Валентина Самкова. Исседоны и иткульцы: первые свидетели путешествия Аргонавтов


В основу нашей работы легли антропологический и этнографический опыт, картографический материал, касающийся Каспийского и Арабского морей прошлых лет и веков, а также сюда вошли работы и дневниковые записи русских путешественников, исследовавших эти места, начиная с  Крашенинникова, путешествовавшего по Сибири в 1733—36 годах; Георги, изучавшего Алтай в 1768—74 годах; Ф. Берга, совершившего экспедиции в Среднюю Азию в 1823 и 1825 годах; Эйхвальда, Эверсмана и  конечно, Александра Гумбольта, 1829 г. и многих других.

Изучая историю и географию путешествия по России Александра Гумбольта мы понимаем, что на огромном пространстве, особенно азиатской части нашей страны, он собрал массу новых сведений, идей и наблюдений. Он и его спутники по возвращении на Родину долго и скрупулёзно трудились над их обработкой, благодаря чему мы можем делать не только выводы, но и выдвигать новые гипотезы. На наш взгляд, обозрение Прикаспия, плавание по Каспийскому морю возбудили в Гумбольдте столь живой интерес, что он решил снова проштудировать всю имевшуюся литературу греческих, римских и арабских авторов, идеи которых касались в той или иной степени вопросов географии, истории, культуры районов Западной Азии. Он подверг тщательному анализу всю историю античного мира. Перечитывая классические труды мыслителей древности, Гумбольдт пришел к выводу, что народы, населявшие территорию современного Казахстана, на определенных этапах своего развития играли заметную роль в торговых и культурных сношениях не только с соседними странами, но и с довольно отдаленными азиатскими, европейскими и даже африканскими государствами. «Цивилизация не принадлежит исключительно одному какому-нибудь, так называемому, первобытному народу. Цивилизация не может быть делом одного какого-нибудь народа, но она суть взаимных отношений, она плод, результат, если не всеобщих, то весьма значительных международных сношений», пишет по возращении из России Александр Гумбольдт

Александр Гумбольдт, сравнивая книжное описание с живой действительностью мест, только что посещенных им, отмечает, что древнегреческий историк и путешественник Геродот, по праву носящий почетное имя «отца истории», в своем классическом труде «История», посвященном греко-персидским войнам (около 500—441 гг. до н. э.), впервые указал, что Каспийское море составляет со всех сторон закрытый бассейн, и что у его восточных берегов, так же как и у западных, живут различные племена. Гумбольдт, описывает путь с запада на восток через Урал, указывает на наличие за Уралом еще одной горной цепи, более высокой, и подтверждает, что у подошвы Урала живут некие аргиппеи. Гумбольдт, так же как и ряд других этнографов его времени — Герен, Нибур, Эйхвальд, — определил, что аргиппеи — монгольское племя, предки калмыков, соседи скифов. «Что далее аргиппеев, — спрашивал Геродот, — и  никто не может ответить ему ничего достоверного; стоят там высокие неприступные горы, которых никто не перехаживал… Впрочем, известно, что к востоку от аргиппеев живут исседоны». Гумбольдт считал, что «высокие, неприступные горы» Геродота — это Алтайские горы, а не Уральские горы, а племена, обитавшие в юго-западной части Алтая или «в нынешней средней Киргизской степи, между Каркаралы и Семипалатинском», относятся к исседонам.

Г. М. Бонгард-Левин и Э. А. Грантовский в своей работе [1] пишут, что страну причерноморских скифов и их близких соседей греки знали достаточно хорошо; сведения же о более отдаленных народах, вплоть до аргиппеев и исседонов, были не столь определенны, и уже совсем фантастический характер носили описания стран за аргиппеями и исседонами. Там якобы обитали «люди с козлиными ногами» и «одноглазые» аримаспы, постоянно борющиеся со «стерегущими золото грифами». Мы помним, что этот популярный сюжет вдохновил Эсхила в его трагедии «Прикованный Прометей» на следующие строки: «Остроклювых бойся грифов, зевсовых собак безмолвных! Одноглазой конной рати аримаспов, живущих у золототекучего Плутонового потока». Реки, текущие в золотых руслах, золото, которое стерегут грифы, связывались в таких рассказах с высочайшими горами; многие античные авторы назвали их Рипами, Рипейскими (или Рифейскими) горами. В этих горах, в пещере, находилось жилище сурового Северного ветра Борея. А еще дальше, за горами, помещали море, или океан, и «славившийся баснословными чудесами» народ, который греки называли гипербореями, иткульцами, да исседонами.

Важным свидетельством о живом соприкосновении народов Северной Индии, Персии, Греции с другими соседними народами, являются многочисленные упоминания о проникновении на территорию Срединной Азии не только торговых караванов, монахов и отшельников, порой, с меркантильными, религиозно-философскими и астрологическими фантазиями, о чем говорят Бонгард-Левин и Грантовский [1].

О том, что в Средней Азии обитали могучие народы, можно судить хотя бы по тому, что персидский царь Кир погиб в борьбе с массагетами, саками и дербиками, а войска Александра Македонского понесли небывалые за весь Восточный поход потери во время грандиозного сражения на реках Танаис (Яксарт, Сырдарья) и Политимен (Зеравшан), где войскам Бактрии и Согдианы помогали мамакены и саки — кочевые воинственные племена, обитавшие на территории современного Казахстана и других близлежащих районов Средней Азии. Также в древних источниках имеются сведения о том, что сакские женщины наравне с мужчинами принимали участие в сражениях, «притворно обращаясь в бегство, стреляли с коней, оборотясь назад», как делали это амазонки.

Установив ареалы расселения аргиппеев и исседонов, Гумбольдт подверг исследованию еще один важный вопрос: «Кем и где добывалось золото, которое в большом количестве поступало в греческие приморские владения?» и отвечает, здесь на Урале или Гипербореях. Также известно из работ древних авторов, и прежде всего из трудов Геродота, греческие причерноморские княжества обладали большим количеством золота, да и раскопки греческих курганов, проводившиеся в последующие века, обнаружили немало золотых браслетов и других украшений, а также золотых сосудов, монет и т. п. В то же время установлено, что в местах обитания причерноморских греков добыча золота отсутствовала. Профессор Г. Е. Щуровский, путешествовавший по Алтаю и Казахстану, в своих исследованиях по этому вопросу пишет: «Итак в юго-западной части Алтая, как можно полагать, во времена Геродота обитали исседоны, а в северной части аримаспы и гриппы. Которые же из этих народов добывали золото и перепродавали его скифам? Из описания Геродота видно, что золото находилось в руках аримаспов и гриппов. Гумбольдт назначает им место в соседстве нынешних Салаирских гор, заключающих в себе золотые россыпи. В Салаирские горы Гумбольдт, видимо, включал и Алтайские [3]. По мнению Гумбольдта, эти самые россыпи вместе с Южно-Уральскими были главным источником золота для скифов и для греческих причерноморских колоний, для понтийских эллинов. Греки, по его предположению, получали золото от исседонов, которые одни только могли находиться в прямых сношениях с аримаспами». Так где проживали и куда ушли исседоны? Мы однозначно сказать затрудняемся, но при этом, мы знаем, что их имя осталось в названии озера Иткуль и реки Исеть, которая берет свое начало в Исетском озере, и бежит она сотни километров на восток, где впадает в Тобол.

Исходя из всего выше сказанного, мы выдвигаем гипотезу: герои-Аргонавты, похитив Руно, уходя от преследований, возвращаясь в Грецию, плывут по северным рекам, могли они побывать в стране гиперборейской, где могли вступать в торговые отношения с исседонами и иткульцами. Находим мы подтверждение этой гипотезы и в поэме «Аргонавтика», написанной в первой половине III века до н. э., ставшей единственной сохранившейся эпической поэмой эллинистической эпохи. Аполлоний Родосский говорит, что возвращаются они домой долгим кружным путём — вверх по Истру, через Африку и страну феаков, могли они в этом долгом вынужденном путешествии побывать в землях Гиперрборейских.

Чуть позже, древнеримский учёный Плиний Старший в своей «Естественной истории» напишет о гипербореях следующее: за этими (Рифейскими) горами, по ту сторону Аквилона, счастливый народ, который называется гиперборейцами, достигает весьма преклонных лет и прославлен чудесными легендами. Верят, что там находятся петли мира и крайние пределы обращения светил. Солнце светит там в течение полугода, и это только один день, когда солнце не скрывается (как о том думали бы несведущие) от весеннего равноденствия до осеннего, светила там восходят только однажды в год при летнем солнцестоянии, а заходят только при зимнем. Страна эта находится вся на солнце, с благодатным климатом и лишена всякого вредного ветра. Домами для этих жителей являются рощи, леса; культ Богов справляется как отдельными людьми так  и всем обществом; там неизвестны раздоры и всякие болезни. Смерть приходит там только от пресыщения жизнью <…>  Сегодня уже не стоит сомневаться в существовании этого народа, и здесь мы представляем авторскую версию мифов и легенд исседонов и иткульцев [2].

 

Мифы и легенды земли исседонов и иткульцев

Земли  исседонов и иткульцев не ведали границ, пролегая далеко на север, где горы уходили высоко в небо. Долы и долины были бескрайними, на них паслись стада быстроногих скакунов. Леса земли исседонов были полны дичи, говаривали старики, что встречались в них серебристые барсы и единороги. Жили в богатстве и достатке, учили навыкам охоты не только мальчиков, но и девочек. Правителями иткульцев была Богиня Луны, мать богатыря Таганая и девы-птицы Хумай. Правителями исседонов были три брата-богатыря: Шарташ, Урал и Шульген. Глубоко в недрах хранил Богатырь-Таганай богатства родной земли. Владел Таганай кузнечным ремеслом в совершенстве, мог выковать булатный клинок, который был острее молнии и прочнее гранита. Научил Богатырь Таганай свой народ кузнечному ремеслу, научил как управляться у плавильного горна, клинки ковать, а главное клинком владеть. Следил Богатырь за тем как создают лучшее оружие… Был Таганай сильным богатырем, почтительным сыном и братом. Когда мать-Луна стала терять свои жизненные силы, выковал Таганай ей в своей кузнице трон, посадил ее на него и вознес на небо. Так и стали его называть, «тот, кто ковал трон».

Богатыри  Шарташ и Таганай. Дерево Жизни

В долине Земли исседонов посадил Богатырь Шарташ Дерево Жизни — символ всего живого на Земле. Следил Шарташ за сохранением баланса сил Добра и Зла. Энергия и сила Дерева была способна спасти миры и народы от зла, живительные соки Дерева Жизни наделяли людей мудростью. В корнях дерева Жизни были расположены неиссякаемые источники с живой и мертвой водой. Это Дерево Жизни было как Основа Миров. Питает Мировое древо  живительный мед, который варила сама Царица Лугов – Таволга, текла по стволу живительная влага, в ней была сила самой Матери Земли. Священным живительным медом пропитан был весь ствол дерева, кто отведает этой живительной влаги, тому открывались истинные знание и мудрость.

Это Дерево Жизни было как Основа Миров и как Алтарь Вселенной, в который призвал Богатырь Шарташ  служить Таганая.  И велел Шарташ Таганаю беречь Дерево Жизни, ибо пока будет живым это дерево, будет мир и справедливость царить между людьми, будет доступно им беспредельное счастье. Дерево Мира корнями уходило глубоко под землю, где находилось пространство преисподни, состоящее из восьми адов, каждый из которых мучительнее предыдущих. В самом нижнем уровне преисподни были заключены демоны, выпускать которых, было запрещено под страхом смерти. Середина ствола дерева включала в себя модель срединного мира, мира природы и человека, в центре которого и был Алтарь Вселенной. Кроной Дерево прорастало в небеса, самая верхняя часть достигала неба возрастающего сияния, где было место для обитания освобожденных душ от земной привязанности. А выше и дальше был только ветер.

Стал служить в Алтаре Вселенной Богатырь Таганай. Выходил Таганай из Алтаря к подножию Небесного трона только раз в месяц в полнолуние, чтобы увидеть радостное лицо своей матери – Богини Луны! Вот какой был почтительный сын! Своей семьи не завел, не нашел себе пару Таганай, никто ему так и не приглянулся! Умер богатырь Таганай у Небесного Трона, держа его своими сильными руками, а люди назвали это место его именем.

Сам Шарташ оставил памятку людям: вырезал из дерева исполинского идола, на его теле нанес все тайные знаки символы, зашифровал в них послание будущим поколениям, как жить им на земле исседонов. Приставил к исполину посвященных людей-мудрецов, да потерялась эта священная мудрость в веках. И исполин исчез, люди думали, сгорел в пламени войн! Ан нет, нашелся! Шигирским его называют!

Мудрая дева-птица Хумай обладала магическим искусством перевоплощения. Превращалась она в птицу-лебедь, летала над просторами земли своих соплеменников. Пролетая над землею, горами и озерами, следила за порядком жизни. Встретил Деву-птицу — Хумай  Богатырь-Урал в пору юности, полюбили они друг друга с первого взгляда и эта встреча оказалась для них судьбоносной. Случилось это тогда, когда еще Богатырь-Урал и его младший брат Шульген искали по свету Источник Вечной Жизни. Тогда, когда лелеяли братья мысль – вместе Смерть победить. Как найти этот источник и победить Смерть они не знали, где источник Жизни, они не ведали. Отправились они искать Источник Вечной Жизни по свету да разошлись пути дороги двух братьев. Шульген избрал путь неправедный: с детства был хитер и коварен, гордыня не давала ему покоя. Стремился Шульген во всем к превосходству, лукавство и коварство использовал он в достижении своих целей. Где появлялся Шульген со своими слугами, там к людям приходили беда и смерть, разрушение нес коварный Шульген. Разошлись дороги-пути двух братьев, врагами стали Богатыри, до конца жизни Урал-Богатырь вел борьбу с коварным Шульгеном, теряя силы и время. Смерть Урал-Богатырь не одолел, отказался он от этой пустой затеи, разубедил его старший брат Шарташ. Первым из Братьев понял Богатырь Шарташ закон жизни: всему свой черед, а главное, во всем должен быть закон и порядок. Закрепилась слава мудреца за Богатырем. А бессмертие обретают в детях, эту простую истину осознал стареющий Богатырь Урал.

Дети Богатыря-Урала  Славные дети были у Богатыря-Урала: семь сыновей-богатырей, да  красавицы дочери. Подросли сыновья, вместе с отцом боролись со Злом, утверждая мир, добро и порядок на земле. Матерью двух девочек  была сама Хумай, любимая жена Урала-Богатыря. Рождению дочерей безмерно рад был Урал-Богатырь. Глядел на них как на великое чудо, чувствовал тепло любви в своей груди. Дочери радовали отца с матерью, росли красавицами, богатыршами. Не устоял от искушения стареющий Урал, подарил им не пяльца для рукоделия, а булатные воинские клинки, которые сам Таганай ковал в своей кузнице. В минуты счастливого отцовства был добр и щедр Богатырь. Брата Шулгена после поимки и победы не казнил за злодеяния, отпустил на свободу, дал ему последний шанс.

Только коварству Шульгена не было границ, отравил он брата Богатыря Урала черными водами источника Смерти. Умер Богатырь-Урал на руках любимой жены Хумай, окруженный детьми и слугами. Дева-Хумай похоронила Богатыря Урала на высокой гряде. Ту могилу вода не зальет, огонь не сожжет. На высокой горе, что поднял в пору еще своей юности Урал-богатырь из моря, та могила. Та гора стала именоваться по имени богатыря — Урал-гора. А вскоре и всю страну стали называть его именем — Урал. После смерти любимого мужа, стала Дева-Хумай забывать сбрасывать свой лебединый наряд, и превратилась Дева-Хумай в белую лебедь. Улетела прочь Хумай, скрылась от глаз людских.  А сыновья Богатыря Урала превратились в могучие реки: Идель, Яик, Миасс, Ирюм, Нугуш и Хакмар.

Уренга и Иткуль, так нарекли своих дочерей Урал с Хумай, остались на земле одни.  Решили дочери-богатырши продолжать дело своего отца, боролись со злом, утверждая на земле справедливость и порядок. Высоко в горах Ямантау в жестокой схватке столкнулась Уренга  с Шульгеном. Бились они, восседая оба на богатырских конях в воинских доспехах, не признал Шульген в смелом воине девушки. Уренга была в отцовских доспехах, серебром отливали кольца кольчуги, золотом играл ее шлем. Бились не на жизнь а на смерть, бились долго, спешились с коней воины, выхватили свои клинки, искры  разлетелись по ущелью. Острый клинок, подаренный отцом, наносил смертельные раны Шульгену. Упал Шульген в ущелье Крык-тау и сгинул на веки в нем. Стало с тех пор ущелье называться Черным. До сих пор в страшную непогоду слышится со дна ущелья стон великий. Обходят люди это ущелье стороной.

А Уренга, смертельно раненная, направила своего верного коня домой, где встретила ее младшая сестра Иткуль. На утренней заре, когда гаснет звезда на небосклоне, умерла от ран Уренга на руках у сестры. Омыла ее тело Иткуль, одела в белые одежды и похоронила на границе земли иткульской. Решила Иткуль вместе с Уренгой погрести клинки, в знак вечного отказа от войн и распрей на земле. Большой скалой закрыла она место погребения сестры и булатных клинков, тех, что сам Таганай — Богатырь выковал в своей кузнице. Села у подножия скалы Иткуль в скорби и печали, и плакала она о своем великом горе. Осталась она без отца и матери, без братьев и любимой сестры, одна одинешенька на этой земле. В час великой скорби солнце померкло для Иткуль. Много времени прошло с тех пор, мудрые люди сказывают, что озеро слез наплакала Иткуль, а сама окаменела от горя, вросла в землю каменной девой.

…С той поры ранней весной на берег озера Иткуль стали прилетать белые лебеди. В камышах гнезда вьют, птенцов выводят. В лунную ночь не отвести глаз от озера, по его зеркальной поверхности скользят белоснежные птицы. Человек, оказавшийся на берегу, превращается вслух, тихая песня плывет над озером. Только доброму сердцу слышна колыбельная песня, ее поет женщина — мать, мудрая Дева-птица… Хумай.

Таволга

Отличались исседоны не только особой красотой и статью, владели тайной силой и сакральными знаниями. Среди соплеменников особой красотой выделялась девушка по имени Таволга.  Красота ее была сродни красоте богини Киприды, той, что родилась на острове теплого южного моря, тело Таволги было белое, стройное, волосы были пышными, в тугие косы, заплетённые, отливали золотом. Глаза Таволги были голубыми, но когда она сердилась, глаза темнели, становясь серыми и бездонными. Многие юноши, славные наездники, ловкие и бесстрашные охотники засматривались на девушку. Родители Таволги жили в богатстве и достатке, поэтому не торопили дочь с выбором, знали, что придет и ее черед.

Ранним утром, когда алая заря покрыла восток, появился в этих краях Богатырь Урал, спешился Богатырь у источника, где Таволга воду брала. Увидел он красавицу и лишился покоя, сердце в груди не находило места. Страсть сковала его члены, дара речи лишился Богатырь. Молча стоял, как каменный исполин Богатырь, засмеялась Таволга звонким смехом девичьим, плеснув родниковой воды на богатыря. В это время в кустарнике, растущем около родника, запела флейта, удивительная нежная песня любви заполняла пространство вокруг. Это пела иволга. После этой встречи родила Таволга дочку, которую назвала Исеть, красотой вся в мать пошла дочка, а характером в отца. Родителями в приданное красавице дочери даны были сундуки золота да каменьев драгоценных.  Когда подросла Исеть, полюбила она юношу по имени Тобол и убежала из родительского дома за своим возлюбленным, снося на своем пути все преграды.   Разбила родительское сердце красавица Исеть.

Умер богатырь Урал. Когда узнала Таволга о смерти своего возлюбленного, свет стал ей не мил, умерла она от горя и печали. На месте погребения Богатыря Урала выросли горы, а на могиле Таволги заросли кустарников, которые в июне месяце покрываются шапками ароматных белых соцветий. До сих пор некоторые виды таволги (спирея городчатая) произрастают на безводных каменистых склонах, солнечных скальных обнажениях. Сквозь этот кустарник не пройдет ни враг, ни животное. Это растение обладает высокой ценностью: аромат таволги возбуждает работу мысли, отваром веток и листьев спиреи городчатой лечат телесные и душевные раны. Стали люди находить золотой песок по следам беглянки, который рассыпала она в быстром беге. С тех пор говорят, что Время – река, которое не остановить и не купить, даже заплатив золотом.

Список источников:

  1. Бонгард-Левин Г. М., Грантовский Э. А. От Скифии до Индии. М.: Мысль, 1983
  2. Самкова В.А. Мифологемы: проблемы поиска подлинной идентичности в уральском эпосе// XII Конгресса антропологов и этнологов России. Ижевск, 3 – 6 июля 2017 г./ сб. материалов. Отв. Ред. А.Е. Загребин, М.Ю. Мартынова. Москва; Ижевск: ИЭА РАН, УИИЯЛ УрО РАН, 2017.- 512с. (387- 390с.)
  3. Цыбульский В.В. Научные экспедиции по Казахстану (А. Гумбольдт, П. Чихачев, Г. Щуровский. — Алма-Ата: Казахстан, 1988. — 184 с.

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике научно-популярное с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s