Игорь Наровлянский. Я тебя люблю, а ты кричишь


1

Все окна настежь. Жарища же такая вокруг. Но наш пёстрый герой предпочёл влететь именно в эту форточку.
Анна подставила ладошку под птичку и поглаживая залётного любителя приключений, ласково протянула:                                                                                             – И  кто это у нас сегодня в гостях?                                                                                           – Фра-а-нтик, – не стал скрывать имени незнакомец.                                                        Анна приподняла бровь и распахнула створки окна.
Юношу, названного так великолепно и странно, наверняка пожелают найти. Но птичка проигнорировала неприкрытый намёк.
Визитёр соскочил с подоконника и, шустро передвигаясь зигзагом, заглядывал по углам и щелям, задаваясь неизменным вопросом:                                                             – Где Глеб?                                                                                                                                      Так и не врубившись, отчего это ему не хотят отвечать, гость выпорхнул в спальню и, устроившись там на верхней полочке с книгами, отключился на время.
Казалось, так он  вживается  в новые для себя обстоятельства.
Ближе к вечеру в дом начали стекаться весёлые люди и птичка полетела в народ.
Франтик весело порхал над входящими и, не дожидаясь вопросов, каждому сообщал своё имя.
Оживление в доме стояло такое, что и календарному празднику  могло дать великую фору.
Но, то ли Франтику быстро надоела бестолковость застолья, то ли  предательское угасание внимания к нему угнетало, но он, не прощаясь, выпорхнул в свою спальную комнату с полочками и двуспальной кроватью.                                                  А потом дружно защёлкали выключатели и народ  разошёлся кто по комнатам, кто — к выходу -входу.
Франтик спланировал со своей верхотуры и примостился у Аниного изголовья.
Фёдор, справедливо считавший, что лишь ему дано право моститься у изголовья супруги,  приподнялся  на локте и уставился на птичку с вопросом.                               – Ты Глеб? – взъерошился новоявленный любимец семьи и, не дожидаясь ответа, сердито  распорядился, – спи!
Затем он запрыгнул в мягкость причёски, разбросанной гнездышком по подушке, и ворчливо потребовал:                                                                                                                     – Хочу сказку!                                                                                                                                  – Какую? – озадачилась женщина.                                                                                           – Курочку Рябушку хочу! – выпалил своё страстное пожелание «пришелец».              Анна что-то лепетала бессвязно, Фёдор бессовестно хохотал, Франтик корректно, но без особых эмоций, поглядывал на обоих.
И всё же коротко для себя подытожил:                                                                                   «Не то!»  И, не дослушав, улетел ночевать.                                                                             Анна совершенно напрасно посчитала этот эпизод рядовым.
Когда через несколько дней  она попыталась не услышать очередных пожеланий, Франтик решился на штурм:

— Тебе ясно?! Сказку хочу!!                                                                                                         Недели не прошло, как Анна сумела, особо не напрягаясь, освежить в  своей памяти «Колобка», «Трёх медведей»  и «Гномов».
А  полюбившуюся «Цокотуху» они вообще исполняли дуэтом.
Но стоило хозяйке, рассказывая  что-либо, отвлечься, как Франтик запрыгивал к ней на плечо и вопрошал, озадаченный паузой:

— Что дальше?                                                                                                                                Когда Анна по разным причинам отказывала своему любимцу в общении, он убирался в свою «потолочную высь» и, словно обиженное дитя, печально оттуда вздыхал:
– Скучно, страшно скучно…                                                                                                           Однажды, проголодавшись, он потряс женщину  многосложностью просьбы:

— Мамочка, кушать хочу, поджарь мне картошечку.                                                              Анна, занятая в тот момент генеральной уборкой, отбоярилась от птички в сердцах:
– Далась тебе эта картошечка…                                                                                                  Франтик, серьёзно обидевшись, выдержал театральную паузу и выдал своей потрясённой подруге:                                                                                                                   – Я тебя люблю, а ты кричишь!?..                                                                                            Затем он счастливо подрагивал, пока  женщина, вымаливая прощение, поглаживала его по головке.                                                                                                        Отныне с  птичкой  в доме беседовали только в повествовательных интонациях.     А  вскоре разбитной попугай начал всем «строить страданья» — вздыхать, напевать услышанные им в доме романсы.
Понятливые хозяева раздобыли любезному страдальцу невесту.
«Девушка» появилась в доме в огромной, комфортной клетке, и Франтик решительно покинул счастливо освоенное им «поднебесье».
С уборкой вокруг стало значительно проще.
Да и наш герой, обхаживая красотку  Лолиту, блестел глазками и о расширении жилплощади не помышлял.
Но Лолита – та ещё оказалась цаца.
Ухаживания гения она отвергала. Недобро шипела на нашего умничку и даже норовила клюнуть исподтишка.
Франтик постепенно сникал, забившись в угол, перестал петь и даже здороваться с хозяевами.
А однажды произнёс  пожелание, так несвойственное  его весёлому нраву

–  Уберите эту зар-разу?!..                                                                                                              Повинуясь этому негласному сговору, Аннушка, едва пробудившись однажды, принесла в клетку корм для обоих питомцев.
И тот час же приоткрыла окно.
Лолита выпорхнула из клетки ракетой.
Выскочил на подоконник и Франтик.
Сверкало яркое июльское утро.

Франтик вытянулся ему навстречу напряжённой струной и  выдал  хрипловатым  фальцетом:

– Ну, теперь  хор-рош-шшо!!

 

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике поэзия. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

2 отзыва на “Игорь Наровлянский. Я тебя люблю, а ты кричишь

  1. Блестяще! Очень забавно! Наулыбалась вдоволь! Спасибо!

  2. Ника:

    Замечательно! И, главное, — автор вывел формулу восстановления мира и лада в семье. Стоит тихо и смиренно сказать распалившемуся супругу (супруге) эту фразу: «Я тебя люблю, а ты кричишь!».. — и мир восстановлен! Спасибо, Игорь!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s