Надежда Тубальцева, Виталий Старченко. Incognitus Gogol (часть 15)

Ф. Моллер Портрет Н.В. Гоголя..jpg

Ф. Моллер. Портрет Н.В. Гоголя.

Холод

Холод как реальный враг появился у Гоголя в Петербурге. Конечно, юноша приехал в северную столицу не из Северной Африки, где зимуют лебеди. В Украине бывает мороз и сильнее, чем на балтийских берегах. Но это мороз сухой и здоровый. Придет и стоит… Ожидает, пока люди привыкнут к нему. А привыкнуть можно, когда у тебя есть теплая обувь и одежда. Валенки, кожух и мерлушковая шапка – и уже тебе мороз в радость: бодрит и веселит. Так одевался в Петербурге Тарас Шевченко (даже на одном из автопортретов изобразил себя – в кожухе и каракулевой шапке).

Гоголь не мог позволить себе так одеваться. Взяв службу, должен был одеваться подобно другим чиновникам – носить сапоги, шинель. Оставив службу – одеваться «по-модному», как интеллигент от искусства. Петербургские денди в своих элегантных, но не всегда утепленных соболями зимних нарядах, передвигались городом в экипажах и проводили много время в салонах. А молодой писатель Гоголь не мог позволить себе «прожигать жизнь». Его петербургский период (1831-1836 гг.) был очень плодотворным – понятно, что Гоголь много работал: и летом и зимой и в межсезонья.

Воспоминания о тех первых «чиновничьих» зимах – бедность, унижения экономностью и попытки как-то пережить холода, он увековечил, когда страх немного отступил. Так родилась повесть «Шинель».

О страхе перед холодом писали разные люди в разные времена: первооткрыватели полюсов, «морозостойкие» искатели правды жизни, любители экстрима. «Холода боятся все. Не верьте тем, кто доказывает противоположное!» – писал исследователь Антарктиды Скотт. Короленко оставил поэтические и ужасающие пейзажи зимней Якутии. Итальянский альпинист Меснер пошел за «хрустальный горизонт» Эвереста и остался за ним навсегда, – уверенный, что там он ближе к Богу…

О зимнем холоде в жизни «маленького человека» – петербургского чиновника Акакия Акакиевича Башмачкина рассказал Николай Васильевич Гоголь.

«Есть в Петербурге сильный враг всех, кто получает в год 400 рублей жалования или близко этого. Враг этот – северный мороз».

«Спасение в том, чтобы в убогой шинельке перебежать как можно быстрее пять-шесть улиц и натупаться сильно в швейцарской, пока не оттают все способности и одаренность к выполнению должностных обязанностей».

Мороз ассоциируется с необходимостью служить. Надо насладиться этим унижением – служить – для того, чтобы не мерзнуть. Денег у рядового гражданина – «бюджетника» середины 19 века на все не хватает – как у большинства сограждан сейчас. Преследуют мысли о жесткой экономии:

«Надо уменьшить все расходы хотя бы на протяжении года: не пить чай вечером, не зажигать свечу; на улице ходить более легко и осторожнее по камням, почти на цыпочках, чтобы не вытереть преждевременно подметок; не отдавать прачке мыть белье часто, чтобы не занашивалось».

Шинель для Башмачкина как легковой автомобиль для нашего современника. «В шинели две выгоды: одна – тепло, другая – красиво».

Героя повести ограбили – забрали новую шинель. Что называется –  раздели… Наших соотечественников обижают ежедневно: «раздевают» машины (снимают колеса и «чистят» салоны), осуществляют поджоги, провоцируют автокатастрофы… Наши «башмачкины» погибают, становятся инвалидами, попадают в тюрьмы, болеют от нервных потрясений…

«Ветер за петербургским обычаем дул на него со всех четырех сторон, из всех переулков. Ему надуло в горло.., и вернулся он домой не в силах сказать ни одного слова; весь распух и слег в кровать. Благодаря великодушной взаимопомощи петербургского климата, болезнь развивалась быстро…»

«Перед концом жизни промелькнул где-то близко светлый гость в виде шинели, который оживил на мгновение бедную жизнь. И вскоре на эту жизнь навалилось несчастье, как наваливается оно на головы сильных этого мира…».

Сильный мира этого в повести «Шинель» – важное лицо, которое фигурирует в произведении и ассоциируется с незапамятной и всегда злободневной фразой (слышал ее каждый из нас): «Да вы знаете, кто перед вами?!»

(Факт – первую зиму в Петербурге юный Гоголь проходил (как он говорил сам – «отхватил») в летней шинели).

Позже, попав в ситуацию, которую так стоически перенес Акакий Акакиевич, важное лицо – чиновник высокого ранга, подобно многим людям, которые имеют богатырскую внешность, почувствовал дикий страх и не без причины испугался, что с ним может случиться удар… Сильные мира сего, как говорят в России: «Жидкие на расправу»…

…После Петербурга мерз Гоголь везде. Его истязали холод, снег и ветер в дороге, на прогулках и в холодных комнатах, которые он арендовал в разных городах Европы…

Скорее всего – шубы у него не было.

Из письма другу детства Данилевскому: «Тебе холодно будет в Петербурге. Ядовитый климат его ты почувствуешь быстро, ведь ты и в Малороссии мерзнешь и болеешь».

«Гадкий парижский климат: зимы нет, но холодно как в Петербурге…» (письмо Прокоповичу).

«Петербург, снега, негодяи, департамент, кафедра, театр – все это мне приснилось» (Жуковскому).

«Я будто слышу медвежье дыхание Северного океана».

«Стало так холодно, что исчезло желание читать» (письмо из Швейцарии).

Разве что в милой сердцу Италии холод не слишком донимал Гоголя.

«В других местах весна оживляет природу, а в Риме она действует на все: оживает развалина, оживает плис на куртке оборванца, оживает посеребренная стена простого дома, лохмотья нищего, ряса капуцина…» (Жуковскому)

 

 

Реклама

Об авторе Главный редактор Ирина Анастасиади

писатель, главный редактор журнала "9 Муз"
Запись опубликована в рубрике рецензии, статьи. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s