Ирина Анастасиади. Этот знакомый незнакомый д’Артаньян

Charles-Batz.jpg

Жизнь этого человека, полная различного рода фантастическими событиями, легла в основу «Мемуаров господина д’Артаньяна», изданных во Франции в 1770 году. В действительности этот псевдомемуар от начала до конца был сочинён писателем Гасьеном де Куртиль де Сандра.  Сам д’Артаньян ничего про себя никогда не писал. И, вообще, как показывают документы, оставшиеся после него, был малограмотен.

Но именно на основе этих фантастических мемуаров и создаёт Александр Дюма-отец свой цикл о мушкетёрах: «Три мушкетера», «Двадцать лет спустя» и «Виконт де Бражелон». В принципе, Дюма прекрасно был осведомлён о фантастичности «мемуаров д’Артаньяна», но я думаю, что как писатель, Дюма просто не мог не прельститься этим богатым для воображен материалом. В конце концов, писатель так или иначе пользуется своим воображением гораздо больше, чем следит за исторической действительностью. А воображение у Дюма, как мы все знаем, было богатое. Что собственно и помогло этому незаурядному писателю добиться бессмертной славы.

В предисловии к «Трём мушкетёрам» он добавил факты, якобы доказывающие реальность «мемуаров», Дюма включил в героизированную биографию д’Артаньяна ряд уже полулегендарных сюжетов ХVII, никак с ним не связанных, но весьма прельстительных, как тема для романа. К этим сюжетам относятся как эпизод с подвесками Анны Австрийской, попытка спасти английского короля Карла I,  и, наконец, легенда о носителе железной маски — якобы брате-близнеце Людовика XIV.

Помните, как описывает Александр Дюма весемнадцатилетнего д’Артаньяна, Въехавшего в столицу Франции:

«Молодой человек… Постараемся набросать его портрет: представьте себе Дон-Кихота в восемнадцать лет, Дон-Кихота без доспехов, без лат и набедренников, в шерстяной куртке, синий цвет которой приобрел оттенок, средний между рыжим и небесно-голубым. Продолговатое смуглое лицо; выдающиеся скулы – признак хитрости; челюстные мышцы чрезмерно развитые неотъемлемый признак, по которому можно сразу определить гасконца, [9] даже если на нем нет берета, – а молодой человек был в берете, украшенном подобием пера; взгляд открытый и умный; нос крючковатый, но тонко очерченный; рост слишком высокий для юноши и недостаточный для зрелого мужчины». 

Настоящим именем героя знаменитого романа «Три мушкетёра» было Шарль Огье де Бац де Кастельмор, граф д’Артаньян (Charles Ogier de Batz de Castelmore, comte d’Artagnan) и он действительно был гасконским дворянином, сделавшим блестящую карьеру при Людовике ХIV, начиная простым мушкетером в роте королевских мушкетеров. Шарль Кастельмор родился в 1611 году в богатом доме, именовавшимся, впрочем, слишком пышно — замком Кастельмор. Богатый дом этот находился возле небольшого города Лупияка в Гаскони. Отец будущего генерал-майора Франции, а вовсе не  маршала, как н напишет блестящий Дюма в своём романе, Бертран де Бац, был простым мещанином. Но как бывало нередко в те времена, взял себе дворянский титул после женитьбы на девице Франсуаз де Куссоль. Об этом позаботился разбогатевший отец его Арно Бац, купив молодожёнам в подарок Кастельморский замок, принадлежавший ранее роду Пуи в графстве Фезансак. Этот добротный господский дом, представляющий собой двухэтажное каменное строение, сохранился до сих пор и находится на границе графств Арманьяк и Фезансак на возвышении, между долинами рек Дуз и Желиз.

800px-Château_de_Castelmore,_Lupiac

имение д’Артаньянов

Шарль де Бац переехал в Париж в 1630-х годах под фамилией своей матери. Мать его Франсуаз де Монтескью д’Артаньян (de Montesquiou d’Artagnan) происходила из обедневшей ветви знатной семьи графов де Монтескью,  потомков древнего рода графов Фезансак. И владела лишь скромным имением Артаньян возле Вик-де-Бигора. Кое имение перешло во владение её семьи, когда в XVI веке её предок Полон де Монтескью, шталмейстер Наваррского короля Генриха д’Альбре, женился  на Жакметте д’Эстен, г-же д’Артаньян.

Интересно, что в документах королевских составителей генеалогий д’Озье и Шерена была найдена запись короля Людовика XIII пожелавшего, чтобы кадет его гвардии Шарль де Бац носил имя д’Артаньян в память об услугах, оказанных королю его дедом со стороны матери. Таким образом, этот указ уравнял Бац-Кастельморов с Монтескью-Фезансаками. В 1644 году Шарль поступил в роту королевских мушкетеров, (и, как описывает это Дюма) благодаря покровительству друга семьи — капитана-лейтенанта мушкетёров — господина де Тревиля.  Полное имя его было Жан Арман дю Пейре, граф Труавиль. Служа в рядах мушкетёров, д’Артаньян сумел снискать покровительство влиятельного кардинала Мазарини, главного министра Франции. В 1646 году рота мушкеттёров была расформирована, но д’Артаньян продолжал служить своему покровителю Мазарини. И, в качестве курьера кардинала  в годы после первой Фронды положил начало своей головокружительной карьере.

Благодаря преданной службе д’Артаньяна в этот период кардинал и Людовик XIV поручали ему тайные и щекотливые дела, которые требовали полной свободы действий. Он следовал за Мазарини во время его изгнания. В 1652 году д’Артаньян был повышен в чине и стал лейтенантом французской гвардии,а  в 1655 году капитаном королевских мушкетёров. В 1658 году он стал  заместителем командира в воссозданной роте королевских мушкетёров. Это было большим продвижением по службе в те времена, когда быть офицером мушкетёров было намного престижнее, чем быть офицером Французской гвардии.  И его непосредственным начальником стал герцог Неверский, племянник Мазарини.

Д’Артаньян был известен своей ролью в аресте Николя Фуке. Напоминаю, Фуке был министром финансов Людовика XIV и стремился занять место Мазарини в качестве советника короля. Толчком к этому аресту стал грандиозный приём, устроенный Фуке в своём замке Во ле Виконт  в связи с окончанием постройки этого дворца. Роскошь этого приема была такова, что каждый гость получил в подарок лошадь. Возможно, данная наглость сошла бы Фуке с рук, если бы он не разместил в своём гербе девиз: «Каких высот я не достигну?». Увидев этот девиз, Людовик пришёл в неистовство.

4 сентября 1661 года в Нанте  король вызвал д’Артаньяна к себе и отдал ему приказ об аресте Фуке. Поражённый д’Артаньян потребовал письменного приказа, который и был ему вручён вместе с подробнейшей инструкцией. На следующий день д’Артаньян, отобрав 40 своих мушкетёров, попытался арестовать Фуке при выходе из королевского совета, но упустил его. Предупрежденный Фуке затерялся в толпе просителей и успел сесть в карету. Кинувшись со своими мушкетёрами в погоню, д’Артаньяна нагнал карету на городской площади перед Нантским Собором  и произвел арест. Под его личной охраной Фуке был доставлен в тюрьму в Анже , оттуда в Венсенский замок, а оттуда в 1663 году — в Бастилию. Фуке охранялся мушкетёрами под личным руководством д’Артаньяна на протяжении 5 лет — вплоть до окончания суда, приговорившего его к пожизненному заключению.

После того как он так отличился в деле Фуке, д’Артаньян становится доверенным лицом короля. Д’Артаньян стал использовать герб, «разделенный на четыре поля: на первом и четвёртом золотом поле чёрный орел с распростертыми крыльями; на втором и третьем поле на лазуревом фоне серебряный замок с двумя башнями по бокам, с наметом из серебра, все пустые поля красного цвета». С 1665 года  в документах его упоминают «граф д’Артаньян». А сам д’Артаньян в одном договоре даже именует себя «кавалером королевских орденов», каковым он являться не мог по причине худородства. Истинный гасконец — «вельможа в случае» мог теперь позволить это себе, так как был уверен в том, что король не станет возражать.

Charles_de_Batz_de_Castelmore_d'Artagnan

В 1667 году  д’Артаньян был повышен в чине до капитан-лейтенанта мушкетёров, фактически командира первой роты, поскольку номинальным капитаном был король. Под его руководством рота стала образцовой воинской частью, в которой стремились приобрести военный опыт многие молодые дворяне не только Франции, но и из-за рубежа. Другим назначением д’Артаньяна была должность губернатора Лилля, которая была выиграна в сражении в 1667 году. В чине губернатора Д’Артаньяну не удалось обрести популярности, поэтому он стремился вернуться в армию. Ему это удалось, когда Людовик XIV воевал с Голландской республикой во Франко-голландской войне. В 1672 он получил звание «полевого маршала», т.е. генерал-майора.

У Дюма д’Артаньян перед смертью получает жезл маршала Франции, в действительности его назначили так называемым «полевым маршалом» (что соответствует нынешнему званию генерал-майора). Маршалом же был другой граф д’Артаньян, двоюродный брат Шарля по матери — Пьер де Монтескью д’Артаньян, губернатор Арраса, который позже стал опекуном внуков нашего д’Артаньяна.

Д’Артаньян был убит пулей в голову (по свидетельству лорда Алингтона) при осаде Маастрихта 25 июня 1673 года, в ходе ожесточённого боя за одно из укреплений, в безрассудной атаке по открытой местности, организованной молодым герцогом Монмутом.

Гибель д’Артаньяна была воспринята как большое горе при дворе и в армии, где его бесконечно уважали. По свидетельству Пелиссона, Людовик XIV был очень опечален этой потерей. Он сказал даже так: «д’Артаньян был практически единственным человеком, сумевшим заставить людей любить себя, не делая при этом ничего, что обязывало бы их к этому». По свидетельству д’Алиньи, король написал королеве: «Мадам, я потерял д’Артаньяна, которому в высшей степени доверял и который годился для любой службы». Маршал д’Эстрад, который много лет служил под командованием Д’Артаньяна, позже сказал: «Лучшего француза трудно будет найти».

После этого сражения, в присутствии Пьера и Жозефа де Монтескью д’Артаньян — двух его кузенов, тело д’Артаньяна было погребено у стен Маастрихта. Долгое время точное место захоронения было неизвестно, однако французский историк Одиль Борда (Odile Bordaz), проанализировав информацию из исторических хроник, догадался, что мушкетер похоронен в небольшой церкви Святых Петра и Павла на окраине Маастрихта.

Несмотря на добрую славу Шарля д’Артаньяна, после его смерти его семье пришлось требовать дворянские титулы, оспариваемые судом. Но Людовик XIV велел прекратить какие бы то ни было преследования и оставить в покое семью своего любимца.

Александр Дюма захотел, чтобы его герой остался верен памяти своей любви к Констанции. Таким образом д’Артаньян в романе навсегда остался холостяком. На самом же деле этот славный вояка был женат на Анн Шарлотт Кристин де Шанлеси, дочери Шарля Буайе де Шанлеси, барона де Сен-Круа, происходившей из древнего шаролезского рода. На  ее гербе  на золотом фоне была изображена лазурная колонна, усеянная серебряными каплями. Девиз под гербом гласил: «имя и суть мои есть добродетель».

Интересно, что внук д’Артаньяна Луи-Габриэль, родившийся в 1710 году в Сент-Круа, стал подобно своему знаменитому деду, мушкетёром, потом капитаном драгунского полка и помощником майора жандармерии. Он, как и его дед, был блестящим офицером. Именовал он себя «шевалье де Бац, граф д’Артаньян, маркиз де Кастельмор, барон де Сент-Круа и де Люпиак, владельц Эспа, Аверона, Мейме и других мест». Некоторым подобные титулы показались подозрительными, и его заставили объяснить происхождение всех этих титулов.

Известно, что были обнаружены документы, где его дед (герой романов Дюма) именовался «мессир Шарль де Кастельмор, граф д’Артаньян, барон Сент-Круа, капитан-лейтенант королевских мушкетёров», что подтвердило статус рода, и его герб — на красном фоне три серебряные башни на ажурном поле —таким образом, титулы были включены в гербовник.

Однако, состояние Луи-Габриэля д’Артаньяна не соответствовало претенциозности его титулов. Нуждаясь в деньгах, он продал Сент-Круа в 1771 за 300 тысяч ливров, которые прокутил. Вскоре он оставил военную службу и продал за копейки советнику налогового ведомства колыбель своих предков — Кастельмор. С тех пор он жил в столице, где женился  на баронессе Констанции Габриэль де Монсель де Лурэй, даме де Вильмюр. Последние свои дни он доживал в бедности в меблированных комнатах в Париже. После него остался сын Луи Константен де Бац, граф де Кастельмор. Который много позже станет помощником майора в королевских войсках. В армии его ценили, как весьма любившего свое дело. Он стал последним в роду Шарля Ожье д’Артаньяна, хотя уже и не носил имени своего славного прадеда.

Впрочем, не один Александр Дюма прельстился сумбурной судьбой гасконского дворянина. Александр Бушков в свою очередь написал роман в двух книгах «Д`Артаньян — гвардеец кардинала». В этой книге молодой Д’Артаньян, описанный Дюма, по дороге в Париж останавливается на другом постоялом дворе:

Александр Дюма:

«Незнакомец еще несколько мгновений не сводил глаз с д’Артаньяна, а затем, отойдя от окна, медленно вышел из дверей гостиницы и остановился в двух шагах от юноши, прямо против его коня. Его спокойствие и насмешливое выражение лица еще усилили веселость его собеседников, продолжавших стоять у окна.
Д’Артаньян при его приближении вытащил шпагу из ножен на целый фут.
– Эта лошадь в самом деле ярко-желтого цвета или, вернее, была когда-то таковой, – продолжал незнакомец, обращаясь к своим слушателям, оставшимся у окна, и словно не замечая раздражения д’Артаньяна, несмотря на то что молодой гасконец стоял между ним и его собеседниками, – Этот цвет, весьма распространенный в растительном мире, до сих пор редко отмечался у лошадей.
– Смеется над конем тот, кто не осмелится смеяться над его хозяином! – воскликнул в бешенстве гасконец.
– Смеюсь я, сударь, редко, – произнес незнакомец. – Вы могли бы заметить это по выражению моего лица. Но я надеюсь сохранить за собой право смеяться, когда пожелаю.
– А я, – воскликнул д’Артаньян, – не позволю вам смеяться, когда я этого не желаю!
– В самом деле, сударь? – переспросил незнакомец еще более спокойным тоном. – Что ж, это вполне справедливо.
И, повернувшись на каблуках, он направился к воротам гостиницы, у которых д’Артаньян, еще подъезжая, успел заметить оседланную лошадь.
Но не таков был д’Артаньян, чтобы отпустить человека, имевшего дерзость насмехаться над ним. Он полностью вытащил свою шпагу из ножен и бросился за обидчиком, крича ему вслед:
– Обернитесь, обернитесь-ка, сударь, чтобы мне не пришлось ударить вас сзади!
– Ударить меня? – воскликнул незнакомец, круто повернувшись на каблуках и глядя на юношу столь же удивленно, сколь и презрительно»

Меж тем, в книге Бушкова вместо того, чтобы поссориться с Рошфором и миледи Винтер, вступает в конфронтацию с мушкетёрами и оказывается на стороне гвардейцев кардинала. История Д’Артаньяна «выворачивается наизнанку»: он получает отказ в помощи от де Тревиля, становится другом графа Рошфора и кандидатом в гвардейцы кардинала, вдобавок влюбляется без памяти в миледи Винтер, оказавшуюся прекрасной, вполне добродетельной молодой женщиной.

Интересно, что главной злодейкой в книге является Констатация Бонасье, в прошлом — жена графа де Рошфора, заклейменная судом Венеции за соучастие в отравлениях. Эпизод с юной графиней, у которой муж обнаружил на плече клеймо, позаимствован Дюма из «Мемуаров господина д’Артатьяна», сочиненных Гасьеном де Куртилем, причем у де Куртиля речь идет именно о жене Рошфора. То есть в данном случае сначала Дюма «перевернул» первоисточник, приписав несчастную женитьбу Атосу, а затем Бушков, переделав Дюма, вернул историю в оригинальный вид.

Но, что бы там не писали о Шарле д’Артаньян, на самом-то деле, он был героической личностью. И любим своими соратниками, офицерами и, наконец, своим королём Людовиком XIV.

Statue_dArtagnan

                       статуя д’Артаньяну

Литература:

Д’Артаньян, Шарль де Баатц. МемуарыВосточная литература. Проверено 13 сентября 2014. Архивировано из первоисточника 25 августа 2011 года.

Жан-Кристиан Птифис. Истинный д’Артаньян.

Вадим Эрлихман. Д’Артаньян о трёх головах

Сергей Нечаев. Три д’Артаньяна: Исторические прототипы героев романов «Три мушкетёра», «Двадцать лет спустя» и «Виконт де Бражелон». — М.: Астрель: ACT CORPUS, 2009. — 411 c.

Dictionnaire des familles françaises anciennes ou notables à la fin du XIXe siècle / Imprimerie de Charles Hérissey. — Évreux, 1904. — P. 51—52.

Наталия Басовская. Шарль Ожьё де Бац де Кастельмор, или реальный Д’Артаньян

Реклама

Об авторе Ирина Анастасиади

писатель, переводчик, главный редактор интернет-журнала "9 Муз"
Запись опубликована в рубрике мифы и реальность, статьи с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

5 комментариев на «Ирина Анастасиади. Этот знакомый незнакомый д’Артаньян»

  1. Любовь Рыжкова:

    Уважаемая Ирина!
    Ваша деятельность на поприще литературы вызывает уважение и искреннюю симпатию, журнал «9 муз» глубок по содержанию и красив по форме. Кроме того, он обладает тем качеством, какое сегодня встретишь редко – в нём нет пошлости. Вы стремитесь к тому, чтобы публиковать действительно достойные произведения. Таким образом, можно констатировать, что Ваш журнал занял свою нишу в мировом литературном процессе и стал своеобразным культурным явлением. Даже название журнала вызывает светлые чувства и настраивает на возвышенное и прекрасное!
    Примите нашу искреннюю благодарность! Удачи Вам, процветания и благословления Муз!

    С глубоким уважением,
    Любовь Рыжкова
    поэт, прозаик, член Союза писателей России,
    лауреат международных и всероссийских литературных конкурсов,
    кандидат педагогических наук

    Нравится

    • Дорогая Любовь!
      Спасибо вам огромное за тёплые слова. Вы и не представляете, как важно для меня ваше признание. Вы, мои авторы, для меня — моё второе «Я». Может, даже больше. Поэтому, так трогательно получать от вас такие отзывы. Да, я отдаю «9 музам» душу свою, всё свободное время своё. И признание своему труду очень хочется получать. Потому, как чем ещё живёт писатель, творец, как не признанием?!
      А вы — мои Музы, которых я вожу в хороводе, чтобы вами любовались люди, пока Аполлон плачет горькими слезами на развалинах храма своего, как раз напротив тиносского дома моего. И эти его слёзы горько отдаются в сердце моём, ибо именно он, Аполлон осветил Грецию светом искуства.
      Ирина Анастасиади

      Нравится

  2. Андрей:

    Здорово вы описали жизнь этого легендарного человека!

    Нравится

  3. Михаил:

    Милая Ирина, спасибо за ваши прекрасные усилия распространять прекрасное по свету. Понятно, удержать один уровень в журнале, дело невозможное. Много хороших людей пишут, надо всем давать немного радости в этой жизни.Но вы просто молодчина! Держитесь! Пусть ваша радостная душа добавляет вам силы.
    Михаил Моргулис

    Нравится

    • Огромное вам спасибо. Вы не представляете, сколько сил дает мне поддержка моих авторов и признаниие наших свами читателей. Спасибо вам всем, мои дорогие авторы. Без вас журнала бы не было.

      Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s