнь отнюдь не литературой, но тоже вполне интересными для меня делами, в «философию» я не уходил. Просто все эти годы она шла со мной – с тех самых пор, как в 1979 году по совету Риммы Дышаленковой пришёл в городское литературное объединение при газете «Магнитогорский рабочий», которым руководила Нина Кондратковская. В лито при молодёжной газете «На смену!» начал было ходить и в Свердловске, но то ли учёба потом затянула, то ли вдохновение ушло на перерыв… Стихотворные опыты в виде песенных текстов для ансамбля политической песни «Смена» появлялись и в те годы, но снова вернулся к поэзии всерьёз уже в «Сыктывкарской мастерской» у Надежды Мирошниченко.

Едва ли не главным из собственных дел считаю литературу и теперь, когда время, судя по всему, требует всё большей концентрации жизненных сил. Хотя ни материально, ни социально нынче это занятие особого смысла не имеет. 

Оставаясь в рамках непродажного вдохновения и твоего личного мира, облечённая словом и образом мысль приносит тебе величайшее счастье творчества. Общение с талантливыми коллегами и их текстами вместе с радостью сопереживания и подчас, чего греха таить, ревностью – ощущение профессиональной состоятельности и в этой сфере жизни.

А вот рукопись продать некому. Все возможные покупатели – издательства, живущие коммерческим оборотом – сидят в Москве. Впрочем, поэзия их всё равно практически не интересует, и если кто из поэтов-регионалов и издаётся в столице, то редко не за собственный или спонсорский счёт.

Несколько разной толщины и периодичности журналов, библиотеки, затухающие шевеления писательских организаций да крошки с государственного или спонсорского стола – вот, пожалуй, и всё, что помимо собственного внутреннего огня и опять же профессионализма признанных поэтов и прозаиков, большинство из которых начинали в ещё советских литобъединениях, поддерживает сегодня литературную жизнь в российских регионах. По сути, эта жизнь отброшена ровно на столетие, а то и больше назад, когда литературой в старом Екатеринбурге интересовалась разве что пара-тройка интеллигентских кружков, а собственных писателей, кроме Мамина-Сибиряка, не было и в помине. Во всяком случае, в пересчёте на душу населения.

Подрастает и пишущая молодёжь, которая – хвала учителям – по-прежнему соприкасается с литературой в школе и затем в большинстве своём идёт на пока что недобитые университетские филфаки. Однако сможет ли она подать собственный голос и, переняв традицию, воспроизвести литературную среду? Тем более что полную свободу от читателя, ныне и впрямь редкостного, иные уже возводят в эстетический принцип…

Ситуация, что и говорить, весьма располагает к иронии в собственный адрес. В здравом уме и твёрдой памяти сознавать себя городским сумасшедшим или непризнанным гением можно только искренне потешаясь над собой.

Однако, вспоминая вопрос наставника и наблюдая за происходящим, снова убеждаюсь: похоже, именно такой выбор позволил сохранить то, что должно прилагаться к умению мыслить и убеждать – сочувствие с людьми и, возможно, чистую совесть. Во всяком случае, для настоящей литературы они необходимы. Ощущение правоты поддерживают и нечастые встречи с читателями, подтверждая: живой и спокойный голос собеседника, ощущение гармонии по-прежнему нужны любому человеку.

Когда уходят иллюзии, остаётся надежда. И вместе с ней продолжается наше время.

18 января 2014 г.

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике поэзия. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s