Геродот. История (часть 4)


Claude_Vignon_Croesus

перевод: Ирина Анастасиади                   

46. Целых два года глубоко скорбел Крез, опечаленный потерей сына. Меж тем, Кир, сын Камбиса, покорил царство Астиага, сына Киаксара. Крепла персидская держава. Все эти события положили конец печали Креза, внушив тревожные думы. И царь стал обдумывать, как сломить растущую мощь персов, пока последние не обрели могущество. Крез разослал послов по всей Элладе и Ливии, велев обратиться к оракулам. Одних отправил в Дельфы, других в Абы, что в Фокиде, третьих в Додону; иные были посланы также к Амфиараю и к Трефонию и, наконец, в Бранхиды в Милетской области, а также к оракулу Аммона в Ливии. Сначала Крез хотел только испытать проницательность оракулов. Затем если их прорицание будет верным, то царь полагал вновь отправить послов с вопросом: Идти ли ему войной на персов? 47. Для испытания оракулов, послы отправились приказанием Креза: со дня отправления из Сард они должны были отсчитать время и на сотый день спросить оракулов: “Что делает в данный момент царь лидийцев Крез, сын Алиатта?”. Ответы каждого оракула на этот вопрос послы должны были записать и доставить ему. Об ответах большинства оракулов ничего не сообщается. Зато о прибытии послов в Дельфы известно всё. Когда послы вступили в священный покой, чтобы спросить богов о том, что им было велено, им в ответ Пифия изрекла шестистопным ямбом: Сосчитав морские песчинки и поведав моря просторы, Вняв язык глухого и вняв речи немого. В грудь мою запах проник облаченной в панцирь черепахи, В медном котле варимой меж кусками бараньего мяса. Медь распростерта под ней и медью покрыта она. 48. Это изречение Пифии послы записали и затем возвратились в Сарды. Когда прибыли и остальные послы с изречениями оракулов, Крез развернул свитки и стал читать. Ни одно прорицание, однако, не удовлетворило царя, и только, услышав ответ дельфийского оракула, Крез отнесся к нему с благоговейным доверием. По словам царя, единственно правдивый оракул – это дельфийский, ибо угадал, чем он, Крез, был занят тогда один, без свидетелей. Отправив послов к оракулам, царь выждал назначенный день и замыслил вот что: (его выдумку никак нельзя было открыть или о ней догадаться) он разрубил черепаху и ягненка, сварил их вместе в медном котле, а котел накрыл медной крышкой. 49. Таково было дельфийское прорицание. Что же касается ответа оракула Амфиарая, то я не могу сказать, что именно изрёк лидийцам этот оракул, когда те прибыли к его святилищу и спросили о том, что приказано было спросить. Но о том, что именно прорицатель ответил, ничего не сообщается. Известно только, что Крез признал правдивым прорицание и этого оракула. 50. После этого Крез умилостивил дельфийского бога пышными жертвами, приказав принести в жертву 3000 голов отборного скота. Воздвигнули огромный костер, и сожгли на нём выложенные золотом и серебром ложа, серебряные чаши и пурпурные одежды. Этим царь надеялся добиться больше милостей у бога. Там же каждому лидийцу было приказано принести жертву. Выбрав что-либо из своего имущества. Затем Крез приказал переплавить несметное количество золота и изготовить из него слитки 6 ладоней в длину, 3 ладони в ширину и 1 ладонь в высоту, общим  числом 117. Из них 4 – из чистого золота, весом 21/2 таланта каждый; другие слитки – из сплава с серебром, весом 2 таланта. После этого царь велел отлить из чистого золота статую льва весом в 10 талантов. Впоследствии во время пожара святилища в Дельфах лев этот упал со своего постамента, так же сделанного из благородных металлов. Этот лев и поныне стоит в сокровищнице коринфян, только вес его теперь только 61/2 талантов, так как 31/2 таланта потерялись при переплавке. 51. После того, как всё это было изготовлено, Крез отослал предметы эти в Дельфы и вместе с ними ещё две огромные чаши для смешивания вина – золотую и серебряную. Золотая чаша стояла в святилище справа, а серебряная – слева. После пожара чаши были также переставлены на другое место. Золотая чаша стоит теперь в сокровищнице клазоменян (вес ее 81/2 талантов и 12 мин), а серебряная в углу в притворе храма. Вмещает она 600 амфор. дельфийцы наполняют эту чашу вином с водой на празднике Феофании. Как утверждают в Дельфах, чаша эта – изделие Феодора с острова Самос. Я тоже такого мнения, ибо чаша эта на редкость чудесной работы. Кроме этого Крез отослал в Дельфы 4 серебряных сосуда, которые стоят ныне в сокровищнице коринфян, и 2 кропильницы – золотую и серебряную. На золотой кропильнице начертана надпись: “дар лакедемонян”. Это, однако, неверно: ведь эти кропильницы являются даром Креза. Надпись же на ней вырезал некий дельфиец, желая угодить лакедемонянам. Я знаю имя этого человека, но не хочу называть. На самом деле приношением лакедемонян является только статуя мальчика, через руку которого течет вода в кропильницы, но никак не кропильницы. Вместе с этими дарами, Крез послал другие дары без надписей. Среди них круглые чаши для возлияний и золотая статуя, изображающая женщину, выпекающую хлеб царю. Статуя эта, по словам дельфийцев, 3 локтя высотой. Крез пожертвовал храму также ожерелья и пояса своей супруги. 52. Вот какие дары Крез послал в Дельфы. Амфиараю же, о деяниях и судьбе которого он много слышал, царь посвятил в дар щит из золота, а так же копье, древко и наконечник которого были также из чистого золота. Эти оба предмета еще и поныне находятся в Фивах в святилище Аполлона Исмения. 53. Затем Крез повелел лидийцам, отвозившим дары в святилища, спросить оракула, следует ли ему искать союзников, дабы идти войной против персов. По прибытии в святилище послы передали приношения своего царя и сказали оракулу: “Крез, царь лидийцев и других народов, считает, что здесь он получил единственно правдивые прорицания, посылает вам эти дары, как достойное вознаграждение за то, что вы отгадали его замысел. Теперь же царь спрашивает: искать ли союзников, дабы выступить в поход против персов ”. Так вопрошали послы. На что оба оракула дали одинаковый ответ Крезу: если царь пойдет войной против персов, то сокрушит великое царство. Оракулы также посоветовали царю отыскать самый могущественный эллинский город и заключить союз именно с ним. 54. Получив прорицания оракулов и узнав их содержание, Крез чрезвычайно обрадовался. Теперь царь уверовал, что сокрушит царство Кира. Затем Крез вновь отправил посольство к Пифии с дарами дл всех дельфийцев, предварительно осведомившись о численности жителей Дельф. Так каждый дельфиец получил по 2 золотых статера. За это дельфийцы предоставили Крезу и лидийцам право первыми вопрошать оракула, освободили их от пошлин и налогов и предоставили им почетные места на Пифийских играх. Кроме того, каждый лидиец получил посмертное право на гражданство в Дельфах. 55. Одарив дельфийцев, Крез в третий раз обратился к оракулу (теперь, когда царь убедился в правдивости оракула он стал вопрошать его, быть может, слишком часто). На этот раз Крез спросил, долго ли будет существовать его держава. Пифия в ответ изрекла: Коль над мидянами мул царём когда-нибудь станет, Ты, нежноногий лидиец, к обильному галькою Герму Бежать торопись, не стыдясь малодушным показаться. 56. Когда эти слова сообщили Крезу, царь весьма обрадовался. Он полагал, что никогда, конечно, мул не может царствовать над мидянами и поэтому власть навсегда останется за его домом. Затем Крез принялся разыскивать самое могущественное эллинское племя, чтобы вступить с ним в союз. Из расспросов царь узнал, что самые выдающиеся из эллинов – это лакедемоняне и афиняне. Первые – среди дорийцев, а вторые – среди ионийцев. И были они наиболее значительны среди эллинских племён того времени. Так, ионийцы были по происхождению пеласги, а дорийцы – эллины. Ионийцы никогда не покидали своей земли, дорийцы же – много странствовали. Во времена царя Девкалиона они обитали во Фтиотиде, а потом — при Доре, сыне Эллина,  проживали у подножий гор Оссы и Олимпа, в области под названием Гистиеотида. После изгнания из Гистиеотиды кадмейцами дорийцы поселились у горы Пидны и стали назывались македонцами. Отсюда это племя снова переселилось в Дриопиду, а потом на Пелопоннес, где и стали называться дорийцами. 57. На каком языке говорили пеласги, я точно сказать не могу. Если судить по теперешним пеласгам, что живут севернее тирсенов в городе Крестоне (находившимися некогда по соседству с землями,  именуемых теперь Фессалия), и тем, кто основал Плакию и Скиллак на Геллеспонте по соседству с афинянами, а также по другим городам, которые некогда принадлежали пеласгам, а позднее изменили свои названия, то можно вывести заключение, что пеласги говорили на варварском языке. Если считать, что все племена пеласгов говорили на варварском наречии, тогда и аттический народ, будучи по происхождению пеласгами, также должен был изменить свой язык, когда стал частью эллинов. Ведь еще и поныне жители Крестона и Плакии говорят на другом языке, не похожем на язык соседей. Это доказывает, что они всё еще сохраняют своеобразный язык, который они сохранили и после переселения в эти края. 58. Что касается эллинского племени, то оно, по-моему, с самого начала говорило на одном языке. До своего объединения с пеласгами, эллины были немногочисленны. Позже их число возросло, включив в себя множество племён. А произошло это главным образом оттого, что к ним присоединились пеласги и другие чужеземные племена. И я думаю, что племя пеласгов, как было до присоединения к эллинам и было варварским, так никогда и не стало значительным. 59. Из этих двух народов, как я узнал, аттический народ не был целостным,  подавленный междоусобными смутами. Писистрат, сын Гиппократа, в то время был единовластным властителем в Афинах. Именно Гиппократу, когда он, как простой гражданин, был на Олимпийских играх, явилось знамение: при жертвоприношении стоявшие там котлы с мясом и водой закипели без огня и вода полилась через край. Лакедемонянин Хилон, присутствующий при этом и видевший знамение, дал совет Гиппократу прежде всего не брать себе в дом жену, способную рожать детей. А если он уже женат, то отпустить жену; и даже если у него есть сын, – то отказаться от сына. Гиппократ отверг совет Хилона. После этого случая у него родился сын – упомянутый выше Писистрат. У афинян шли в то время распри — обитатели побережья, предводителем которых был Мегакл, сын Алкмеона, шли против равнинных жителей с главарём Ликургом, сыном Аристолаида. Писистрат, тогда уже помышлявший о единовластии, создал свою, третью партию. Он набрал приверженцев и, открыто став вождем партии гиперакриев, придумал вот какую хитрость. Он изранил себя и своих мулов. И затем въехал на повозке на рыночную площадь, якобы спасаясь от врагов, которые хотели его избить, когда он ехал по полю. Писистрат попросил народ дать ему охрану. Он уже ранее отличился как полководец в войне с жителями города Мегара, завоевал Нисею и совершив другие замечательные подвиги. Народ же афинский позволил себя обмануть, предоставив ему телохранителей из числа горожан: они были у Писистрата вооружены не копьями, а деревянными дубинами. Именно они восстали во главе с Писистратом и захватили акрополь. Так Писистрат стал владыкой афинян. Он не нарушил, впрочем, порядка государственных должностей и не изменил законов. И управлял городом по существующим законам, руководя государственными делами справедливо и дельно. 

перевод © Ирина Анастасиади

Об авторе Международный литературный журнал "9 Муз"

Международный литературный журнал "9 Муз". Главный редактор: Ирина Анастасиади. Редакторы: Николай Черкашин, Владимир Спектор, Ника Черкашина, Наталия Мавроди, Владимир Эйснер, Ольга Цотадзе, Микола Тютюнник, Дмитрий Михалевский.
Запись опубликована в рубрике переводы с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s